Дарующая жизнь - Денис Чекалов

Кабинет капитана городской стражи более походил на коробку для тараканов, вытесанную из орехового дерева – если бы, конечно, кому-нибудь вздумалось делать такие коробки.

Сам офицер стоял за своим столом, уперевшись взглядом в бумаги.

Взор его был таким твердым, таким пристальным, что казалось – он может заложить руки за спину, поднять сперва одну ногу, потом другую, затем осторожно выпрямить спину, как делают акробаты бродячих цирков, и замереть, головой вниз, упираясь о стол только своим взглядом.

– Эльфы пришли, – кратко доложил адъютант и затворил дверь за нами.

Франсуаз, которую из демонов вдруг записали в эльфы, попробовала пронзить его вертелом взгляда – но потенциальный шашлык уже скрылся.

– Здравствуйте, господа, – отрывисто произнес капитан. – Садитесь.

Мне хотелось едко ответить, что господин среди нас только один, а остальные все дамы, но я решил не быть занудой.

Потом я обнаружил, что кресел для посетителей только два, и раскаялся в своей доброте.

Франсуаз и Лианна опустились на мягкие сиденья, мне же пришлось стоять.

Ну вот не везет, так не везет.

– Мне доложили о том, что вас привело сюда, – сказал он. – Высокий Совет эльфов ничего не сообщал нам о дурном пророчестве.

«Сам ты дурной», – грустно подумал я.

Мне следовало решить, где именно встать.

Я не мог стоять за спиной Франсуаз, иначе выглядело бы так, словно я ее мальчик на побегушках. Я не мог встать и между двух кресел – тогда вышла бы семейная фотография.

Поэтому я подошел к окну и посмотрел вниз.

Внизу маршировали солдаты – крепкие, уверенные в себе дуболомы. Я подивился, как они еще не проломили всю мостовую.

Я поспешно перевел взгляд вверх и начал считать облака.

Это занятие было гораздо полезнее, чем пытаться говорить на два голоса с Лианной.

– Мы здесь именно для того, чтобы сообщить вам об этом, – сказала она.

Капитан поморщился.

Я поймал себя на том, что мы с ним думаем об одном и том же. На самом деле де Халон такая дурочка или просто получила диплом на курсах, где учат этому притворяться?

Спрашивали ее совершенно о другом – какого дьявола эльфы не послали вежливое письмо, предоставив жителям города самим разбираться со своими проблемами. Нет, вместо этого выслали целую делегацию, словно местные власти – придурки полные, не способные даже отлить, не обмочив форменные лампасы.

– Мы бы хотели знать, что вам известно о водонапорной башне, – продолжала Лианна. – Как ее охраняют. Посмотреть чертежи.

– Нет никаких чертежей. Я улыбнулся.

Никто этого не видел, кроме облаков. Капитан был доволен, раз смог хоть чем-то отбрить зарвавшуюся эльфийку. Я мог поклясться, сам он не раз проедал себе язву мыслями о том, что даже ему не доверили подобную тайну.

Это была куча навоза, в которую его ткнули самолюбием. И он был рад пихнуть туда кого-то еще.

– Мудрец Иль-Закир – да хранят его Небесные Боги – проводил все работы в строжайшей тайне. Башня закрыта, и никто не может попасть внутрь нее.

– А как же рабочие?

Офицер ухмыльнулся.

– Я помню, как это было, госпожа де Халон. Многие местные бедняки очень надеялись, что смогут разбогатеть, нанявшись строителями. Или хотя бы выползти из нищеты. Держи карман шире. Иль-Закир привез с собой дюжину механических слуг, и они все делали сами.

– Неужели жителям не было любопытно, что там происходит? – осведомился я.

– Может, и было.

Он провел пальцами по усам.

– Вот только мудрец накрыл всю площадку большим черным куполом, и ни одному зеваке не удалось через него пробраться.

– Как же вы охраняете башню?

Это была Лианна – я бы не стал задавать такого вопроса.

Тем самым она еще раз ткнула собеседника лицом в грязь.

– Да никак, – отвечал капитан.

Он был высокого роста, носил форменный мундир и черные усы для важности. Впрочем, таковы почти все офицеры, занимающие подобные посты. Они похожи на оловянных солдатиков, отлитых из одной формы.

Разве что раскрашены чуть по-разному.

– Башня закрыта. Иль-Закир сказал, что ее механизмы сами за всем следят и устраняют неполадки. Что оставалось делать? Четверо караульных, которые сторожат у ее подножия, – скорее ширма, чем необходимость. Горожане знают, как важна вода для долины. Они бы просто не поняли, оставь я без охраны такой важный объект.