Рассмешить богов - Оксана Панкеева

— Толика? — Кантор немедленно вспомнил странное хихиканье, которое постоянно слышалось ему непонятно откуда. — А почему я его не видел? Он загримировался под человека?

— Ага, ты что, Толика еще не раскусил? Он принципиально одевается так, как ему хочется. Скорее всего, он был невидимым. Иначе представь, что бы началось в зале, если бы народ увидел оливкового эльфа в шортах и кепочке!

— Невидимый? Он и это может? Он же природник и не должен быть таким грандом в стихиях, да еще в его возрасте. Сигнализацию ставила сама мэтресса Морриган, а чтобы сигнализация не сработала… это я даже не знаю, кто должен быть автором Толиковой невидимости.

— Может, он на самом деле старше? А прикидывается начинающим, чтоб не заподозрили?

— Нет, он, может быть, самую малость старше короля, но не более. Во всяком случае, ему точно нет сорока.

— Тогда не знаю. — Ольга вздохнула и жалобно подняла бровки, смешно оттопырив нижнюю губу. — Но не привиделся же он мне! Я хотела об этом Мафея спросить, но не дошла…

— Думаешь, Мафей его видел? В зале было полно магов покруче Мафея, и никто, кроме тебя, ничего не заметил. А ты королю не сказала?

— Нет. Я как представила себе, что будет, когда я скажу, что видела эльфа в шортах… Не хватало, чтоб король решил, будто мне этой лампочкой последние мозги отшибло!

— Король бы так не подумал! — горячо возразил мистралиец, умолчав о том, что король был бы единственным «не подумавшим». — Во всяком случае, сначала бы разобрался. Скажи лучше, что ты постеснялась заложить Толика, это больше похоже на правду.

— А что, по-твоему, надо было? Тем более он все равно пропал.

— Знаешь что, — решил Кантор, вполне понимая ее сомнения, — давай найдем Мафея и потребуем от него подробных объяснений. Мне кажется, он что-то знал. Может, сам этого Толика и притащил туда. Откуда у полуэльфа ориентиры, если он в Лондре не был?

— А как мы его найдем? Нам же нельзя отсюда уходить, мы должны короля ждать.

Кантор рассмеялся. Ну до чего эта девочка наивна в некоторых вопросах! Наверное, есть доля истины в утверждении Гаэтано, что плебейское происхождение никаким образованием не исправить…

— Запросто, — заверил он. После чего поднялся с дивана, выглянул в коридор и приказал первому же пробегавшему мимо слуге немедленно пригласить в гостиную принца Мафея. И как можно скорее, если он не хочет разгневать его величество.

— Теперь они его из-под земли достанут, — удовлетворенно объяснил Кантор, присаживаясь на прежнее место. — Я уже заметил, при дворе Шеллара III слуги приучены выполнять приказания быстро и четко, поскольку с бестолковыми и ленивыми его величество не церемонится. Кстати, прими это к сведению, если он тебе что-нибудь приказывает. Велено докладывать — докладывай и не вдавайся в долгие размышления: а правильно ли я поступаю, а не случится ли чего, а нравственно ли это все… Король тебя, конечно, не выгонит, даже если будет очень недоволен, но его уважение ты потеряешь раз и навсегда.

— Блин… — горестно вздохнула Ольга. — А как же я теперь ему объясню, почему я сразу не доложила?

Кантор минутку подумал.

— Во-первых, не поверила своим глазам, во-вторых, сильно ушиблась, и, в-третьих, когда начался весь этот бардак со светильником, Толик пропал. Заодно расскажешь его величеству, как ты испугалась, что над тобой смеяться будут. Вот-вот, кстати, прежде чем рассказать, раза три предупреди, что ты не чокнутая, и потребуй обещания не смеяться. А потом будто бы началась церемония, король ушел и занялся делом, а кому, кроме него, доложить, ты не додумалась. Вот и промолчала, боясь доложить не тому, кому надо. Или скажи, что забыла.

— Думаешь, король купится?

— Почему нет? Упасть на ровном месте, что-то забыть, растеряться — это вполне в твоем стиле, он и не удивится. К тому же бардам такие вещи простительны. И не расстраивайся ты так, ну подумаешь, упала! Эти полы в тронном зале Элвиса весь континент матом кроет, знаешь, сколько дам на них ноги поломало! У тебя голова не болит? Не тошнит?

— Да нет, — вздохнула Ольга. — Меня уже спрашивали и кто-то из магов осматривал. Сотрясения нет, только шишка.

— Покажи свою шишку… Полечить, наверное, не получится, что-то Сила опять на дно легла… Ну дай хоть поцелую…

Мафей появился телепортом минут через пять. По его перепуганному лицу было видно, что он опасается рассердить кузена не меньше, чем слуги и придворные. Оглядевшись по сторонам и обнаружив, что короля в гостиной нет, он с недоумением спросил:

— А что, Шеллара здесь нет? Почему мне сказали, что он рассердится, если я не потороплюсь?

— Это он не на тебя рассердится, — пояснил Кантор, — а на слугу, которого за тобой послали.

— Так он здесь был?

— Нет.

— А кто за мной послал?

— Я.

— Так ты обманул?.. — попытался негодовать Мафей, но Кантор тут же перебил его на полуслове:

— Вовсе не обманул. Король действительно рассердился бы.

— Но ведь он даже не знал, что ты кого-то за мной посылал!

— Так я бы ему сказал. Присаживайся, дело есть.

— Диего, а можно потом? — с надеждой попросил Мафей, аж притопывая на месте от нетерпения, так ему хотелось поскорее смыться.

— Потом придет король, и будет поздно. А куда ты так торопишься? Если у тебя в комнате сидит Толик и ждет тебя для какой-то совместной шалости, зови его сюда. И вместе объясните, что этот бесстыжий извращенец делал на церемонии. И почему его никто, кроме Ольги, не видел. Даже сигнализация.

Принц понурился и послушно опустился на краешек кресла.

— Нет у меня Толика, — объяснил он, — Толик с дедушкой и дядей в Белокамне. Я просто боюсь, что он придет и меня не застанет, а хочется же узнать, чем все кончится. Беспокоюсь я за дядю…

— Если твой дядя вместе с дедушкой вернулись в свой замок, — терпеливо разъяснил Кантор, — значит, все в порядке, дедушка согласился.

— В том-то и дело, что нет! Они отправились, чтобы поговорить наедине, а тетя и кузены остались. Значит, дядя с дедушкой будут еще договариваться, и никто не знает, до чего они договорятся! С ними ушел Силантий, Толик тоже увязался за ним, а что было дальше, я не знаю. Мэтр отправил меня домой. Сам с мэтрессой Морриган бегом к ближайшему зеркалу метнулся, а меня — домой… разве так честно?

— В таком случае, — решительно заявил Кантор, — ты будешь сидеть здесь и отсюда ни шагу. А то я тебя знаю — минут пять побеспокоишься, и тебя тут же потянет на эксперименты с зеркалами.

Юный эльф мгновенно покраснел, ясно свидетельствуя, что упомянутые эксперименты уже начал, именно от них его оторвали и именно к ним он с таким нетерпением стремился вернуться.

— Я вижу, — заметил Кантор, — тебе понравилось быть цыпленком. Садись и даже не думай удрать. Рассказывай.