Драконьи булочки - Лариса Петровичева

— Я ничего не забыл, — отрезал Оран. Сейчас он даже сделался выше ростом. — И вам советую не забывать: я никогда не испорчу то, что готовлю. Слово чести.

— А она у тебя есть? — удивился Алпин, но я махнула на него рукой: помолчи.

— Хорошо. Но я должна знать. Это не выйдет за пределы моего кабинета, — я сделала паузу и добавила: — Слово чести.

Оран молчал. Воцарилась тяжелая, очень болезненная пауза — и Элли, которая все это время сидела в уголке, спрыгнула с дивана и подошла к дракону.

— А вы настоящий дракон? — спросила она с нескрываемым интересом. Оран кивнул, не говоря ни слова.

— А как вы решили печь пирожные? Ну просто драконы обычно ворочают крупными делами, у них колониальные компании, золотодобыча… а у вас пирожные. Они очень-очень вкусные, правда! Госпожа Джина, скажите!

— Правда, — кивнула я. — Вы замечательный кондитер, Оран, и я хочу дальше работать с вами. И доверять вам.

Оран нахмурился, словно наш разговор причинял ему боль. Словно каждое слово вонзало иглу в его душу.

— Кулинария это вид творчества, — нехотя ответил он. — Отражение души в чем-то, что ты несешь людям. Смею надеяться, у меня не самая плохая душа.

— И вы несете очень вкусные пирожные! — заверила его Элли. Она запрыгнула на его ботинок, встала на носочки и дотронулась до кончиков пальцев; Оран вздрогнул и сложил руки на груди, но домовичку это не обидело — Элли по-прежнему смотрела на дракона с теплом. — И я не верю, что человек, который печет такие пироженки, злодей. И леди Макбрайд тоже не верит. Ведь правда, леди Макбрайд?

Домовичка поняла, что я добрая госпожа — разговорилась, стала вести себя не так скованно, как столичный этикет предписывает слугам.

— Не верю, конечно, — согласилась я. — И не говорила, что вы злодей. Но мне нужна правда.

Оран тяжело вздохнул.

— Извольте. Я убил своего брата. Ударил его, он упал и разбил голову об угол стола.

Мы с Алпином переглянулись. В глазах Элли появился страх. Такого поворота никто не ожидал.

— Почему же вы поссорились? — спросила я, когда справилась с волнением.

— Мой брат владел фармацевтической компанией, — нехотя ответил Оран, по-прежнему глядя куда-то в сторону. — И поставил в больницы лекарства с упущенным сроком годности, не желая тратить деньги на их отзыв и переработку. Несколько человек погибли… за это я его и ударил. Я не хотел убивать. Но и сдержаться тоже не смог.

Я помнила тот случай — газеты шумели несколько месяцев о гибели людей от просроченных лекарств, но драконам это было как с гуся вода. Не хотите брать лекарства у драконов — лечитесь святой водой и молитвой, можете еще подорожник приложить. Потом это дело замяли, как обычно заминают все, в чем участвуют большие деньги.

— Получается, вы герой, — сказала я. — Вам нечего скрывать и нечего стыдиться. Спасибо, что рассказали.

— Бублики подгорят, — ответил Оран и повернулся к дверям. Алпин отступил в сторону, дракон вышел и почти бегом бросился по лестнице вниз.

— Ну вот видите, какой он, — вздохнул Алпин. — Со странностями парень, но булочки у него просто огонь.

Я понимающе кивнула.

— Ладно. Будем жить дальше. Принеси-ка мне пока отчеты за этот год.

* * *

Что ж, пора браться за дело всерьез. Как раз не останется времени на печальные мысли.

Вручив Элли ключи, я отправила ее в дом, чтобы все там привести в порядок. Домовичка убежала, вернулась через час и сказала:

— Я прибрала, кухню отмыла, печь протопила, белье простирала, коврики вытряхнула, окна блестят!

— Какая же ты умница, — искренне похвалила я. — Как мне с тобой повезло! А ты умеешь готовить еду?

Элли заверила меня, что способна приготовить все, что угодно — я дала ей немного денег, поручила закупки и обед, и домовичка исчезла. Вернулась она через два часа с глиняным горшочком, в котором аппетитно что-то булькало.

— Мясо с картофелем в бульоне! — заявила она, поставив горшочек на мой стол. — А там внизу толпа, и все зеленые! Это орки? Никогда не видела орков!

Конечно, я решила все увидеть своими глазами и спустилась на первый этаж. Первое впечатление было таким, словно нас снова завоевали орки — потому что их было столько, что в глазах зеленело. Алпин за прилавком едва успевал передавать им купленное и ссыпать деньги в кассу. Орки вопили, орали, топотали и едва не переворачивали витрину — так им хотелось выпечки с пылу, с жару.

— А ну! — рявкнула я. — Тиш-ша! Что разорались, как с голодного края?

Подхватив запасной фартук с гвоздика, я повязала его и встала рядом с Алпином. Услышав и увидев меня, орки перестали галдеть и напирать, выстроились в ровную очередь, которая убежала на улицу, и один из них, с доброй дюжиной туго заплетенных косиц, важно объяснил:

— Мясняшки же. Свеженькие. Мне десяточек, пожалуйста.

— Ребята дорогу чинят между Бри и Саммерфортом, — объяснил Алпин. — Всегда заходят пообедать. Увидели столичную барышню, вспомнили манеры.

Мясняшка — это традиционная еда на пустошах, треугольный пирожок из слоеного теста, щедро начиненный мясом, луком, картофелем и морковью. А орки испокон веков обожают все, где есть мясо и картошка. Я сложила десяток мясняшек в пакет, протянула орку, тот отсчитал деньги и спросил:

— А тут малявочка такая пробегала с горшком? Там тоже вроде мясо было.

— Было, — кивнула я. — Будете хорошо себя вести, и вам как-нибудь приготовим, — Алпин удивленно посмотрел на меня, и я добавила: — Спрос есть, будем создавать предложение. Почему бы не расширяться?

Оран и Большой Джон выкатили еще одну стойку с подносами, на которых ароматными горами громоздились мясняшки. Среди орков нашлись и гурманы: кто-то брал бублики с яблоком, а кто-то даже позволил себе заварное пирожное.

— Вроде бы орки не едят сладкое? — поинтересовалась я, передавая пакет. Орк расплатился, мечтательно улыбнулся и ответил:

— Это не сладкое. Это песня!

— Идите уже, — пробормотал Большой Джон. — Тоже, нашлись поклонники высокой музыки.

Гномы традиционно ненавидят орков. Когда-то, около тысячи лет назад, орки воевали почти со всеми свободными народами, и мир ложился под копыта их косматых лошадок. Но с тех пор прошло много времени, орки успокоились и обленились и полюбили хорошую еду вместо хорошей сечи.

А вот гномы нисколько не изменились с давних пор. Упрямые бородачи, они терпеть не могут орков за то, что когда-то зеленокожие варвары отняли у них часть Подгорья. Гномы давным-давно