Глубокий Сумрак - Евгений Гаркушев

– И что?

– Как – что? У вас есть на него лицензия?

– У меня – нет, – оскалился Темный.

– А у кого есть?

– Ты вроде бы не сотрудница Дозоров? Я даже читал где-то в глубоком интернете, что ты плевала на Дозоры. Вот плюнь и на это дело – и вали отсюда.

Я отступила на шаг назад. Чем я могу ударить его? В Дозорах я практиковалась совсем немного. И заклинания применять могла в основном для людей, для себя… Ну и немного – против людей. Против Тьмы в людях. Магу, который превосходил меня на несколько уровней, мне противопоставить было нечего. Банальным Прессом я ничего не сделаю – он меня просто сомнет. «Терка»… Что ж, «терку» я часто использую дома. Представим, что Темный – большая картошка. Изотру его сверху, потом сделаю что-то с людьми… Подхвачу жертву – и вперед!

Темный предостерегающе поднял руку.

– Алена, не спеши нападать. Ты же понимаешь, что у тебя нет никаких шансов!

– С чего вдруг?

Темный просто разжал кулак левой руки, которая была опущена. Оттуда ударил плотный столб огня, снесший металлическую ограду могилы неподалеку. Температура огня была так высока, что металл – или краска на металле – загорелась.

Лицо Темного стало жестоким и отстраненным.

– И не пытайся! – предупредил он меня. – Если бы я хотел, я бы уже уничтожил тебя. Даже до того, как ты нас обнаружила. Я сразу почувствовал, что кто-то накачивает силой свои туфельки. И ждал. Ждал тебя!

– Зачем? – тихо спросила я.

– Может быть, для того, чтобы ты заняла место на этом камне? – усмехнулся Темный.

– Тогда к чему слова?

– Слова – это то, что отличает нас от животных. Возможно, я смогу с тобой договориться?

– О том, чтобы я добровольно исполнила роль жертвы?

Прекрасная весенняя ночь стремительно утрачивала глубокие, выразительные краски, приятные звуки и восхитительные запахи. На меня волнами надвигался ужас. И почему я не осталась с вампирами? Почему вампиры не погнались за мной? Втроем мы бы, возможно, справились с Темным. Хотя зачем я льщу себе? Они стали бы биться за меня, только если бы я влилась в их семью. Влилась как вампир. В противном случае они просто попросили бы Темного допить мою кровь, когда все будет кончено…

– Я не нарушаю Договор, – неожиданно объявил Темный. – Я не приношу женщину в жертву. Это делают они.

Последовал широкий жест в сторону поющих людей, которые не обращали на нас внимания – даже эффектная демонстрация Темным своей силы не смогла вывести их из состояния экстаза и сосредоточенности. Похоже, мы были в сильнейшей «сфере невнимания». И вряд ли Темный закрывался от своих адептов. Скорее, опасался, что кто-то из Ночного Дозора будет проходить или проезжать мимо кладбища. Хотя бы для того, чтобы проверить, как ведут себя живущие неподалеку вампиры на подведомственной территории.

Я слегка обалдела от его заявления.

– Им-то это зачем?

– Хотят, – издевательски улыбнулся Темный.

– Почему?

– Они считают, что смогут улучшить свою судьбу, убив кого-то. В конце концов, человечество занимается этим не одну тысячу лет. Ты разве не знала?

– А она?

– Она, как и многие другие, хотела развлечений. Она их получила.

Намек был прозрачным. Но… Может быть, он говорит правду?

Темный? Говорит правду? Не смешите меня…

Я приготовилась швырнуть самый простой файербол. К «терке» перейдем потом, когда он расслабится. Если к тому времени я буду жива.

Темный поднял руку и произнес:

– Клянусь, что люди совершают это жертвоприношение в своих целях. Я не получу от него энергии. Также я клянусь, что не принуждал людей к этому шабашу магическими действиями. А вот ты не можешь провести «реморализацию» этих людей, потому что это нарушит Договор. И я тебе этого не позволю.

На руке мага завертелся шарик изначальной Тьмы. Он говорил правду. Полный атас! Зачем он передо мной оправдывается? Ведь я даже не дозорная!

Я сделала еще шаг назад и спросила:

– Что тебе надо?

– Дружить, – с притворной скорбью ответил Темный.

– Я серьезно! Говори!

– Пусть я и не применял магию для того, чтобы сподвигнуть этих людей на жертвоприношение, я могу их остановить. Или могу позволить это сделать тебе. Пожалуй, так даже будет лучше.

– И что взамен?

– Когда-нибудь ты окажешь мне услугу.

– Что? – удивилась я.

– Ты окажешь мне услугу, – повторил Темный.

– Какого рода?

– Я скажу потом. Когда в этом возникнет необходимость.

– На такие условия я не могу согласиться. Услугу – Темному… Мало ли, что ты попросишь.

– Жаль… – процедил маг.

Файербол сорвался с моих пальцев – но Темный отбил его неизвестным мне заклятием. Шарик улетел в землю и рассыпался искрами, от которых загорелись брюки полного мужчины в нелепой полумаске. С воем тот побежал по кладбищу, высоко поднимая ноги и хлопая по ним руками. «Певцы» переглянулись с каким-то мрачным удовлетворением, будто бы злой дух изгнал из их рядов недостойного, и продолжили петь. Один взял в руки кривой нож.

– Соглашайся! – предложил Темный.

– Нет, – коротко ответила я.

По кончикам пальцев мага пробежали багровые огоньки. Я приготовила «щит». Скорее всего ему удастся его пробить. Но что еще делать? Защищаться и контратаковать, пусть и без шансов. Может быть, мне кто-то поможет. Сама я не справлюсь…

– Обещаю, что услуга, которую я потребую, не заставит тебя пойти против Света или против Светлых. Не будет унизительной для тебя. И, конечно, я не претендую на твои прелести, – ехидно усмехнулся Темный.

Действительно, два покушения на мою девичью честь за вечер – уже как-то чересчур.

– Согласна! – выдохнула я.

Мужчина, завладевший ножом, поднял его над жертвой.

– Ты вольна делать с ними все, что хочешь. И помни – ты обещала, – усмехнулся Темный. Развернулся – и пошел прочь.

Мужчина с ножом пронзительно закричал, опуская темное лезвие куда-то в область груди жертвы. Я ударила его Прессом. Чтобы оглушить и отбросить его и, главное, нож от женщины. И когда убедилась, что его отшвырнуло на метр, активировала Опиум. Не слишком гуманное в других случаях заклинание, здесь оно подходило как нельзя лучше. Люди упали как подкошенные. Кажется, никто не пострадал. Очухаются минут через пятнадцать, мощность минимальная. Но что теперь?

Проклиная скрывшегося в ночи Темного, я маникюрными ножницами разрезала веревки, спутывавшие руки и ноги уснувшей жертвы, и потащила ее прочь. Надо заметить, что она была довольно упитанной.