(Не)согласная невеста - Марго Генер

Я приподнялась на сидении, потерев шею и спросила:

– Я что, разговаривала во сне?

Брачный посол покачал головой.

– Нет, – сказал он, – но вид у вас был, будто проводите сеанс телепатической связи. Вы случайно, не распечатали дар самостоятельно, без моего ведома?

Меня как огнем опалило, магия в груди возмущенно шевельнулась и зарычала на Шаторье.

– Да как вы смеете! – выдохнула я. – Сначала увозите, как козу на продажу, теперь оскорбляете. И это я, по-вашему, манер не знаю? Знаете, господин Шаторье, вам бы самому поучиться.

От моей вспышки он даже рот раскрыл, в первую секунду не найдя, что сказать. Видимо, привык, что все перед ним пресмыкаются и раболепствуют. Но от меня этого не дождется, пусть будет хоть трижды брачным послом.

Спустя пару мгновений пристального изучения моего лица, которое, наверняка пышет возмущением, все же произнес:

– Не хотел вас оскорбить, леди де Лафей. Приношу извинения.

– Принимается, – буркнула я.

Даже стало слегка досадно, что он так быстро примирился. Я уже готова была с боем отстаивать свою честь. Что ж, Шаторье стоит отдать должное, когда отступить он знает.

До самого приезда мы молчали. Посол что-то изучал в пергаменте, а я думала о странном сне и его участнике. Эти волосы, этот голос… Я точно знала, что в жизни не встречала этого человека. Значит, он плод моего воображения. Видимо, напряжение последних дней, жених, пансион, все спровоцировало слуховые, а потом и визуальные видения.

Я вздохнула – хотя бы во сне привиделся тот, кому не безразлична моя судьба. Он явно беспокоился, не хотел, чтобы прыгала в реку. Хотя и начал распускать руки. С другой стороны, это ведь мой сон, значит и мои желания. Грезы, сплошные грезы…

Пансион Магикус Соле даже с высоты выглядел изысканно и величественно. Я представляла его, как нечто мрачное, ведь вокруг него столько тайн. Но он оказался светлым, два корпуса, сады, лабиринты из кустов, площадь с фонтаном.

Мы приземлились на специальной площадке. Шаторье передал меня на попечение какой-то девушке, назвавшейся Миа, а сам спешно удалился, на ходу уткнувшись в пергамент, который ему принес паж.

– Я ваша горничная, госпожа де Лафей, – радостно сообщила девушка. – Ваша и еще нескольких леди. Мне велено проводить вас в вашу комнату.

Я пожала плечами. Велено, так велено.

По пути глазела на картины во весь рост по стенам, скульптуры, разглядывала ажурные окна. Коридоры светлые, все чистое и правильное, я еще явственней ощутила, что не вписываюсь сюда со своим своеволием и бунтарством.

Мы пересекли нескончаемый коридор, затем поднялись по ступенькам, думала, на этом всё, но пришлось еще пройти по перемычке между корпусами, прямо в воздухе. Стены в ней стеклянные, и я вновь обратила внимание, как ухожено и благовоспитанно выглядит Магикус Соле сверху.

Наконец, когда уже отчаялась увидеть свою комнату, мы добрались до жилого корпуса. Миа сообщила, остановившись у одной из дверей:

– Госпожа де Лафей, вот ваши апартаменты. Вещи принесут через несколько минут. Вам что-нибудь нужно?

Мне нужно, чтобы меня оставили в покое и не пытались насильно выдать замуж, распечатав и забрав магию, подумала я, но горничной сказала:

– Нет, спасибо. Ничего не нужно. Я отдохну немного с дороги.

– Как будет угодно.

Девушка открыла передо мной дверь и удалилась. А я, войдя в комнату, с досадой обнаружила, что делить ее придется еще с двумя девушками. Дома в поместье, у меня была комната, пусть и со старой мебелью, зато большая и своя.

Я тяжко вздохнула и поприветствовала девушек.

– Я Валенсия Соул де Лафей. Для друзей Вел.

То, что друзей нет, уточнять не стала.

Девушка, отчаянно пытающаяся связать перед зеркалом на тумбочке каштановые кудряшки в узел, неловко закивала, при этом продолжая воевать с волосами. Между губ зажата шпилька, потому ответить не смогла. Но выглядит, вроде, милой, а веснушки придают задорна и веселости. Видимо для того, чтобы это подчеркнуть, на ней платье светло-зеленого цвета.

Вторая даже не оглянулась – сидит перед таким же зеркальцем, как и первая, с прямой, как жердь спиной, подбородок вздернут. Смоляные волосы гладкие и ниспадают ниже пояса, платье бледно голубое, в кружевах. На лице аристократическая бледность, а подведенные малиновым губы только подчеркивают это.

Косясь на брюнетку, я прошла к свободной кровати у окна и села. Кудряшка, как про себя назвала первую девушку, наконец завязала волосы в узел и выплюнула шпильку.

– Привет! – радостно сказала она. – Я Аерин Бофо. Но дома меня зовут Ари. Ты новенькая? А, ну да, конечно новенькая. Что я спрашиваю. Видела, ты прилетела дирижаблем. Обычно на нем только из далека прилетают. Я-то приехала в экипаже. Всего день пути. Откуда ты?

Поток информации меня озадачил. Опыт общения с женским полом ограничивался Джозет де Лафей и несколькими служанками. Впрочем, опыта в общении с мужчинами тоже не много. Но с ними хотя бы можно играть в догонялки. Было можно. Пока сыновья слуг не стали смотреть на меня как-то по-особенному, и отец не запретил с ними дружить. Сказал, мы перестали быть детьми, и он не позволит, чтобы на дочь боевого мага в отставке сально глазели сыновья конюхов.

– Эм… – протянула я, – очень приятно. Да, мой дом далеко.

Посвящать в подробности едва знакомого человека не хотелось.

Через секунду в дверь постучали, принесли мои вещи – скромный саквояж с пожитками. Я принялась раскладывать их в тумбочке, косясь на брюнетку. Та даже взглядом не повела, когда пришел носильщик.

– А что с ней? – спросила я тихо, кивая на брюнетку.

Ари сделала круглые глаза и, подманив меня, прошептала:

– Это Катрина Жанжори. Упражняется в выдержке и бесстрастности. Она из богатого рода приближенных короля.

Я округлила глаза.

– Де Фламер?

– Ага, – согласилась Ари. – Видишь, как подбородок держит? Говорит, по статусу положено так себя держать. У нас тут все работают над недостатками, чтобы стать достойными мужей.

Я поморщилась. Я не представляла, как вообще впишусь туда, где все идет в разрез с моими взглядами. От одной только мысли, что придется пресмыкаться, склонять голову перед мужчиной спящая в груди магия нагревалась и жгла.

– И что, долго сидит? – спросила я.

Ари кивнула.

– Уже третий час. Мы с ней не особо общаемся. Сама догадываешься, она так еще штучка.

То, что эта Катрина особа специфическая, понятно с первого взгляда. Стало не по себе. И так увезли боги знают куда от дома, так еще и придется терпеть чокнутых соседей.

Раскладывать вещи закончила быстро, вздохнула и повернулась к окну. Оно открыто и свежий ветерок колышет прозрачные занавески. На другой стороне площади за живой изгородью второй корпус, поменьше, но возникло ощущение, что не в размере дело.