Растущий лес - Владимир Мясоедов

Сейчас вся компания отдыхала после длительного похода в вольный город Норз, где они искали чародея, способного воскресить погибшего Азриэля. Не нашли. Набег дроу на город спутал им все планы, но позволил разжиться неплохой добычей. Все теми же дроу и одним драконом, прирученным благодаря усилиям Мозга, но почти утратившим разум из-за полученного во время боя тяжелого ранения головы. Впрочем, рептилия уже почти оправилась от последствий и заботы о себе требовала минимальной, чего нельзя было сказать о предполагаемом пополнении клана Эльдар. Четыре с половиной десятка апатичных даже к собственной жизни темных эльфов и эльфиек, сознание которых было искалечено гипнургами, намеревавшимися продать свою добычу как рабов, и одна абсолютно вменяемая, а потому находящаяся в состоянии бешенства жрица Ллос сейчас требовали неустанного внимания. Только первым нужна была в основном еда, а жрица постоянно требовала проверки надежности ремней, которыми ее связали. Дневной свет, который во время пути по пустыне слепил темных эльфов и подтачивал их связь с тьмой, придающей им силы, заставлял ее быть очень-очень смирной, но едва только солнце переставало светить, как она тут же начинала активную деятельность: пыталась освободить руки, выплюнуть кляп, что-то наколдовать, один раз едва не вскрыла себе вены… Хотя, возможно, просто порезалась при попытке перетереть путы о лезвие не до конца задвинутого в ножны меча, неосмотрительно оставленного в зоне досягаемости.

Но конкретно в тот момент, на котором сосредоточился архимаг, все было несколько наоборот. Шаман с помощью Мозга проверял, не задумал ли кто из пленников чего-то плохого, а пленницу кормили. Во всяком случае, пытались. После того как она очутилась в пещере под землей, к ней вернулась немалая доля сил и самоуверенности.

— Открой ротик, — ласково просил Семен, тыча ложкой с кашей в лицо темной эльфийки. — Будь хорошей девочкой.

Та открыла. И даже ложку позволила пропихнуть внутрь. А потом плюнула. Метко.

— Опять? — со вздохом спросил у Шиноби Серый, также неоднократно принимавший участие в кормлении дроу.

— Угу, — мрачно кивнул эльф, вытирая лицо. — Слушай, у меня такое чувство, будто она меня за что-то искренне ненавидит.

— Успокойся, — утешил друга воин, — она искренне ненавидит всех нас.

— Верно подмечено, — хмыкнул Келеэль, отпивая глоток заново налитого в бокал вина. — Не понимаю, чего вы с ней носитесь? Отдали бы на промывку мозгов, и все дела. Или оркам. Хотя нет, те бы не взяли. До чего дошло, а? Зеленошкурые цивилизованным народом стали! Пленных не только не жрут, но и правом победителя по отношению к захваченным девицам не пользуются. А может, просто проклятий жрицы Ллос побаиваются? Так для этого дела вообще-то амулеты специальные есть.

— А где наш шаман? — с тяжким вздохом спросил Семен, задумчиво рассматривая пленницу и прикидывая, прибить ее на месте, как велит оскорбленное чувство гордости, или все-таки, несмотря на сопротивление, накормить, как требует здравый смысл. — Вроде новобранцы очередную проверку на вшивость прошли и теперь в соседней комнате вовсю мисками стучат.

— Читает стихи. — Воин махнул рукой в направлении пустыни.

— Лике? — заинтересовался Шиноби, крутя головой, будто обрел возможность видеть сквозь камень, и теперь выискивал в темноте ночи силуэты Михаэля и его подруги.

— Пустыне, — ответил Сергей.

— Гм… — озадачился эльф и даже отодвинул в сторону котелок с кашей. — А на фига?

— Замаливает ту песчаную бурю. Он с чего-то решил, что находиться в ссоре с духами пустыни, если живешь в этой самой пустыне, глупо. Вот и мирится.

