Война Владигора - Валерий Воскобойников

Упыри в серых балахонах, противно чавкая и отрываясь от своего занятия лишь для того, чтобы облизнуться и утереть рот рукавом, пили кровь из тел дружинников. Крысы набивали брюхо лошадиным мясом.

«Жив! Ужели спасся?» — подумал купец и даже стыд почувствовал перед самим собой — он еще не знал, удалось ли вырваться доченьке. В той стороне, куда удалось ей продраться сквозь кусты, в лесной тени ему померещились неясные серые фигуры, он стал вглядываться, но тут на дороге неожиданно показался Черный всадник.

Купец хотел предупредить его криком о грозящей опасности. Тот сидел на черном коне, в черных доспехах и черном шлеме. Власий, возможно, и подал бы какой-нибудь сигнал, но увидел, что нежить при появлении странника встала и замерла, словно строй дружинников перед своим князем. Даже крысы поднялись на задние лапы.

— Довольны ли пиром, оглодыши? — спросил всадник. И голос его был похож на карканье ворона.

Упыри в ответ вразнобой зашамкали:

— Довольны, наш господин.

И даже крысы запищали что-то на своем языке.

— Скоро не такие пиры у нас будут! — сказал всадник и обвел глазами свое воинство.

На мгновение он встретился взглядом с купцом. Но только вместо глаз купец увидел черную зияющую пустоту, из которой на него дохнула волна холодного ужаса. К счастью, всадник отвел взгляд, мысли его, очевидно, были заняты другим.

— Теперь давайте письмо! — скомандовал он.

— Не было письма, — нестройно зашамкали серые уроды. — Кровушка была, теплая, сладкая, дружинники были, девка была, а письма не везли.

— Что несете, оглодыши?! Какая еще девка в княжьем посольстве?

— Красна девка, — так же нестройно стали объяснять упыри.

— Не те! — коротко прокаркал Черный всадник. — Не тех брали! Подъедайте быстро остатки, чтобы все здесь стало чисто, — приказал он своему воинству, — у нас еще будет дело.

Купец так и просидел на дереве до темноты. Не дыша, вжавшись в ствол, он наблюдал, как на смену одной ораве упырей и крыс приходила другая, — они доели не только остатки людей, но и своих собратьев. Потом, уже в сумерках, упыри впряглись в телеги и, покряхтывая, покатили их куда-то в свой Заморочный лес.

Лишь в середине ночи, когда вокруг дерева давно уже стало пусто и тихо, купец слез на землю. Негромко всхлипывая, он добежал до близкого селения, замолотил кулаками в дверь крайней избы. Он был готов к тому, что из окна на него глянет морда какой-нибудь нежити. Однако, когда в избе зажгли огонь, он успокоился, увидев за туманным бычьим пузырем лишь широкое заспанное лицо парня. Парень впустил Власия в дом, купец рухнул на пол у его ног и, рыдая, стал рассказывать испуганной крестьянской семье о беде, которая с ним произошла на дороге.

— Доченька! Мне бы доченьку только найти! — повторял он. — Все отдам за нее!

— Боюсь, она для тебя потеряна, — ответил старик с длинными седыми космами, выслушав рыдающего купца. Приходился он, по-видимому, дедом тому парню, что впускал купца в избу. — Давно такого не наблюдалось в Заморочной топи. Но ежели это снова стало случаться, тогда, боюсь, увели они твою дочь с собой и сделают ее такой же кровопийцей. Им отчего-то девицы особенно по нраву. Только не думай соваться к ним, выкупы предлагать. Им не выкуп надобен, им потребна теплая кровь человечья да красны девицы. И дочь не спасешь, и себя погубишь. У тебя один путь — к князю в Ладор, может, князь и разведет твою беду, он, я слышал, злые черные силы побеждать горазд.

Спустя день после первого синклита чародеи собрались снова в замке Белуна.

На этот раз Белун выставил несколько невидимых, но весьма ощутимых защитных преград, чтобы никакой враг не смог просочиться в зал совещаний.

Лица чародеев выглядели обескураженными.

— Похоже, Триглав вовсю осуществляет свой коварный замысел. А мы тут посиживали в неведении, — начал Добран. — А все оттого, что привыкли: княжество Владигора всегда первым подвергается опасности. И если в Ладоре тишь и благодать, то и за Поднебесье можно не волноваться. Вот мы ее и проморгали.

— У Владигора тоже не все так хорошо, — заметил молодой человек с большими круглыми глазами, который не участвовал в предыдущем собрании чародеев. — Я задержался в Ладоре именно для того, чтобы понять, что там происходит.

— Ну так не таи, расскажи скорей, если понял! — потребовал нетерпеливый Алатыр. — Или мы будем тратить время впустую?

— Если бы я понял! — горестно, словно крыльями, взмахнул длинными руками молодой человек. — Знаю только, что кому-то снова стал очень мешать Владигор. И этот кто-то организовал покушение. Все четверо покушавшихся — волкодлаки.

— Волкодлаков объединить вместе может только черная магия, — заметил Гвидор, — сами по себе они действуют в одиночку. Это же знает каждый!

Чародеи заговорили все сразу — каждый о начавшихся недавно беспорядках в своей земле. Белун призвал их к спокойствию:

— Собратья! Обратимся лучше к Оку Всевидящему, оно поможет нам разобраться, случайны ли разрушительные события, что опять стали происходить в Поднебесье, или причина тому — Злая Сила.

Белун вышел из зала, но вскоре вернулся, держа в руках большой хрустальный шар.

Произнеся заклинание, он выпустил шар из рук, и тот, мгновенно засветившись, воспарил над столом.

Такое чудо имелось только в замке Белуна. И чародеи любили наблюдать, как шар испускает острый, то оранжевый, то голубой луч и, вращаясь над головами, рисует этими лучами на столе все княжества Поднебесья. А нарисованное начинает оживать: в морях плещутся волны, дуют ветры в паруса купеческих кораблей, на лугах пасутся стада, в полях колосятся нивы, а в городах бурлит суетная жизнь. И все это можно увидеть сразу, одновременно.

Но сегодня картина эта была не радостной. Над каждой из стран стояла полупрозрачная серая дымка, сквозь которую было видно, как тут и там возникают лишенные смысла стычки и в стычках этих гибнут люди, умирает скот, горят жилища. Жители уныло и равнодушно наблюдали за происходящим, а потом сами втягивались в междуусобицы. И лишь правители, встревоженные вчерашними расспросами своих чародеев, спешно посылали посольства к соседям, прося у них помощи.

— Таков наш мир Поднебесья, собратья, — озабоченно проговорил Белун. — Мир, который мы чуть не проглядели.

Он еще не договорил эту фразу до конца, как шар внезапно потускнел, посерел и рухнул на стол. В последний миг Белун все-таки успел подхватить, его.

Чародеи испуганно повскакали с мест, а Белун, продолжая держать в руках потускневший хрустальный шар, объявил:

— Собратья, мы должны прервать наше общение, потому что сюда снова проник вчерашний враг. Это было бы не так опасно, если бы я не оградил замок несколькими преградами, которые он взломать не может. Следовательно, он мог войти только с кем-то из нас. Подумайте об этом!