Город Змей. Книга 3 - Даррен Шен

— Плавали. — В ответ на его вопрошающий взгляд я уточняю: — Я хожу плавать каждые вторник, четверг и субботу, если позволяет распорядок дня. Хожу в бассейн Каргана — он не особенно удобно расположен, но длиннее, чем все остальные. Там можно по-настоящему размяться.

— Прекрасно. — Форд нетерпеливо крякает. — А эти женщины?

— Они постоянно сидели у края бассейна. Я не обращал на них особого внимания. Заметил лишь тогда, когда остановился, чтобы перевести дыхание после заплыва. И просто онемел. Ошеломленный, я стоял по колено в воле, наверное, минут пять, пока они не встали и не выскользнули в раздевалку. Я поспешил за ними и перевернул там все вверх дном.

— Бьюсь об заклал, что это сделало вас популярным среди дам, — сухо комментирует Форд, — но все было впустую, не так ли? Вы их не нашли?

— Ни следа, — вздыхаю я. — Именно тогда я стал думать, что начались галлюцинации. Я освидетельствовался у врача и получил вполне удовлетворительный результат, но это было слабое утешение. Я видел их еще пару раз в следующие несколько недель вместе с И Цзе и отдельно. Я игнорировал их. Не тратил времени на преследование. Решил, что если это плод моего воображения, то бегать за ними бесполезно. Если они реальны, то когда-нибудь пойдут на контакт. И еще вот это. — Я протягиваю ему фотографию Паукара Вами.

— Эл Джири, — говорит он.

Форд тоже знал Джири до того, как парень потерял мозги и вышел на улицу под именем Паукара Вами. И высоко его ценил. Я хотел привлечь Джири, выяснить, что он знал про Аюмарканов. Форд убедил меня оставить его в покое — сказал, что парень и так уже достаточно измотан.

— Посмотри еще раз, — говорю я, и он снова изучает фото.

— Похоже на Эла, — хрипит он, — но не он. Какой-то тип загримирован под него?

— Возможно. А может это тот, под кого косил Джири, — настоящий Паукар Вами.

— Я думал, что Вами — это миф, — неуверенно говорит Форд.

У него, как и у многих, остались весьма смутные воспоминания об этом серийном убийце. Не знаю, как память о Вами пережила смерть Кардинала, но это так. Он не являлся значимой персоной — существует лишь в памяти тех, кто знал его как теневую фигуру, но часть его дьявольского наследия продолжает жить.

— Вами был реальным Аюмарканом. И на основании этого фото можно сделать вывод, что он вернулся.

— А вы не думаете, что это фальшивка?

— Это Паукар Вами. Готов поклясться собственной жизнью. И если он настоящий, то остальные, скорее всего, тоже.

Форд возвращает мне фото:

— Я этого не понимаю и никогда не понимал, но давайте говорить откровенно. Почему это вас так волнует?

— А разве тебя бы не волновало, если бы призраки возвращались и преследовали тебя? — раздраженно говорю я.

— Да, конечно, но я ведь смертен. Меня можно убить, поэтому у меня есть причины для беспокойства. А у вас их нет.

— Я уже не убежден, что верю в это, — тихо говорю я. — Кардинал создал меня бессмертным, но он оставил силы, которые могут уничтожить меня. Он мог бы ликвидировать меня перед своей смертью, если бы имел такие намерения. Если кто-то еще имеет подобную власть и если Вами и остальные действительно реальные люди — лишь тот, кто обладает тем же могуществом, что и Кардинал, в состоянии вернуть их к жизни, — тогда имеется вероятность, что они тоже могут уничтожить меня.

Здоровый глаз Форда полузакрыт.

— Я об этом не подумал.

— Я тоже, пока это фото не материализовалось. Теперь я только об этом и думаю.

Форд мрачно усмехается:

— Каково это — снова столкнуться со смертью? Должно быть, сильное потрясение после всех этих лет.

— Не издевайся надо мной! — рявкаю я, но его только смешит мой тон.

— Теперь понятно, почему у вас дрожат коленки. Но зачем приходить с этим ко мне? Если старуха с косой заприметила вас, чем я-то могу помочь?

— За всем этим наверняка стоят виллаки. Мне нужно их найти, встретиться с ними лицом к лицу и прекратить их козни. Но я не могу преследовать священников и одновременно управлять этим городом. Мне нужен кто-то, чтобы…

— Эй, эй! — останавливает меня Форд. — Если вы клоните к тому, о чем я подумал, забудьте об этом.

— Ты мне нужен, — настаиваю я. — Франк снова стоит во главе гвардейцев. Хорошо справляется, но он не человек Кардинала.

— Я тоже, — ворчит Форд.

— Но ты сможешь замещать меня краткосрочно, — не сдаюсь я, — тебя все еще отождествляют с Дораком. Люди будут повиноваться тебе. Будешь следить, чтобы дела катились по инерции, в то время как я решаю свои проблемы. Подумай об этом — снова станешь у руля, все будут целовать тебя в задницу. Ты же любил это.

Он мотает головой, в его действующем левом глазу — подлинное сожаление.

— Мне уже поздно этим заниматься. Люди не будут исполнять приказы калеки. Я много раз обсуждал это в конце своего правления, но теперь, попробовав на вкус, знаю, что мне это осточертело. Поищите в другом месте.

— Но больше никого нет, — огорченно говорю я. — Я правил в одиночку, так хотел Кардинал. У меня нет никого для этой должности. К тому времени, как я подготовлю замену, будет слишком поздно. Я должен действовать прямо сейчас, до того, как нападут виллаки.

Форд снова качает головой:

— Я не смогу взять на себя ответственность, если что-то пойдет не так. Я для вас бесполезен.

— А что, если я упаду на колени и стану умолять тебя?

— Вы этого не сделаете. Это не ваш стиль.

— Ублюдок, — бормочу я, потом встаю и ухожу прочь, не прощаясь, оставляя Форда Тассо сидеть в тени листвы с его воспоминаниями и креслом-каталкой.

Я особо не надеялся, что старый интриган примет мое предложение — на этой стадии жизни, в его состоянии лишь ненормальный вернулся бы на огневой рубеж, — но игра стоила свеч. Имея его у руля, я бы смело смог преследовать виллаков. Теперь я вынужден сражаться в одиночку.

Что они замышляют, черт возьми, и как собираются это осуществить? Я знаю по личному опыту, что мертвые возвращаются, но чтобы одни и те же трупы вставали из могилы по два раза — это уже перебор. Может ли Паукар Вами на фото быть двойником, как считает Форд? И Леонора, Кончита, и И Цзе тоже? Я уверен, что виллаки помнят, как выглядели Аюмарканы. Они могут морочить меня этими двойниками, чтобы отвлечь. Возможно, хотят, чтобы я отступился от власти, дав дорогу мятежникам. Если так, то им этого не дождаться. Время на моей стороне. Я-то могу и подождать, пока эти ублюдки не прекратят свои вылазки. Они не запугают меня до…

Машина проносится на красный свет. Ревут сирены.

— Что случилось? — кричу я, глядя в заднее стекло, чтобы проверить, нет ли погони.

— Просто занесло, как в старые добрые времена. Сидите и наслаждайтесь.