Герцогиня с сюрпризом - Надежда Цыбанова

- А если вы ничего не узнаете? – она прижала кошель к груди. В глазах Элеоноры задрожали настоящие слезы. Я себя бандитом в темном переулке почувствовала, причем обдирающим мать-одиночку с целым выводком детей.

- Аванс возвращается в половинном размере, - я от нетерпения принялась тарабанить пальцами по столу. У меня сегодня еще одна встреча, и уговаривать заплатить в мои планы не входило.

- Ладно, - сдалась эта скупердяйка. Честное имя стоит куда больше трех золотых. – Но я жду быстрого результата, иначе, сами понимаете… Луи оперативно возник, стоило мне только тронуть колокольчик. Есть подозрение, что он шпионил под дверью. Это в духе нашего отца. Да, дорогая, мы тебе, безусловно, доверяем. Но проследим, чтобы никто не обидел. Как же тяжело быть самостоятельной, особенно когда имеются очень влиятельные и заботливые родственники.

А еще сложнее незаметно сбежать из дома, если в гостиной устроила засаду бабушка.

Ванесса Дорей с независимым видом пила чай. Точнее, уничтожала пирожные. Рядом с ней расположилась мама с легкой улыбкой на губах.

- А мы тебя здесь ждем, - сдала старшая герцогиня всю контору, и я пожалела, что не додумалась вылезти через окно кабинета.

Бабушка скользнула недовольным взглядом по моим штанам, затем прошлась с раздражением по коротким волосам, и трагично вздохнула. Горе ей помог пережить очередной укус пирожного. Моя вызывающе мужская стрижка - вовсе не блажь и не протест. Еще в ведической школе меня на голову случайно уронили пробирку с экспериментальным зельем.

Теперь они не растут. Приходиться мириться со стрижкой «под мальчика» и бесконечными париками, подсованными мне заботливой бабушкой.

- Вот, - передо мной на столик легли два пригласительных. – Выбирай, куда ты пойдешь: на чай к Николь Браус или на вечеринку-маскарад к Неилу Форсету.

У меня дернулся глаз. Ванесса сама как-то сказала, что в воспитании мамы было допущено много ошибок. Теперь она их учла и отыгрывается на мне по полной программе. Выбор же предоставлен? Чем дитя недовольно?

- Бал-маскарад, - я сцапала листок. Там хотя бы можно затеряться. А на чаепитии - только получить дозу змеиного яда, которым с удовольствием поделятся все присутствующие.

- Кем нарядишься? – хитро спросила мама.

- Сказочной принцессой, - я скромно потупилась, чтобы родственницы не заметили, как я ухмыляюсь.

- К королевскому балу готова? – бабушка недовольно поджала губы. Такое ощущение, что без ее чуткого руководства я заявлюсь перед очами Кененга в домашнем платье.

- И даже подарок для Мартины выбрала.

Принцессам в правящей семье повезло больше, чем сыновьям. Традиции требуют называть мальчиков, как возможных наследников престола, только Кененг. Сейчас на троне сидит Двадцатый. С чего такое правило, я точно не знаю. Но отец как-то обмолвился, что это из-за кровной привязки к трону и управлению магией королевства. Девочкам же проще, их имена нормальные. С принцессой Мартиной мы, можно сказать, дружим, погодки все же. И бал в честь ее дня рождения я пропустить не имею никакого права.

В этот момент широкими шагами в гостиную вошел брат.

- О, чаек! – он, радостно потирая ладони, уселся в кресло, тут же сцапав одно пирожное. – М-м-м, вкуснота.

- Вот он будет меня сопровождать на бал, - я ткнула в братца пальцем.

Тот от неожиданности подавался и закашлял. Горничная Луиза оперативно наполнила чашку и протянула пострадавшему. Спешный глоток ситуацию только ухудшил. Брызги полетели во все стороны.

Бабушка на это взирала с величием мраморной статуи Святой Матери. Когда красный Рикардо смог наконец-то вздохнуть, она решила нанести еще один удар:

- Нет, Марсия. Он будет сопровождать принцессу Мартину.

Брат потрясенно уставился на бабушку, не ожидая такого подвоха от родственницы. И я его понимаю. Моя «подружка» совместно с Дафной Корфух занимается его преследованием. С детства, наверное. А ты попробуй спрятаться от предприимчивой двенадцатилетней особы, которая любой, с кем ты танцуешь, потом в бокал слабительное подливает.

- Да ни за что! – прохрипел брат.

- Это ее день рождения и ее желание, - виновато развела руками мама. – Кененг распорядился.

Я мысленно восхитилась находчивостью Мартины. А король-то, король!

- Хорошо, - прорычал Рикардо таким голосом, что ни у кого не возникло сомнений: именинница не обрадуется.

- А кто тогда будет сопровождать меня? – я обиженно насупилась.

- Сама поищи, - огорошила бабушка. Надо поинтересоваться у ее врача, не назначал ли он новых препаратов? – Только друзей этого оболтуса просить не смей.

- Мама, - простонала старшая герцогиня.

В ответ ей досталась ехидная усмешка:

- Дорогая, это же твои дети. Вас пока не пнешь – правнуков не дождешься. Один по стране мотается и любовниц меняет, а вторая – по помойкам в штанах лазает. А они, между прочим, фон Тилль! Ремня каждому! По десять раз!

В общем, из дома я сбежала под недовольное ворчание Ванессы Дорей, отговорившись срочным делом. Если бабушка оседлала любимого матримониального конька, то это надолго.

Рикардо проводил меня жалостливым взглядом. Держись, брат, я в тебя верю.

Снова повздыхав возле магомобиля, я, легко поигрывая сумочкой с пистолем, направилась в любимую кофейню со столиками на улице. «Вкус мира» можно считать моим неофициальным офисом, так часто в нем приходится назначать встречи. Но сегодня любимое место преподнесло мне замечательный сюрприз.

Виконт Лариан Вирст, мой постоянный, но нежеланный воздыхатель, сидел за одним из столиков с девушкой. Интересно, если я сейчас изображу прямо тут победный танец, это будет очень неприлично?

Меня заметили. Я к такому давно привыкла. Послав опешившему виконту легкую улыбку, я скользнула за свободный столик. Вирст состроил несчастную мордашку, и официант поспешил на помощь явно отравившемуся посетителю. На двух стульях захотел сразу посидеть, виконт? А вот шиш тебе!

Своего клиента я увидела издалека. Ноела Шлета подвела маскировка. Вообще сложно не обратить внимания на тощую фигуру ростом больше двух метров, закутанную в черный плащ.

Своеобразный траурный столб, совершенно незаметный. Недавно получивший в наследство ювелирную лавку парень был так же слеп, как и высок.

Отыскав меня среди десятка столиков, он воодушевленно сообщил:

- Радость-то какая!

При встрече со мной люди крайне редко испытывают эйфорию, поэтому я решила уточнить:

- Какая?

- Большая, - логично и точно ответил Шлет. - Я уже, боялся, не доживу!

Я заинтриговано подалась вперед. В записке, переданной мне с утра, говорилось, что дело важное. А значит, и денежное!