Герцогиня. Право крови - Галина Долгова

— Миледи, милорды. — Лес присела в реверансе, здороваясь, но в ответ получила нечто невразумительное. Только Ломас нормально поприветствовал девушку.

— Что ж, — император обвел всех взглядом, — раз все в сборе, то, пожалуй, начнем.

Уловив негласный приказ, Ардар тут же выскользнул из комнаты, а через минуту раздался усиленный магией голос глашатая, возвещающий о приходе императорской семьи.

Лорд Ауриан протянул руку Минастасии, за которую та тут же ухватилась, заглядывая мужу в глаза. Вот только он остался к этому абсолютно равнодушен, и женщине пришлось сдаться. Но уже через миг на ее лице появилась маска высокомерия, которая надежно скрыла ее чувства. Следом выстроились Астимиан и Иритания, потом заняла свое место Амилеста под руку с советником Гевором, ну и замыкал шествие Ардар.

За эти полчаса, пока Лес беседовала с императором, зал заполнился окончательно, превратившись в бушующее цветное море, которое с появлением правящего дома Эталиона расступилось, позволяя прошествовать к пьедесталу, на котором возвышались два трона. Под перешепот гостей и придворных императорская семья буквально плыла к помосту, оставляя за собой флер силы и величия.

Ауриан с Минастасией поднялись на самый верх помоста и встали перед своими тронами, свысока оглядывая зал. Астимиан с Иританией замерли на две ступени ниже, а сама Лес с советником и секретарем разместились у первой ступени лестницы, как ближний круг и доверенные лица. Здесь же уже находились Орон, Тиан, Шайт и Амалана. Керт как всегда предпочитал не выставлять свою фигуру на всеобщее обозрение, а Кайт притаился с самого края, так что Амилес сразу его и не заметила. Впрочем, так было правильно. Иритании не стоило его пока видеть.

Лес глазами нашла маркиза. Он стоял во втором ряду, не привлекая к себе внимания, и смотрел на помост. Странное у него было выражение. Герцогиня не смогла его даже расшифровать, с одной стороны, вроде там был интерес, но вот с другой… Что ж, воистину говорят: чужая душа — болото, и никто не знает, что оно скрывает. Впрочем, сейчас ее это мало волновало. Дело, по сути, уже было сделано, и оставалось лишь проследить, чтобы никто не вмешался.

— Друзья! — зычный голос императора пронесся по залу. — Рад приветствовать всех вас в столь светлый день для нашей семьи. Моя дочь, принцесса Эталиона Иритания диол Эльтар, выбрала себе супруга, отдав свое сердце и руку… — тут он сделал эффектную паузу, да такую, что все присутствующие затаили дыхание, — маркизу Урмару сец О-Шевро, старшему сыну сестры короля Эльванты Родеста Третьего.

Вздох, прокатившийся по залу, был подобен не самому слабому порыву ветра. Народ удивленно переглядывался, перешептывался и бросался изумленными восклицаниями. А потом все дружно повернулись в сторону маркиза, который неспешно двинулся к помосту. Длинный, с внешностью альбиноса, в длинной тунике цвета ртути с платиновыми украшениями, он шел с таким гордым видом, что Лес с трудом удалось сдержать смешок. Да, а самомнение там не слабое. Причем в том, что это было именно самомнение, а не маска, девушка не сомневалась.

Поднявшись на нижнюю ступеньку помоста, маркиз протянул руку Иритании, и, к всеобщему удивлению, на губах принцессы расцвела искренняя улыбка. Она аккуратно положила свою ладошку на протянутую руку и птичкой спорхнула вниз, принимая жениха.

— Для меня великая честь и радость, — проговорил Урмар, неотрывно глядя в глаза принцессе, — что выбор самой прекрасной девушки пал на меня. Я не смел и надеяться, но сейчас я счастлив. Клянусь быть достойным моей принцессы и беречь как самое сокровенное сокровище сердце моей леди.

— Да будет так! — с серьезным видом кивнул Ауриан.

— Ура! Браво! Поздравляем!

Крики и аплодисменты слились в один сплошной гул. Уж насколько там все были искренни, это был отдельный разговор, но радовались бурно. Амилес лишь прищурилась, оценивая приглашенных на предмет какой-нибудь неожиданности, но ничего. Никто не собирался нападать или пакостить. Ауры были разными, но злобы, ненависти, ревности вроде бы ярко нигде не пылали. Так что… пока можно было расслабиться.

— Мои дорогие, — Ауриан снова взял слово, призвав всех к порядку, — прошу вас разделить с нами эту радость. И пусть бал начнется!

Протянув руку императрице, Ауриан вместе с ней спустился с помоста и вышел в центр зала, рядом с ними тут же оказалась еще одна пара — новоявленные жених и невеста, а спустя минуту третья. Астимиан, спустившись с помоста, протянул руку Амилесте, которую она не рискнула проигнорировать, и вывел ее в центр зала.

Заиграла музыка, традиционный мальт Диара, который первыми танцуют только члены правящей семьи Эталиона. Под нежную красивую мелодию они кружились в танце, позволяя остальным прийти в себя и заодно рассмотреть семью Эльтар вблизи.

В какой-то момент Астимиан слишком сильно сжал ладонь Амилес, и она невольно перевела взгляд на партнера. Принц выглядел до предела раздраженным. Он с трудом сдерживал эмоции, а глаза темнели буквально с каждой секундой.

— Астимиан, — шепотом позвала его девушка, — мне больно.

— Прости. — Он словно бы очнулся и ослабил хватку, но взгляда от кружащей рядом сестры не отвел.

— Что-то не так?

— Все не так! — умудрился шепотом прокричать принц. — Мою сестру приворожили к какому-то… — Он еле сдержал ругательство. — Не понимаю, почему отец пошел на такое.

— Ты же знаешь.

— Знаю, но не понимаю, почему он! Чем Кайт хуже? С ним бы она была счастлива! А этот… С ним что-то не так!

— И с этим будет.

— Ага, под приворотом!

— Астимиан… — Лес начала говорить, но тут танец закончился, и мужчина быстро вывел ее из круга и, поклонившись, исчез в толпе.

Правда, в одиночестве Лес оставалась недолго. Уже через две минуты рядом с ней оказался император и приглашающе протянул руку. Отказать Лес не посмела, да и не хотела.

— Мило-о-орд, — протянула она и присела в реверансе, заставив удивленно отпрянуть близ стоящих, настолько задорным и громким оказался смех Ауриана.

— Ах, Амилеста… — он укоризненно покачал головой, — и не стыдно дразнить старика?

— Вы не старик и прекрасно знаете об этом.

— Льстишь?

— Да что вы! Истинная правда!

— Тогда что же ты так сопротивляешься стать ближе? — внезапно коварно произнес он, и Лес от неожиданности захлопала глазами, не зная, что ответить.

— Ваше величество, я же говорила, я ревнива и не люблю делиться.

— Если тебя останавливает только это…

— Милорд, в любом случае вы женаты.

— А если бы не был? — Вопрос был задан легко, но Амилес напряглась, услышав скользнувшую нотку настоящего интереса.

— В свете уже имеющихся реалий, — серьезно проговорила она, — я бы чувствовала себя виноватой.

— Астимиан?