Проснуться живым - Надежда Первухина

– Да уж, ты беззащитный,- хмыкнул Викентий.

– О, кстати! - вскинулся Гремлин.- Счас новый анекдот расскажу…

Но анекдоту не суждено было прозвучать. Потому что в кармане Гремлиновых штанов противно заверещал мобильник.

Гремлин ругнулся и достал трубку.

– Ну? - требовательно рыкнул он, делая свирепое лицо.

Викентий вальяжно расположился напротив друга и приготовился к предстоящей сцене. Просто он знал, что если выражение лица Степана-Гремлина можно охарактеризовать как крайне свирепое, то быть представлению. Театру одного актера.

И Степан не разочаровал приятеля в его ожидании. Это поистине был один из звездных часов его актерского мастерства.

– Не допираю, корешок,- загнусавил Степан в трубку.- И слушаю, и не врубаюсь! Я че тебе, лапши мешок? Я, блин, понтами не кидаюсь!… Я лох?! Я, значит, вам уже не босс?! Спешил, летел, пыхтел, себе мозги запарил… А вам, блин, нужен экстремальный парень! Вин Дизель, типа. Это не вопрос. Но, кореша, какой же это фак! Какой это отстойный сдвиг формата! Без моего классического мата вам не озвучить даже Шапокляк! И как подумать, кто у вас в тузах! Сплошное чмо без голоса и пара. Озвучка без фильтрации базара есть неизбежный и законный крах! Че говоришь, мне башню сорвало? Не катит, типа, быть звездой эфира? Щенок! Не отрывайся от кефира и думать позабудь про дядино бухло! А потому заткнись и запиши: я вам не евро, чтоб гулять по свету. Со мной связался - сядешь на шиши. Карету мне, карету, блин, карету!…

Викентий хотел было изобразить аплодисменты, но Степан предупредительно поднял палец. В Гремлиновой трубке что-то пискнуло, зашепелявило, и Степан уже обыкновенным голосом буднично поинтересовался:

– Записать успели? От придурки…- И отключил трубку.

– Что ты сейчас тут выдавал в эфир? - Викентий кое-как приходил в себя после продолжительного внутреннего хохота.

– Монолог Чацкого,- хмуро ответил Степан.

– Да ты что!…

– А че такого. Просто переозвучиваем запись старого спектакля. Только с этим монологом все время какая-то ботва получается: то не технично, то не смешно. Вот сейчас как было?

Викентий пожал плечами:

– Я не специалист. Но вообще-то некоторый процент здорового детского юмора ощущается.

Степан вздохнул.

– Лабуда это, Кешаня. Сам понимаю. Поеду-ка я в студию и серьезно займусь этим вопросом. Тем более кажется, мои кореша не успели записать все, что я им в трубку наговорил.

– А это был экспромт?

– У меня вся жизнь - сплошной экспромт. Все, карету мне, карету!

– Давай, вали.- Маг ободряюще хлопнул Гремлина по плечу.- Все у тебя получится. Фильмы переозвучивать - не порчу снимать.

– Как сказать! - Гремлин протопал в коридор.- Вот надоест мне хохмить без передыху - открою салон восточной магии. С ассистентками топлесс и в прозрачных шальварах. Куплю себе тюрбан-кальян и буду гадать, духов вызывать, все волшебные услуги оказывать, вах!

– Конкурент, значит, будешь,- хохотнул Викентий.

– Не боись! Дураков и на твою и на мою долю хватит! Москва - город большой. А если еще население пригородов посчитать…

– Блестящая перспектива,- вяло кивнул головой Викентий. Все-таки он устал. Да и духота вкупе с пивом сделали свое дело. Викентий подумал, что лучшее времяпрепровождение сейчас - на балконе, в старом продавленном кресле, перед монитором такого старенького компьютера, что на нем только в тетрис можно играть. Зато так Викентию лучше всего отдыхается…

Но едва за Гремлином захлопнулась дверь, Викентий вместо вялости и расслабленности внезапно ощутил приступ странного, колючего страха. Такой страх бывает в детстве: когда боишься спать в темноте, боишься пауков с длинными тонкими ножками и хуже смерти боишься парикмахеров и стоматологов… Холодный пот тонкой струйкой зазмеился по позвоночнику, несмотря на духоту комнат, а сердце принялось стучать с такой скоростью, что стоило принять анаприлин. Пару таблеток.

Чтобы прогнать глупый и недостойный взрослого мужчины страх, Викентий прошел в комнату, служившую ему спальней. Включил телевизор (шла очередная реклама средств женской интимной гигиены), плюхнулся на тахту. И тут заметил на тумбочке потертую кожаную барсетку Степана, с которой тот не расставался даже тогда, когда шел в сортир.

«Сейчас вспомнит и вернется,- лениво подумал дипломированный маг.- Он за это барахло удавится».

И Викентий ничуть не удивился, когда по прихожей длинной требовательной трелью раскатился звонок.

Маг подхватил барсетку и с заготовленной фразой «Что, вспомнил про свои сокровища?» прошлепал босиком в прихожую, свято уверенный, что, открыв дверь, увидит своего малахольного приятеля.

Но это был не Степан.

И вообще не мужчина.

Девушка, с первого взгляда поразившая зрительные рецепторы прорицателя так, что он даже слегка ослеп от этакой убийственной красоты, стояла в дверном проеме и распространяла вокруг себя сексуальные флюиды такой мощи, что со стен лестничной площадки начала сыпаться штукатурка.

– Э-э…- протянул Викентий, случайно вспомнив о том, что он уже умеет говорить.- В-вы ко… мне?!

– Вы Викентий Вересаев? - холодным тоном осведомилась «термоядерная» девушка.

– Д-да.

– Дипломированный маг?

– В каком-то смысле… Да.

– Мне нужна ваша помощь.

Штукатурка перестала сыпаться. Викентий сглотнул и пришел в себя. С чего он взял, что эта девушка похожа на вспышку молнии? Девушка как девушка. К тому же клиентка. А следовательно, такая же дура, как и остальные. И нечего разводить с нею церемонии.

– На сегодня у меня прием закончен,- хмуро выдал Викентий и вспомнил про Степанову барсетку, которую сжимал в руке.- Приходите завтра.

– Мне нужна ваша помощь,- не меняя интонации, повторила девушка.- Сегодня.

И в грудь дипломированного мага почти уперся угольно-черный пистолетный ствол.

«Откуда она его достала? Ведь она не сделала ни одного движения! - как-то отвлеченно удивился маг. И еще, совсем уж запредельные пошли у Викентия мысли: - Кажется, это наган… Старый очень, еще дореволюционный, мушка некруглая. Странно. Откуда она выкопала такой раритет, еще и стрелять из него собирается. В меня. Хотя я предпочел бы, чтоб женщина, стреляющая в меня, делала это из кольта. Из «Леди Смит», к примеру. Стильно получилось бы. Театрально».

– У меня нет другого выхода,- терпеливо и спокойно, как маленькому, объяснила впавшему в ступор магу девушка.- Или вы мне поможете, или я вас убью.

Что должен делать настоящий джентльмен, если дама просит его о помощи? Да еще угрожая при этом далеко не игрушечным оружием…

Все настоящие джентльмены делают это.