Вариор. Выжить любой ценой - Джейн Лувако

Марко упирался в баррикаду, когда дверь взорвали. У него оторвалась кисть руки, и щепки вонзились в лицо и тело. В дыру лез громадный вервольф: черный с огромными когтями то ли на руках, то ли на лапах, оскаленной мордой и торчащими вверх, как рога, острыми ушами.

Меня охватил жуткий страх от увиденного. Горло перехватило спазмом и при всем желании я бы не смогла заорать. Глубже забившись в угол шкафа и съежившись на полу, я с ужасом смотрела на происходящее.

Дальше все смешалось в какой-то рычащий клубок, который вывалился в коридор и там затих. В дверях появилась голова зверя и я перестала дышать, наблюдая как он оглядывает разгромленную комнату и принюхивается. Я умоляла, всех кого смогла вспомнить, чтобы он меня не заметил.

Наконец это чудовище, дернув ухом, убежало дальше по коридору. А я сидела, зажимая рот ладошками, молча глотая горькие слезы и боясь пошевелиться, понимая, что в этом мире я опять осталась одна.

Гряда Ярости, заброшенный замок.

Тар Эдхаир Каности

Замок захватили без потерь с нашей стороны. Это была удача, потому что мы даже подумать не могли, насколько он превосходит нас в защите и силе. Оборотням, под началом Ворта, пришлось всех некросов^[5] взять на себя, а остальным – сильно постараться, чтобы скрутить магистра. После того как на него надели диоритовые браслеты, блокирующие магию, все вздохнули с облегчением. Мои люди обыскали все помещения и ничего не обнаружили. Они не смогли найти тайный вход в подвал. Нигде не было магически скрытых ходов, комнат, дверей. Здесь явно была только механика, а ее можно искать до возвращения Ушедших. "Шакти, шакти, шакти!" – я долбанул кулаком в стену, а сумасшедший старик мерзко захихикал.

Из живых нашли только одну служанку. С ней я решил пообщаться наедине. Женщина сидела на краешке дивана в комнате, где её закрыли и куталась в шаль. Узнав меня, бросилась передо мной на колени: "Тар Каности, умоляю, спасите моего сына!". И столько отчаяния было в её голосе, что меня проняло.

– Ты знаешь, что здесь происходит? Твоя помощь будет зачтена при вынесении приговора.

– Знаю, – она опустила голову, – на мне клятва молчания, я ничего не могу вам рассказать.

А старик хитер, подстраховался. Клятва молчания – это мгновенная смерть при первых словах или действиях, несущих вред магу или раскрытие его тайны. Я не мог заставить говорить эту несчастную женщину, да и помочь ей не мог.

– Ты же понимаешь, что я не смогу ее снять, – устало сказал, садясь напротив неё. Она сникла.

– Тар, пожалуйста поклянитесь, что не бросите моего сына и поможете ему в жизни.

Время играло против нас. Я, не раздумывая, полоснул отросшим когтем ладонь левой руки:

– Как зовут твоего сына?

– Филес.

– Клянусь вырастить и воспитать Филеса как собственного не наследного сына.

Кровь на ладони вспыхнула рубиновыми язычками пламени и пропала. Женщина поднялась с колен: "Пойдемте." С собой взял пятерку Ворта и десять магов.

Мы спустились на первый этаж и прошли в большой зал. В нем не было ничего примечательного: пустой, каменные стены и потолок, и не грана магии. Ворт проворчал: "Мы его весь пронюхали". На что получили ответ: "Некросы каждый день мыли пол и стены этого зала отваром чернавки". Достаточно было раз в десять дней обрабатывать, чтобы оборотни ничего не почувствовали, а уж если каждый день…

Женщина, украдкой вздохнула, но подошла к стене и поочередно нажала три камня. Несчастная осыпалась пылью к нашим ногам, когда стена отъезжала в сторону, открывая проход. Отдавая дань жертвенности этой женщины, я еще раз мысленно поклялся найти её сына и воспитать как своего.

Мы вошли в отворившийся проем, оставив двоих у входа. Маг-светильники загорелись сразу, разгоняя тьму. Это был широкий, каменный туннель, плавно уходящий вниз. Спускаясь, все ниже и ниже поняли, что это не просто подвал, а огромная многоэтажная система разветвленной сети коридоров, переходов, лестниц, комнат, залов, клетей, лабораторий, клеток и мертвецких.

Оборотни шли по запаху хозяина замка. Но он буквально впитался в стены и пол, поэтому нам приходилось проверять все ответвления этаж за этажом. Хорошо, что здесь не было ловушек и некросов.

Мы нашли живых детей. Такого ужаса я не видел в своей жизни, хотя на должности Главы Тайной канцелярии чего только не насмотрелся. Они были напуганы, истощенны и очень слабы, некоторые находились в тяжелом состоянии, на других виднелись следы неизвестных операций.

Но принцессы среди них мы не видели. По рисунку самые старшие дети узнали инфанту, но все говорили, что изверг давно забрал ее к себе. Когда “давно” и куда к “себе” они не могли сказать. Я заставлял себя не думать, что мы, возможно, опоздали и не найдем девочку живой.

Оставив двух магов с детьми, с остальными пошли дальше. И опять повороты, коридоры, переходы, лестницы, камеры... зал со стационарным порталом. Удача! Это большая удача! Не придется таскаться по горам, до нормальной магической зоны, с пленником и больными, истощенными детьми.

Связавшись со своими людьми, оставленными наверху, приказал спуститься в подвалы, прихватив с собой портальщика и арестованного магистра. Маг – портальщик появился у нас совсем недавно. Молодой, гениальный парнишка, только что окончивший академию. Я заприметил его давно и сразу после экзаменов забрал к себе. Вот и посмотрим на него в деле, как быстро разберется и перенастроит портал в здание Тайной канцелярии.

А мы – дальше, бегом, заглядывая во все закутки, находя камеры с живыми детьми и мертвыми. Приходилось осматривать всех девочек, сверяя их с нарисованным портретом. Скольких же эта тварь загубила за столько лет! Что за цель преследовал? Неужели она стоила всех жизней невинных детей? Очень хотелось раздавить эту гадину, но я старался держать себя в руках. Парни, шедшие со мной, скрипели зубами и крепче сжимали кулаки. Надо будет усилить охрану этой твари, по имени Готран Борфинор, иначе ребята устроят ему самосуд. Оборотни не прощают такого отношения к детям.

Мы обошли все. Ее не было ни среди живых, ни среди мертвых. Ну что же, поговорим по душам с магистром… Махнул своим осмотреться, вдруг мы что упустили, сам же отправился обратно. Я стремительно вошел в зал с порталом и все, кто находился там, повернулись в мою сторону. Суровые лица бойцов говорили о многом. Но ко мне бросился портальщик:

– Это гениально, это просто гениально, такое красивое решение!.. – он буквально захлебывался от восторга, а глаза горели от энтузиазма. Ну хоть кому-то хорошо.

– Портал настроен? – прервал его я.

– Да, конечно, тар. Я настроил выход к нам в канцелярию, на стационарный портал… – он что-то хотел добавить, но я уже отвернулся, раздавая приказы.

– Отправляйте детей. Всех в лекарский корпус канцелярии, вначале тяжелых, родителям не сообщать, детей охранять! – и повернулся к магистру. Видимо в моем взгляде что-то было такое, что он съежился. Подходя к нему и нависая над этим шакти, из последних сил сдерживал себя, сначала девочка, остальное успеется. Показал рисунок инфанты: