Иван-дурак в стране чудес - Валерия Карнава

— Отвечай! — прикрикнула на него Королева.

— В-в-впервые вижу, — стал заикаться Валет, глядя на подол. И как теперь корону достать?

— По тебе давно топор плачет! — гневно заорала королева, топнув ногой. Что-то хрустнуло.

Она отошла в сторону. На земле показалась корона, на которой один камень был разбит. У Валета чуть голова не закружилась от подобного зрелища. Он подбежал к короне, боязливо схватил её и быстро вернул на бархатную подушечку, причитая умоляющим голосом:

— К-к-камешек мы заменим, в-в-ваше королевское в-в-величество, вы не о-о-обессудьте!

— Сейчас же! — сверкнула глазами Королева, след Валета с этой подушечкой тут же простыл.

Затем двинулась Королева к Ивану-дураку и Алисе, который с интересом наблюдали за этой сценой.

— Вы кто? — гаркнула она, сузив глаза. Зрачки её ходили то в одну, то в другую сторону: каждого осматривала.

Алиса, даже не испугавшись, изящно сделала реверанс и уверенно ответила:

— Меня зовут Алиса, ваше величество.

Затем она незаметно толкнула в бок Ивана-дурака, который застыл, как истукан.

— А я… я — Иван, — пробормотал Иван-дурак.

Алиса покраснела. Он даже забыл сказать: «ваше величество». Какой некультурный. Но Королева не разозлилась из-за этой оплошности. Нечто поважнее привлекло её внимание. Краем глаза она заметила единственный неокрашенный белый бутон, над которым чуть ли не склонились её садовники, чтобы прикрыть. Не удалось.

— Что за самодеятельность такая? Отвечайте! — гаркнула она на садовников.

Первым заговорил Двойка дрожащим голосом:

— М-м-мы очень старались, в-в-ваше в-в-величество…

Кажется, он был самый смелый из всей этой троицы садовников. Лицо у Королевы побагровело, и она заорала так, что у неё щёки надулись:

— Заметно. Отруби-и-и-ить им голову!

Ор постепенно превратился в противный писк. Подскочил к своей супруге Король. Низенький, в нелепом наряде, напоминающем бурку, и с тощими ножками, обтянутыми чёрными лосинами. Он аккуратно взял Королеву за руку и отвёл в сторону.

— Может, не стоит, дорогая? — нежно произнёс он тихим голосом. — Я понимаю, жизнь твоя не сладка: геморрой даёт о себе знать, ещё шизофрению доктора приписали, но пощади хотя бы их, а то в нашем королевстве скоро вообще садовников не останется. Кому за розами ухаживать прикажешь? Ты же их так любишь. А без садовников розы повянут.

Королева задумчиво повела носом.

— Я что, много садовников казнила? — спросила она у супруга.

— Всех, это последние, — с той же улыбкой ответил ей Король.

— Ладно, пусть живут, — согласила она, а после недовольно крикнула садовникам, которых только что пощадила: — Убрать белую розу!

Она любила только красные розы. Это был её любимый цвет — символ безграничной кровавой власти. Знак того, что все её боятся. Королева отстранилась от супруга и снова приблизилась к гостям.

— Вы в крокет играть умеете? — поинтересовалась она. Выражение лица у неё уже не было таким, словно она хотела кому-нибудь отрубить голову.

— Да! — бодро ответила Алиса.

— Я не умею, — ляпнул Иван-дурак, чувству себя настоящим дураком. Разве можно говорить такое Королеве, которая рубит всем головы?

Королева сурово уставилась на него.

— Не умеешь играть в крокет? А что ты вообще умеешь? — тягучим голосом произнесла она.

Иван-дурак растерянно глянул на Алису. Та лишь пожала плечами: сам ляпнул, сам и расхлёбывай. Затем он улыбнулся Королеве как можно доброжелательнее и спокойно ответил:

— Думаю, не совсем подходящее время для перечисления моих заслуг…

Королева продолжала на него смотреть, но уже так, будто хотела его съесть.

— Молчать! — заорала она и развернулась. — Все за мной!

Процессия двинулась за Королевой между кустами роз. У Ивана-дурака отлегло от сердца.

— Надеюсь, королева не потребует отрубить мне голову из-за того, что я не умею играть в крокет? — на всякий случай спросил он у Алисы. Ему почему-то казалось, что она всё здесь знает лучше, даже реверансы отменные делает.

— Если бы она этого хотела, ты уже был бы без головы, — улыбнулась ему Алиса.

Иван-дурак только присвистнул. Ну и дела тут творятся.

— Слушай, надо рвать когти отсюда, пока наши головы целы, — сказал он Алисе. — Знаешь, где здесь выход? Может, ещё одна дверца припрятана в этих розах? А?

— Мы не можем бежать сейчас, на глазах у Королевы. Иначе наши головы точно не уцелеют, — предупредила его Алиса.

В этот момент к ним подбежал Белый Кролик. В руках он перебирал золочёные часы на цепочке.

— Знакомые лица, — с улыбкой сказал он Алисе.

— Да, виделись недавно, — улыбнулась ему Алиса.

— Это такая честь — играть с Королевой в крокет. Вы, наверное, особенные, — продолжал Белый Кролик, оглядывая Ивана-дурака. Так нелепо юноша смотрелся на фоне королевского сада, где было столько прекрасных роз.

— Не знаю, какие уж мы особенные, но, думаю, раз сама Королева предложила сыграть с ней в крокет, то это будет жаркая игра, — предположила Алиса. Судя по тону её голосу, она была не прочь принять участие в этой игре, и ей даже это льстило.

— Главное, чтоб нас не зажарили, как курочку-гриль, если проиграем, — заметил Иван-дурак.

Процессия покинула сад и оказалась в поле для крокета, сплошь засеянным ровно выстриженной сочно-зелёной травой. На поле стояли клумбы, из которых выглядывали розовые фламинго, а у их ног ютились ежи. Вся королевская свита выстроилась около этих клумб полукругом. Королева, стоявшая посреди свиты, крикнула Белого кролика. Тот со всех ног помчался к ней, чуть часы по дороге не выронил. Она шептала ему что-то на ушко, глядя в сторону нежданных гостей. После Белый кролик уже бежал к клумбам. Одной лапой он схватил фламинго, а другой — ежа.

— Ты, в лаптях! — стоявшая издали Королева гаркнула в сторону Ивана-дурака.

Иван-дурак вздрогнул и вытянулся струной от слов Королевы. Что-то нехорошее скрывалось в её словах.

— Я хочу посмотреть, как ты играешь! — продолжила она.

«Вот пристала со своим крокетом, злыдня!» — подумал про себя юноша, а сам выдавил из себя фальшивую улыбку. Вроде как бы это честь — сыграть с Королевой.

— Конечно, ваше величество! — услужливо ответил он ей, а сам огляделся по сторонам. Поле казалось ему бесконечным и открытым, как ладонь. Не было даже деревца, за которым можно было спрятаться. Да уж, с поля ему не сбежать просто так. Значит, надо играть.

Тем временем Белый кролик молча сунул ему в руки фламинго. Юноша непонимающе взглянул на диковинную птицу: шея длинная и тонкая, клюв большой, а ещё эта птица даже не пыталась высвободиться из его рук, а лишь молча моргала,