— И как результат?

— Отрицательный, — раздался голос шамана.

Эльфы и даже дроу как по команде повернули головы и замерли в изумлении. На входе в пещеру стояло нечто, состоящее, казалось, из грозди шариков. Песчаных. Толщиной с руку и больше.

— В первый раз вижу песчаного снеговика! — ахнул Шиноби.

— Еще одна ухмылка, — мрачно пригрозил Михаэль, снимая круглый шлем со своей головы, — и в первый раз песчаный снеговик съездит тебе по уху, — а затем принялся стягивать странную броню, увеличивающую объем его хрупкой фигуры раз эдак в пять.

— Ну все-таки, как успехи? — не сдавался Семен, которого угроза абсолютно не напугала. — Помог скафандр или нет? И чем ты его обмазал, что к нему прилип песок?

— Помог, помог, — зло пробурчал шаман, отчаянно дергая ногой в попытке стряхнуть с нее ботинок. — Если бы не он, они меня утопили бы.

— Кто «они»? И где топили? — озадачился Серый. — Ближайший водоем, в котором это можно проделать, в нашей пещере, а до города ты бы добраться не успел.

— Они — это духи пустыни, — пояснил Михаэль, одержав наконец победу над обувью. — А топили, как им и положено, в зыбучих песках. Хотя, скорее, это были летучие пески. Если бы я не предвидел такую возможность и не запасся комплектом из скафандра и лебедки, хрен бы вылез из того бархана, который они надо мной насыпали.

Келеэль задумчиво оглядел странный доспех. Способности шамана предвидеть грядущие неприятности он не удивлялся: предводитель небольшой колонии эльфов уже не раз и не два доказывал, что умеет предсказывать будущее неплохо… Правда, Келеэль не всегда его слова понимал, все-таки язык, что заложил в сознание переселенцев гипнург, был для них неродным и к кое-каким выражениям аналога просто не находилось. К примеру, фраза «Блин! И этот штамп сработал!» явно означала, что предсказание удалось. Вот только почему Михаэль, как правило, бывал этим так удивлен?

— А зачем же тогда ты призвал этих духов? — удивился Серый.

— Ну раз они меня засыпят, — пояснил шаман. — Ну два… Ну три. Ну десяток. А потом им надоест, они решат, что это бесполезно, и больше трогать не будут.

— Оригинально, — хмыкнул Шиноби. — Трепать им нервы, пока не надоешь… Знаешь, это твое общение с духами порой удивительно напоминает походы по инстанциям за справкой.

— Угу, — согласился шаман. — Жителям астрала и обитателям уютных контор с теплыми местечками на более-менее значимой должности на посетителя плевать одинаково, и своего добиваться приходится либо через презенты, либо через матюги… Последнее работает не всегда.

— Ладно, хватит лирики, — поморщился каким-то неприятным воспоминаниям Серый. — Ты решил наконец, что с дроу будем делать? Мы уже почти неделю как дома сидим и ничего толкового пока не придумали.

— А что делать? — изобразил непонимание, впрочем не слишком хорошо, Михаэль. — Мозг каждый день поочередно восстанавливает им мыслительную деятельность до уровня, на котором решение о том, что можно сделать что-то самому, например, дать в морду тому, кого не знаешь, не вызовет перегрузки их процессоров. А с самим процессом руко-, а скорее, мече- и магиприкладства у них проблем не будет. Хоть сознание покалечено, но навыки остались, мы же все-таки из загонов выбрали только элиту… не такую уж, к слову, и многочисленную.

— Мы и с ними намучились, — буркнул Шиноби. — Два десятка идиотов, которые даже пить не просят, пока от обезвоживания не упадут, — это слишком много, если идешь не по дорожке в психбольнице, а по пустыне, кишащей хищными тварями. Но ты отлично понял, что я спрашивал про вот эту вот самку верблюда, которая, судя по всему, долго готовилась к чемпионату по плевкам на меткость.