Ориэлла - Мэгги Фьюри

— Ты не солдат, а тряпка! — ругал он сам себя, чтобы заглушить гнездящийся в груди страх, который жег его сильнее любого мороза. — Ты же нужен Ориэлле! Шагай, черт тебя возьми! Клянусь всеми богами, даже если это конец, ты будешь искать ее до последнего дыхания!

На какое-то время он выбрался из леса, но теперь снова брел среди деревьев, пошатываясь, словно пьяный, на своих непослушных ногах. Идти здесь было гораздо легче: стволы защищали от ветра, а за ветки можно было держаться. Неожиданно впереди замаячил мерцающий огненный шар.

— Эйлин! — закричал Форрал, как ему показалось, очень громко. Будь проклята эта сумасшедшая — неужели она не слышит его?

— Эйлин! — Но волшебница не останавливалась, и Форрал, боясь потерять ее, с проклятиями потащился вслед за магическим сиянием. Неожиданно деревья расступились, а за ними, едва различимые в снежных вихрях, поблескивали два огонька — один возле другого.

— Форрал! — донесся до него голос феи. Воин побрел к ней, но поскользнулся и в очередной раз упал. Когда он выбрался из сугроба, то обнаружил, что над ним склонилась Эйлин, а два огонька непостижимым образом снова превратились в один. Сделав несколько глотков из фляжки, Форрал почувствовал себя гораздо лучше.

— Хвала богам, — пробормотал он. — А то у меня уже в глазах двоилось. Ты нашла ее?

— Нет, но я знаю, что она рядом. Ты можешь идти? Форрал кивнул.

— Ориэлла! — отчаянно крикнул он, пытаясь перекричать вой ветра. Но нет — это был не ветер! Сквозь метель до него отчетливо донесся волчий вой, торжествующий и жуткий, и Форрал окаменел от ужаса.

— пет — прошептал он.

Эйлин вцепилась ему в плечо, и лицо ее озарила радость:

— Они нашли его!

Форрал содрогнулся. Да она и впрямь сумасшедшая? Неужели она настолько ненавидит своего ребенка?! Не помня себя от злости, он занес кулак.

— Нет, Форрал, нет? — вскрикнула Эйлин. — Это волки Ориэллы — ее друзья. Я позвала их, и они нашли ее!

Пораженный, Форрал опустил руку. Снова послышался волчий вой.

— Надо спешить, — сказала Эйлин.

* * *

Не спуская глаз с окружавших его огромных серых теней, Форрал поднял безвольное тельце и озябшими руками нащупал пульс.

— Она жива! — Он готов был рыдать от радости, но понимал, что сейчас не время распускать нюни. — Мы должны поторопиться. Ты сможешь найти дорогу?

— Я всегда могу найти свой дом, — огрызнулась волшебница. Она брела рядом, опираясь на свой сияющий жезл, а за ней по пятам трусили гибкие косматые твари. Только что они жались к девочке, пытаясь согреть ее теплом своих тел, а теперь не сводили глаз с неподвижной фигурки на руках у Форрала. — Когда воин со своей ношей добрался до башни, волки решительно последовали за ним в комнату. Они не путались под ногами, а только сидели и смотрели, как Эйлин снимает с девочки промокшую одежду. Она уложила дочь на импровизированное ложе у печки и укутала ее всеми одеялами и пледами, какие только нашлись в доме. Потом бросилась ставить воду, а Форрал сидел рядом с девочкой, беспомощно откидывая с ее лба непослушные кудри.

— Сделай же что-нибудь! — со злостью сказал он.

— Уже делаю! — Эйлин взгромоздила на плиту тяжеленную кастрюлю, и расплескавшаяся вода зашипела на раскаленной печи. Закрыв лицо руками» фея расплакалась.

— Слишком поздно! — жестко заметил Форрал. — Как только она поправится, — если, конечно, поправится, — я заберу ее отсюда, а ты можешь делать, что угодно!

