Разбойник - Роберт Энтони Сальваторе

Юноша поднял с земли опорожненные посудины и, спотыкаясь на каждом шагу, поплелся обратно к задней калитке монастыря, но радужные мечты помогали преодолевать все неровности тропинки.

– Он хоть что-то говорил сегодня?

В голосе магистра Бателейса не было недостатка презрительных ноток и отвращения, усиливающегося с каждым днем.

– Нет, магистр, – ответил брат Реанду. – Отец Жерак сидит и смотрит в никуда. Похоже, все его мысли обращены в прошлое.

– Да, так оно и есть. А он считает, что давнишние события происходят в наше время. На прошлой неделе он приказал мне отправиться к лорду Прайду и убедить его облегчить участь крестьян, занятых на строительстве дороги.

– Строительство дороги? – переспросил брат Реанду и еще более удивленно произнес: – Лорд Прайд?

– Этим заботам минуло не меньше двух десятков лет, – пояснил магистр Бателейс.

– Как хорошо, что магистры Санта-Мир-Абель сочли необходимым рекомендовать правителю передать звание магистра именно тебе, мой дорогой брат, – сказал Реанду. – Если бы мы и сейчас полагались на благоразумие отца Жерака…

– У отца Жерака не осталось ни капли благоразумия, – резко бросил магистр Бателейс, а когда Реанду изумленно уставился на него после столь смелого заявления, добавил: – Я произношу эти слова с глубокой скорбью, брат мой. Долгие годы я считал отца Жерака своим лучшим товарищем – больше, чем другом. Все время моего пребывания в лоне церкви он был мне почти отцом.

Брат Реанду кивнул. Отец Жерак милостиво и мудро управлял монастырем в Прайде не один десяток лет.

– Очень скоро тебе придется официально принять на себя все дела нашей обители, – предположил брат Реанду. – Наши покровители оставили этот вопрос на твое усмотрение.

Бателейс резко отшатнулся.

– Ты предлагаешь мне подсидеть своего учителя и наставника?

– А разве прайдский монастырь сможет существовать, если мы будем вынуждены ждать недели, месяцы, а может, и годы, пока отец Жерак не предстанет перед святым Абелем, восседающим у подножия трона Отца Небесного? Магистр, Ренарк постоянно склоняет своими советами лорда Прайди на сторону Берни-ввигара, и даже крестьяне с каждым днем все охотнее переходят в самхаизм.

Взгляд Бателейса стал твердым, словно замерзшая вода.

– Больше тысячи людей собрались у костра самхаиста в прошлую ночь, – хмуро заметил он.

– Люди раздражены, – продолжал Реанду. – Кто может сосчитать, сколько мужчин погибло на юге? Крестьяне и раньше не ели досыта, а теперь, когда лорд Прайди вынужден выплачивать налоги Делавалу, у них совсем подвело животы.

– Мы не можем нести ответственность за политику лорда Прайди.

– Но мы также не в состоянии исполнить свои обещания, данные жителям Прайда. Мы не можем вылечить все болезни голодных людей, поскольку большая часть магических камней используется для других целей. И не можем утверждать, что наш Бог великодушен, когда их сыновья, мужья и братья гибнут на юге. Никто не поверит, что наш Бог щедр, когда в их желудках пусто.

– И что ты можешь предложить, чтобы изменить суровую действительность этих темных времен?

– Голос церкви должен громче и увереннее звучать в залах Прайд-касл. Пусть отец Жерак со всем нашим уважением и благодарностью удалится на отдых, а ты будешь говорить голосом церкви безо всякого смущения.

– И что, по-твоему, должен провозгласить голос нашей церкви? – В словах Бателейса отчетливо прозвучали нотки скептицизма.

– Надо открыто возразить против политики лорда Прайди, – настаивал брат Реанду. – Против поголовного призыва на военную службу, против дополнительных налогов. Против страданий простых людей. Берниввигар пользуется возможностью и говорит, что сегодняшние страдания подготавливают людей к неминуемой кончине. Неужели мы ничем не отличаемся от самхаистов, если не можем возразить против действий жестокого правителя?

На короткий миг глаза Бателейса гневно вспыхнули.

– Мы живем здесь только благодаря благосклонности лорда Прайди, – напомнил магистр. – А он понимает, что в случае неудачи лорда Делавала в этой кампании лорд Этельберт захватит земли Прайда.

– А лорд Делавал сделает то же самое, если выиграет войну, – возразил брат Реанду, – Фактически он уже добился этого, только не изменил названия страны.

– Для таких людей, как лорд Прайди, это очень существенно.

– Неужели дело только в этом, магистр? Неужели все страдания только ради гордости одного человека? Всем известно, что лорд Прайди почти пообещал помощь противникам Делавала, пока надеялся на заверения лорда по поводу наследования трона в Этельберте. Только из-за несчастного ранения принца и невозможности появления наследников произошел разрыв, и наш правитель счел посулы Делавала более соблазнительными. Но даже и в этом случае после смерти лорда Прайд должен отойти к Делавалу.

– Ты слишком увлекаешься политикой, брат. Предупреждение в голосе магистра слегка остудило пыл брата Реанду.

– Это единственное, что может оказать реальную помощь нашим прихожанам, – ответил он.

– Я что-то не припомню, чтобы лорд Прайди интересовался нашим мнением.

– Тогда в чем состоит наша цель? – воскликнул брат Реанду, но быстро потупился под суровым взглядом магистра Бателейса.

Неожиданно брат Реанду почувствовал, что ему трудно дышать, настолько враждебным стало выражение лица Бателейса. В голове монаха смешались гнев, разочарование и страх, и эти чувства не давали вырваться негодующим словам.

– Возвращайся к своим обязанностям, – приказал магистр. – Если ты действительно хочешь мне помочь, то отыщи способ покончить с самхаистами. Я подумаю над твоими словами относительно отца Жерака, поскольку придерживаюсь того же мнения. Отец-настоятель в данный момент не может противостоять Берниввигару. Да что там, в данный момент он даже не может без посторонней помощи умыться! Но предупреждаю раз и навсегда – остерегайся подобных высказываний о лорде Прайди. Власть даже такого непостоянного правителя лучше для народа Прайда, чем безвластие. А твое возмущение, брат мой, может повлечь за собой изгнание церкви Святого Абеля из страны.

Реанду настолько был охвачен яростью и разочарованием, что только и мог произнести:

– Слушаюсь, магистр.

Эти слова прозвучали уже вслед уходящему Бателейсу.