Долина дракона - Ванда Алхимова

– Что случилось? – спросил Гордый Ворон.

– Пес не дает проехать, – угрюмо ответила Лорелея.

– Так прогони его с дороги, – с досадой сказал Гордый.

– А этого не дает он, – кивнула на Бакстера Лорелея.

– Пес чувствует что-то неладное, – вмешался старый одноглазый воин, заросший седой бородой по самые глаза. – Давайте подождем.

– О, небеса, – прикрыл глаза Гордый. – Весь отряд ждет, пока щенок справит нужду.

Ответом ему было мрачное молчание. Все смотрели на Хвата. Щенок повернулся к людям спиной и спокойно сидел, нюхая воздух и всматриваясь вдаль. Ветер шевелил его густую шерсть. Лошади вздыхали и перебирали копытами. Гордый закусил губу. Через четверть часа он не выдержал и крикнул:

– Бакстер! Я тебе приказываю прекратить эту дурь и ехать дальше!

Бакстер не ответил, уставившись на гриву своего коня. Гордый стиснул кулаки. Оставлять это так он не собирался.

Внезапно щенок жалобно заскулил и заметался на месте. Послышался странный звук – словно где-то выдохнул великан. Тихое шуршание сменилось грозным гулом, и на глазах у потрясенного Гордого громадный пласт снега впереди пополз вниз, стирая часть тропы, утягивая за собой валуны и деревья.

Уничтожая все на своем пути, лавина прогрохотала по склону и рухнула в ущелье.

– О, небеса! – выдохнула Лорелея. Ее глаза остекленели от ужаса. – Мы ведь сейчас проезжали бы как раз там…

– Горные мастифы никогда зря не станут беспокоить хозяев, – буркнул седой горец. – Сейчас все уляжется, и поедем дальше.

– Дальше? – почти взвизгнула Лорелея. – По этой тропе? Чтобы нас в любой миг могло накрыть следующей лавиной?

Бакстер поднял насмешливый взгляд от конской гривы и презрительно ухмыльнулся:

– Предлагаешь подождать до весны, пока снег не растает? Так весной тоже оползни бывают.

Горцы громко захохотали. Лорелее кровь бросилась в лицо. Она оглянулась – не смеялся только Гордый Ворон. Он тронул коня и подъехал к ней.

– Лавины здесь обычное дело, – сказал он. – Но впечатляет. Сам отвык. Очень страшно.

– Но с этим же ничего нельзя поделать, – указала на след от схода Лорелея. – Это верная смерть! Против нее не поможет ни меч, ни щит…

– Эти люди живут здесь всю жизнь, – вздохнул Гордый. – И как-то выживают. Нам повезло – у нас есть твой пес.

Лорелея посмотрела на щенка. Тот подбежал к ее коню и теперь подпрыгивал, скулил, царапал воздух – просился обратно в седло.

– Твой младший брат спас мне жизнь, – пробормотала Лорелея. – И тебе, и всем этим воинам. Он подарил мне этого щенка. За то, что я спасла твою.

– Видимо, и от младших братьев бывает польза, – заметил Гордый. – Нужно ехать дальше. До темноты надо добраться до перевала.

Лорелея посмотрела на горы вокруг, зябко поеживаясь. Еще никогда ей не было настолько страшно. Мысли о внезапной подлой смерти преследовали ее все долгие две недели пути, пока они пробирались горными дорогами. Только когда склоны и скалы остались позади, а впереди открылась усеянная серыми валунами ровная возвышенность, Лорелея почувствовала, что ужас медленно разжал свои ледяные пальцы и освободил ее сердце.

Здесь было заметно теплее, и чем ниже они спускались, тем лучше становилось. Чувствовалась близость Стылого моря и гигантского теплого потока, омывавшего эту часть материка.

В долине снега почти не попадалось, было тепло, сухо, хотя и пасмурно. Горцы потели в своих мехах. Пришлось снять шапки, рукавицы, плащи. Лорелея разделась до легкой кожаной куртки. Ее волосы, собранные в высокий тугой хвост, лихо развевались на ветру.

Отряд двигался медленно: полсотни человек, пусть и привычных к суровым испытаниям, нуждались в еде и отдыхе.

Кругом тянулись бесконечные поля, пустые в эту пору. Лишь кое-где зеленели озимые.

– Богатый край, – заметила Лорелея. – Если год был урожайным, то зерна здесь с избытком.

– Здесь всего с избытком, – буркнул Бакстер. – Зерна, овец, масла, чего хочешь. Только они жадные. Цены задирают бессовестно. Потому и богатые такие, что жадные. Король Аэрин даже корону не золотую, а серебряную носит.

– Золота не хватило? – удивилась Лорелея.

– Нет, – фыркнул Бакстер. – Все золото на монеты переплавил и в сундуки попрятал. Нечего удивляться, что у них тут, как говорят, драконы водятся.

– Драконы? – раскрыла рот Лорелея. – Но этого не может быть! Драконы бывают только в легендах.

– Вот сожрет тебя такая тварь вместе с лошадью, и будет тебе легенда, – проворчал Бакстер.

Лорелея отъехала от него, про себя поражаясь, как такой молодой парень может быть таким угрюмым брюзгой. Лорелея и сама смотрела на жизнь серьезней, чем следует, из-за чего нередко становилась предметом насмешек, но Бакстер далеко обошел ее.

Дорога стала такой широкой, что на ней свободно могли бы разъехаться три кареты. Следы от колес и копыт говорили о том, что здесь должно быть многолюдно, но навстречу отряду почему-то почти никого не попадалось, лишь иногда проезжали крестьянские повозки с тяжелой поклажей. Везли лес, мешки, свиней или овец в тесных клетках. На горцев крестьяне косились настороженно, поглубже натягивая на глаза серые бесформенные колпаки. Несколько раз отряд сворачивал в деревни, чтобы купить провизию. Там путешественников ждал прохладный прием – сплошь тревожные взгляды, скупые слова и неохотный торг. Лорелея подмечала, что крестьяне почти все обуты, скотина у них сытая и гладкая, а виселиц почти нет. Это был процветающий спокойный край, где умели считать деньги и не любили чужаков.

На четвертый день впереди показался перекресток. На нем маячили две конные фигуры, закованные в сталь.

– Вот и стража, – пробормотала Лорелея, натягивая повод.

Гордый Ворон придержал своего коня и сделал знак остальным. Бакстер мрачно зыркнул, но подчинился. Отряд остановился.

– Надо поехать и переговорить с ними, – сказала Лорелея. – Не всем.

– Поехали, – кивнул Гордый, но Лорелея покачала головой:

– Нет. Мало ли, вдруг там засада. Поедем я и Бакстер.

Бакстер гордо распрямил плечи.

– Не уверен, что вы двое годитесь для переговоров, заметил Гордый.

– Поверь мне, – подняла подбородок Лорелея. Я не единожды участвовала в переговорах Бреса и даже вела их от его имени. А ты хоть раз на переговорах был? – Я, вообще-то, командовал армией, – разозлился Гордый.

– Не армией, а королевскими гвардейцами, – с плохо скрытым сарказмом уточнила Лорелея. – И вряд ли Эннобар брал тебя в посольства.

Гордый покраснел до ушей. Бакстер сделал вид, что считает птиц в небе.

– Хорошо, – наконец сказал Ворон. – Делай как знаешь.