— Нет! — Эйлин отняла руки от лица и затравленно посмотрела на него. — Только не это! Я запрещаю тебе! Ориэлла — моя дочь!

— Какай разница, если ты о ней не заботишься? Ребенку нужна любовь, Эйлин!

— Я люблю ее, болван! Воин покачал головой.

— Я не верю тебе. Эйлин. Пока ты еще ничем не доказала свою любовь.

Его слова больно укололи волшебницу.

— Да что ты об этом знаешь, смертный? — возразила она и вспомнила свою встречу с грозным Владыкой Фаэри, который согласился найти Форрала и привести его к Ориэлле — но не даром.

— Помни, — сказал он, — отныне ты у меня в долгу. Мы еще встретимся, фея, и тогда я потребую вернуть долг.

Эйлин боялась даже подумать, о чем он может попросить, но Фаэри спас ее, и в безумии своем она не успела погубить собственную дочь. «Думай что хочешь, Форрал, — решила она, — но любовь бывает разная, и есть много способов доказать ее».

Форрал смотрел, как волшебница дрожащими руками готовит отвар из трав, ягод и соцветий, что охапками висели по стенам кухни.

Когда они влили несколько глотков Ориэлле в горло, девочка задышала ровнее, и лицо у нее слегка порозовело. Форрал глубоко вздохнул и лишь теперь почувствовал, что и сам он замерз и насквозь промок.

— Эта штука не помешала бы и нам, — заметил он. Эйлин присела рядом и протянула ему дымящуюся кружку. Какое-то время она отрешенно смотрела на ребенка, потом вдруг заговорила:

— Я должна извиниться перед тобой, Форрал. Я вела себя как эгоистичная дура!

— Да, довольно глупо, — мягко согласился воин и взял ее за руку. — Я знаю, это было ужасно, правда?

— Ты даже не представляешь, — покачала она головой. — Знаешь, я предупреждала его, умоляла… Я — маг Земли, и понимала, что это безумие, но Джерант всегда был таким упрямым…

— Не такая уж редкость среди магов, — вставил Форрал.

— Как ты смеешь судить меня, смертный?! — тут же взвилась Эйлин, и он понял, что слова его попали в цель. — После катастрофы смертные жаждали мести, — продолжала она, все еще рассерженно глядя на Форрала. — Здесь ведь до этого жили люди. — Эйлин вздрогнула. — Мы с Ориэллой были тогда в Нексисе, и то едва спаслись. Я решила не только исправить то, что сделал Джерант, но и стереть всякую память о нем. Но когда Ориэлла подросла, она стала очень похожа на него. У нее уже сейчас этот ястребиный профиль, и глаза становятся из зеленых серыми, когда она сердится, прямо как у него. Когда она вырастет, то будет вылитый отец. Я смотрю на нее, а вижу Джеранта… О боги, Форрал, это невыносимо! Я ненавижу его!

— Мне кажется, ты говоришь так, потому что он покинул тебя, — осторожно заметил Форрал. — Ты по-прежнему любишь его, Эйлин.

— Если бы он любил меня, то не оставил бы одну, — ее голос дрогнул. — Мне так не хватает его!

— Так поплачь о нем. Эйлин. Уже пора. Форрал обнял ее, и она разрыдалась.

— Ты знаешь, — проговорил он, когда Эйлин успокоилась, — Джерант не исчез бесследно. Он оставил здесь частицу себя, — и воин указал на ребенка.

— Я знаю, — резко ответила Эйлин.

— И это мучительно для тебя, да? Я понимаю. Эйлин, но девочка тут ни при чем. Эйлин вздохнула.

— Когда ты пришел, я почувствовала себя виноватой. Поэтому-то и решила избавиться от тебя. Ты, простой смертный, заставил меня понять, что я — угроза для собственной дочери! Но разве я могу что-то изменить, когда… — она покачала головой. — Форрал, ты останешься и будешь приглядывать за ней, ведь правда? Ориэлла заслуживает большего, чем я могу ей дать. И она любит тебя.