Герцогиня. Право крови - Галина Долгова

— А тело?

— Вот чего-чего, а трупов у нас предостаточно, — поморщился Ломас. — Орона предъявим. Там как раз ни опознать, ни некроманту поднять. К тому же слухи и так поползли. А так объявим, что Астимиан закрыл тебя от убийцы. Сам погиб, ты ранен.

— А враг кто?

— Ищем.

— Допустим. Утряси этот момент с Зорасом.

— Лучше ты сам. Он на меня сейчас злится.

— Это почему же?

— Не признает Ардара, а я парня поддерживаю. И не раз говорил, что как правитель он будет получше Астимиана.

— Ладно. Сам с ним поговорю. А второй скользкий момент?

— Ардар. Точнее, его происхождение.

— Он мой сын!

— И какой-то неизвестной магички! Ты же не сможешь объяснить, от кого он!

— Боги, Ломас, ты и это знаешь?! — Кажется, сегодня Ауриан перевыполнил план по удивлению. Неужели этот старик, который был ему вместо отца долгие годы, знает все его тайны и грехи?

— Об этом только догадывался… но сейчас ты подтвердил. И честно говоря, мне тяжело это принять. Но говорить об этом мы не будем. По крайней мере, сейчас.

— Хорошо, — сдавленно прошептал Ауриан, чувствуя, как вина, столько лет давившая ему душу, сейчас, под взглядом человека, заменившего ему отца, разрастается просто до гигантских размеров.

— Так вот, к чему я… Ардару поддержка нужна. Я старик, ты, уж извини, тоже не вечен, влиятельных друзей у него нет. Остается одно — жена.

— Сдается мне, ты и кандидатуру присмотрел.

— Естественно. Причем идеальную, на мой взгляд.

— Ну удиви меня.

— Ты ее знаешь.

— Маркиза Леми?

— Нет.

— Амалана?

— Нет.

— Я пошутил. Вторая дочь герцога Зорда?

— Он никогда не отдаст свою принцессу.

— Тогда сдаюсь.

— Амилеста!

— Ты шутишь?! — Император аж отшатнулся от такой идеи.

— Нет.

— Тогда бредишь, — жестко ответил Ауриан, и Ломасу даже показалось, что он разом поправился от гнева.

— Я не брежу и уж тем более не шучу. Послушай меня внимательно, и ты поймешь, насколько я прав.

— Ну попробуй — убеди меня.

— Давай говорить начистоту. Ардар — бастард. Наша знать его просто так не примет.

— Я скажу, и примет.

— Угу, это пока ты, слава богам, живой. А что потом?

— Прямых наследников все равно нет. К тому же у него к тому времени будет ближний круг и клятва военных.

— Ауриан, тебе при падении голову не ушибло? О чем ты говоришь? Какой ближний круг? Кто? Я? Так я старая плесень. Еще лет десять, ну максимум пятьдесят, и меня спишут. Ну назначу я вместо себя маркиза. Способный парень. Клятву принесет. Честно будет ее исполнять… Но они с Ардаром не друзья и вряд ли станут. Слишком разные. Керт? Так он Ардара, конечно, не предаст, но сделает все так, что вроде бы служит честно, но и толку мало.

— С чего ты взял? Они неплохо ладят.

— Ладили. Пока были на равных. Только ты Керту лордство подарил спустя сколько лет? И что он ради тебя делал? А паренька просто так к себе приблизил. Просто за ум и порядочность. Думаешь, нашего Ворона это не задело? А теперь и вообще он его превзошел во всем! Капитана стражи вообще нет, и непонятно, кто это будет… Целитель? Да и потом, ты забываешь главное — ближний круг уважают и боятся, пока император в силе. Или, думаешь, наша свора здоровалась бы с каким-то секретарем? Да никогда! А войска… сам знаешь. Не будет наследника — принесут клятву тому, кто будет.

— Ты что-то знаешь? Кто-то метит на мое место?

— Понятия не имею! Но где гарантия, что наш враг — это не потенциальный захватчик престола? Не забывай, у твоего деда сколько братьев и сестер было?

— Четверо, но их всех проверили.

— Угу, и их, и их детей, и внуков, и даже правнуков… и, возможно, они действительно ни при чем в происходящих событиях, ну а к будущим? Тебя вон инфаркт шарахнул, отравить пытались, убить… не дай боги, но вдруг. Как думаешь, кто-нибудь из них не посчитает, что он более достойный трона, чем случайный бастард?

— А женитьба Ардара, конечно, спасет!

— Спасет! Вот только не всякая.

— Ну тогда по твоей логике, наоборот, надо принцессу какую-нибудь тащить из-за границы.

— А вот и нет! Принцесса из-за границы чужая, и поддержки ей здесь не будет. А даже если что, либо отправят на родину, либо выкуп за кровь подготовят. Не впервой.

— Так и у Амилесты поддержки никакой. Да и вообще, почему ты в нее так вцепился?

— А вот тут ты ошибаешься. Во-первых, поддержка у нее есть. Она урожденная герцогиня древнего рода. У нее брат герцог, и невеста у него не из крестьянок, по слухам, старшая дочь маркиза Баархе. И вроде как после назначения Амилесты на пост он даже добро дал. Сестры ее тоже замужем, одна за маркизом, вторая за графом. У покойной герцогини Шаон живы родственнички, да и у самого герцога тоже парочка найдется. И уверен, они все резко о ней вспомнят и будут всячески поддерживать.

— Допустим.

— Не допустим, плюс не забывай. У нас уже шесть поколений жены иностранки. Аристократия этим очень недовольна. Скоро император будет походить на эталионца меньше, чем простой мужик. А наша кровь не водица. Недовольство растет. Народу нужна местная владычица. Своя. И хоть многие хотят видеть своих дочерей, но в любом случае ничего против леди Шаон сказать не смогут. Кровь древняя. Образованна, в скандалах не замешана. Маг, к тому же, значит, и их каста за ней пойдет. А это еще один большой плюс. Сам видишь, императору без магии никуда. И в Ардаре она есть. Так что со сроком жизни уже порядок.

— Вот только ты забыл, что они друг друга не переваривают.

— А это еще поспорить можно. У них много общего. И ответственность на первом месте. Плюс менталитет схож.

— А его невеста, а ее маркиз?

— Ну невеста, по-моему, вообще миф. Ты хоть раз видел, чтобы он на свиданья к ней бегал? Больше похоже, что он ее придумал, чтобы его не доставали. А с маркизом вообще все проще.

— Проще? Я бы не сказал.

— Ты просто плохо разбираешься в женщинах.

— Это я-то?! — хохотнул император, на что Ломас лишь поморщился.

— То, что ты поимел пару сотен, не говорит, что ты знаешь, что творится в их головах. Амилеста горда и, чего уж скрывать, злопамятна. Думаешь, она поверила и простила Шайту, что он несколько лет ее в упор не видел, развлекаясь со студентками? А теперь вдруг чувствами воспылал?

— А зачем…

— Мстит, — пожал плечами советник, — дает ему вкусить своего же вина. Учит уму-разуму.