Ведьма на работе - Анна Гринь

Да, любить себя куда сложнее всего остального. Жаловаться, терпеть, искать понимания и помощи гораздо проще. И верить в то, что яблоко или магия что-то исправит, — тоже. Но на самом деле все может поменять лишь человек. Расправить плечи, улыбнуться себе, поверить в себя. Найти в себе силы, впустить в свою жизнь чуть больше света, чуть больше солнца. Не волшебное яблоко это сделает! Можно же вовсе без яблока!

Покачав головой и чуть усмехнувшись, я взяла со стола деньги, подхватила свою большую сумку и уже собиралась выйти из дома, когда увидела следующую делегацию.

— Ну… паломники! — беззлобно прошептала я. — Еще немного — и у меня тут Стена Плача образуется. А если я попытаюсь выйти из дома, то поймают и…

Вздрогнув, я задумалась над тем, как покинуть дом и не столкнуться с теми, кто желал прильнуть к моему позитивному взгляду на жизнь. Выходило так, что, лишь став невидимой, я смогу ускользнуть от страждущих.

— Невидима и прекрасна! — хрюкнула я с усмешкой и отправилась искать зеркало побольше.

* * *

— Бу-у-у-у! — громко выдохнула я рядом с очередной стайкой у яблочных зарослей и захихикала, когда барышни вразнобой взвизгнули и заозирались.

Невидимость у меня получилась полная. Я даже саму себя не видела и чувствовала себя совершенно непривычно, хоть и очень легко. Я все еще нащупывала себя, одежду, сумку и деньги, слышала стук ботинок по брусчатке, но ни миллиметра своей прекрасной персоны разглядеть не могла. Даже тень на землю не падала, и в стеклах ничего не отражалось.

Изображать из себя Маргариту 2.0 я не собиралась, но как же удержаться от маленькой проделки? Как не поиграть в шаловливого домового, который мелко пакостит, но ничего ужасного не делает? Врываться в частные квартиры и устраивать там разгром в мои планы не входило.

Вволю понаблюдав за дамочками, я отправилась по своим делам, наслаждаясь тем, что можно хоть польку выплясывать — никто не заметит. Я, само собой, не выплясывала… Мало ли как мой заговор подействует. Может я прямо во время задорного, разухабистого танца племени людоедов мумбо-юмбо стану видимой? Я же местная достопримечательность! Ну почти!.. Я не могу упасть лицом в грязь!.. Уронить туда свою честь!.. Тьфу! В общем, я не должна потерять доверие местного населения. Я ж на работе!

Рассуждая так, я все же несколько раз притопнула и негромко выдохнула пару фраз из случайного набора звуков, которые со стороны вполне походили на песни того самого дикого африканского племени, а потом свернула в Серый мир, намереваясь пополнить свои запасы всего того, что можно было добыть лишь в этом, чуть более развитом, чем все остальные, мире.

— Рамамбахарумамбуру! — прорычала я перед тем, как в укромном уголке снять с себя невидимость и войти в уже знакомую кофейню.

— Добрый день, миэль, — поприветствовал меня владелец кофейни и широко улыбнулся — я уже вполне могла считаться постоянной и узнаваемой клиенткой.

— Здравствуйте, миро Амитрэ, — с придыханием ответила я и прошла к стеклянной витрине, рассматривая притаившиеся за ней пироги.

— Чего желаете?

— Вам нужно объединиться с кондитерской, что чуть выше по улице, миро Амитрэ, — сообщила я мужчине. — Там просто невероятные торты! Знаете, нет ничего лучше большой чашки кофе с молочной пенкой, кусочка торта и уютного маленького столика у окна, чтобы смотреть на то, как мимо пробегают спешащие по делам люди.

Мужчина на миг задумался, а потом усмехнулся и кивнул.

— Однажды я была в одной кофейне… — чуть подумав, пробормотала я и ткнула в ореховый пирог. Орехи в нем по вкусу напоминали грецкие и наводили на воспоминания о слоеных конвертиках с подобной начинкой, вкуснее которых я ничего не пробовала. Конвертики остались в моем родном мире, который я прежде считала единственным. — Ничего особенного. Самое обычное местечко. Но там можно было провести полдня, попивая кофе, поедая горячую выпечку и читая книги.

Я запнулась и покосилась на владельца заведения. Тот резал пирог и не выказывал удивления.

Отлично. Я не спалилась. Но в следующий раз нужно узнать получше, что тут в Сером с книгопечатаньем и какова цена печатной продукции, а то мало ли. Это у нас книга — просто книга. На ней можно оставлять следы от чашки и пачкать страницы джемом и расплавленным сыром. Особенно если книга твоя. Но здесь, по идее, все должно быть иначе.

— У нас есть газеты, миэль, — внезапно предложил мужчина, указывая на стопку листов на столике у входа.

Хмыкнув себе под нос, следующий час я потратила на изучение местной прессы. На самом деле меня мало интересовали внутренние дела Серого мира, хотя я даже нашла упоминание каких-то королевств и городов на восьмистраничном еженедельнике. Меня больше забавляло то, что самой себе я напоминала какого-то английского лорда, читающего «Таймс». Точнее, леди, конечно. Леди. Или миэль, как здесь было принято обращаться к незамужней молодой девушке. Но мысли о девятнадцатом веке от этого не становились менее навязчивыми.

А вот статьи в газетке вполне походили на наши, современные, пусть и с явным историческим и культурным оттенком. Все те же разоблачения за взяточничество, сообщения о строительстве фабрик и каналов, объявления о помолвках и свадьбах, а также целая страница, отданная под объявления о купле-продаже и найме на работу.

— Домой хочу… — пробормотала я себе под нос. — Не очень сильно, но хочу.

Хорошо, конечно, когда у тебя есть целый дом, друзья и жизнь начала как-то налаживаться. Хорошо, когда и на романтических полях взошли тюльпаны. Но… Домой все равно хочется. Там ведь все то, что так и осталось важным и нужным. Там семья, привычный уклад жизни, тот уровень развития, к которому я привыкла. Да, здесь, конечно, можно создать что-то приблизительно похожее, а без телевидения и интернета человек в принципе способен прожить, но дырка в душе и целый клок сомнений от этого никуда не денутся.

— Что со мной будет, когда у парней закончится срок пребывания здесь? — спросила я себя и потыкала ореховый пирог маленькой вилочкой и латунной ручкой. — Я вернусь домой? Я окажусь в своем родном мире? И сколько там пройдет времени? Или, возможно, я завязну здесь?

Нет, домик мне нравился, я уже давно считала его своим и была не против жить в нем и дальше. Но жить в компании Шарада и Мэя, потому как без них и сам дом, и Семимирье казались мне не такими уж уютными.

— Как бы хотелось, чтобы была возможность все объединить, — простонала я, продолжая тыкать пирог. — И мой мир, и этот мир, и парней. Ну хотя бы Шарада впихнуть в мою обычную жизнь!

До чего же я себялюбивая особа! Ох-ох-ох. Понятно, конечно, что любой будет думать прежде всего о себе, но как можно не считаться с тем, что у окружающих тоже могут быть какие-то желания? Вряд ли Мэю и Шараду так уж здесь нравится. Их ведь сюда запихнули временно, в качестве рандомных страдальцев. Парни явно мечтают вернуться в свой мир, который ни на эти семь, ни на мой не похож. Их дом — Первый мир. Им вряд ли хочется торчать здесь или отправляться вместе со мной в другой.