Спрятанная - Филис Кристина Каст

— Они успокоились. Странно.

— У слова «странно» негативный подтекст, так что я предпочитаю «чудесно».

Небрежно кивнув пожарному, Ленобия направилась к недолеткам, сгрудившимся вокруг Эрика Найта и профессора Пи.

— Мэм, я капитан Олдерман, Стив Олдерман, — ответил мужчина, почти срываясь на бег, чтобы идти с ней вровень. — Мы пытаемся потушить пожар, и мне необходимо знать, кто здесь главный.

— Капитан Олдерман, я сама бы хотела это знать! — мрачно отозвалась Ленобия и добавила: — Идите со мной. Я попытаюсь разобраться!

Преподавательница верховой езды присоединилась к Эрику, профессору Пи и группе недолеток, где были Сын Эреба, Крамиша, Шайлин и несколько «синих» учеников пятой и шестой ступени.

— Пентисилея, я знаю, что Танатос и Зои с ее Кругом завершают ритуал на ферме Сильвии Редберд, но где Неферет?

Слова Ленобии звучали резко, как удар кнута.

— Я… Я не знаю! — По ее голосу было ясно, что Пентисилея потрясена. Она обернулась на горящую конюшню. — Заметив пожар, я заглянула в ее апартаменты, но ее там не было.

— Как насчет телефона? Ей пытались позвонить? — спросила Крамиша.

— Не отвечает, — покачал головой Эрик.

— Замечательно… — пробормотала Ленобия.

— Полагаю, в отсутствие упомянутых вами персон, за все здесь отвечаете вы? — поинтересовался у Ленобии капитан Олдерман.

— Да, судя по всему, я, — кивнула она.

— Значит, прежде всего надо все сверить по школьному архиву. Вы и преподаватели должны немедленно проверить по списку, все ли ученики присутствуют на месте. — Пожарный указал пальцем на скамейку недалеко от места, где они стояли. — Вон та девушка с красным полумесяцем на лбу — единственная, кого мы нашли в непосредственной близости от конюшни. Она не пострадала, просто немного перенервничала. Кислород очистит ее легкие, но стоило бы осмотреть ее в больнице Святого Иоанна.

Ленобия взглянула туда, где сидела Николь, вдыхавшая кислород из маски, и где фельдшер раз за разом проверял ее показатели. Маргарета и Пемфредо маячили неподалеку, сверля врача взглядами, словно мерзкое насекомое.

— Наш лазарет лучше приспособлен для лечения пострадавших недолеток, чем человеческая больница, — заявила Ленобия.

— Как скажете, мэм. Вы здесь главная, и я знаю, что у вас, вампиров, особая физиология. — После паузы пожарный добавил: — Я не хотел вас оскорбить. Мой лучший школьный друг был Помечен и пережил Превращение. Я дружил с ним тогда и по-прежнему дружу.

Ленобия выдавила из себя улыбку:

— Без обид, капитан Олдерман! Вы просто сказали правду. Физиологические данные вампиров отличаются от человеческих. Здесь, с нами, с Николь все будет в порядке!

— Хорошо. Наверное, нам стоит послать пару человек осмотреть манеж и проверить, нет ли там кого, — сказал капитан. — Мы предотвратили распространение огня, но стоило бы обыскать все прилегающие к конюшне здания школы.

— Думаю, осмотр манежа будет напрасной тратой времени, — заявила Ленобия, полагаясь на свое чутье. — Пусть ваши люди сосредоточатся на тушении конюшни. Пожар вспыхнул не сам. Это нужно расследовать, как и удостовериться, что никто не пострадал. Я попрошу Воинов обыскать соседние здания.

— Да, мэм. Похоже, мы приехали вовремя. Манеж, конечно, поврежден огнем и водой, но на самом деле не так сильно, как кажется. Думаю, в целом постройка не пострадала. Это добротное здание с крепкими каменными стенами. Потребуется небольшой ремонт, но остов возведен на века.

Пожарный приподнял шляпу, прощаясь с Ленобией, и пошел дальше, на ходу отдавая приказы попадавшимся на пути подчиненным.

«Ну хоть какие-то хорошие новости», — подумала Ленобия, пытаясь не вглядываться в тлеющие руины бывшей конюшни. Она повернулась к своим:

— Где Дракон? В манеже?

— Мы не смогли его найти, — сообщил Эрик.

— Дракон пропал?

Конюшня имела общую стену с большим крытым манежем. До этого момента Ленобия была слишком занята, чтобы задуматься об этом, но отсутствие предводителя Сынов Эреба во время ЧП в школе выглядело по меньшей мере странным.

— Неферет и Дракон. Мне не по душе, что не нашли их обоих. Это плохой знак!

— Профессор Ленобия, я, эээ, видела ее.

Все перевели взгляд на миниатюрную девушку с густыми темными волосами, придававшими хрупким чертам ее лица почти кукольное выражение. Ленобия быстро вспомнила ее имя. Шайлин — новенькая недолетка Дома Ночи, единственная, чья Метка с самого начала была красной. Ленобия еще при самой первой их встрече, состоявшейся всего несколько дней назад, подумала, что в этой ученице есть нечто особенное.

— Ты видела Неферет? — Она прищурилась, глядя на недолетку. — Когда и где?

— Около часа назад, — сказала Шайлин. — Я сидела на улице и смотрела на деревья. — Она нервно пожала плечами и добавила: — Раньше я была слепой, а теперь, прозрев, люблю смотреть на разные вещи. Долго.

— Шайлин, так что Неферет? — поторопил ее Эрик Найт.

— Ах да! Я видела, как она шла по этой тропинке к манежу. Она, эээ, выглядела очень, ну, очень темной… — Шайлин смущенно замолчала.

— Темной? Что ты имеешь в виду под…

— Шайлин своеобразно видит людей, — вклинился Эрик. Ленобия смотрела, как он в успокаивающем жесте положил руку на плечо Шайлин. — Если ей показалось, что Неферет выглядела темной, то, наверное, хорошо, что вы не позволили человеческим пожарным обыскивать манеж.

Ленобии хотелось задать Шайлин еще несколько вопросов, но Эрик посмотрел ей в глаза и едва заметно качнул головой. Ленобия ощутила, как по спине ползет неприятный холодок дурного предчувствия. И приняла решение:

— Аксис, отправляйтесь с Пентисилеей в Администрацию школы. Гхли Диана спит, разбудите ее. Принесите школьные списки и раздайте их Сынам Эреба. Пусть запишут каждого ученика, а потом пусть ученики отметятся у своих наставников прежде чем вернуться в комнаты.

Профессор и Воин поспешили выполнить поручение. А Ленобия заглянула в честные глаза Крамиши: — Можешь отвести этих недолеток… — Она сделала паузу, обведя рукой растерянно кружащих по двору учеников: —…отметиться у наставников?

— Я поэт! Я могу на чих сочинить крутой стих пятистопным ямбом! Ну, то есть, я уж как-нибудь справлюсь с этой испуганной сонной мелюзгой!

Ленобия улыбнулась. Крамиша нравилась ей и до того, как умерла, а затем ожила красной недолеткой с таким могучим пророческим поэтическим даром, что ее назвали новым вампирским поэтом-лауреатом.

— Спасибо, Крамиша. Знала, что смогу на тебя положиться. Прошу, поторопись. Нет нужды тебе напоминать, что близится рассвет.

— Напоминать мне? — фыркнула Крамиша. — Да я обгорю почище вашей конюшни, если вскоре не очутюсь где-нибудь под крышей и в темноте!