Ленточки для стихии - Елена Кароль

– Доброе утро, дочка.

Папочка пришел не с самого утра. Я уже позавтракала, уже прошел утренний обход, так что время уже близилось к одиннадцати, как он пришел. И не один.

Насторожено рассматривая молодого синеглазого брюнета, одетого, как и папа в белоснежный медицинский халат, предположила самое дикое. Впрочем, ошибившись.

– Знакомься, твой телохранитель. Матвей.

– Зачем? – моментально восприняв информацию в штыки, упрямо поджала губы и не удержала язвительности. – На меня открыта охота?

– Возможно. – как всегда, когда злился, папочка потемнел взглядом.

Я же опешила от его честного ответа. Это… правда??? Я же просто пошутила…

– Удивлена? Если честно, то я тоже. Но реалии таковы, что и это нельзя исключать. Лучан вышел на тебя не случайно, я просто уверен в этом. Кое-кому не нравится, что ты существуешь. И пока я не найду этого кое-кого и не вправлю ему мозг на место, вплоть до летального исхода, ты будешь находиться под круглосуточным присмотром Матвея.

– Под… Круглосуточным? – начав с вопля, в итоге концовку уже прохрипела. У меня просто пропал дар речи. – То есть…

– Да, вы будете жить, есть, спать и всё остальное – вместе.

– Ты с ума сошел?

– Нет. Матвей – гей.

– Кха! – закашлявшись от очередной сумасшедшей новости, докашлялась до слёз, но никто не торопился ко мне подходить и стучать по спине. – Ты это сейчас зачем сказал?

– Затем, чтобы ты не думала об этической и физиологической стороне вопроса. Замуж я выдам тебя только за достойного кандидата. И только после того, как сам проверю его на вшивость.

Не завопила. Сдержалась. Это мы уже проходили раз семь, каждый раз оставаясь при своём мнении. Единственное, в чем я с ним была согласна, так это в том, что первый встречный мне не нужен. Да, я была въедливой и дотошной, когда дело доходило до более близкого знакомства. Кто-то отсеивался на первый же день, кто-то на пятый, а кто-то резко бледнел и исчезал, как только видел папу.

В итоге я даже ни разу не целовалась.

О чем собственно ни разу не жалею. Не о чем и не о ком.

А Матвей… Матвей симпатичен. Для гея. Интересно, правда гей, или мне наврали?

– И когда начнется это… – не зная, как назвать «это», просто развела руками.

– Прямо сейчас.

– В смысле? – заморгав и начав метаться взглядом от папы к Матвею, недоуменно уточнила: – То есть он будет сидеть в палате весь день?

– Да. И всю ночь.

– Э… а ему скучно не будет?

– Нет. – позволив себе кривую усмешку, отец так же, как и я перевел взгляд на абсолютно спокойного Матвея, всё это время рассматривающего то меня, то палату и её содержимое. – Он прошел специализированное обучение и для него это не составит труда. Ты ведь знаешь, что я предпочитаю всё самое лучшее…

О, да. Если были варианты – папа всегда выбирал только самое лучшее. Не всегда это было самым дорогим, но вот лучшим было однозначно.

– А я? Ты подумал обо мне?

– О тебе я думаю последние девятнадцать лет. – сухо отрезав, папочка грозно нахмурил брови, что означало окончание спора. – Это самый щадящий из всех продуманных мною вариантов. Будешь взбрыкивать – запру в подвале до тех пор, пока не минет угроза.

Скрип моих зубов, наверное, был слышен даже в коридоре. Он мог.

– Не упрямься. Это всё ради тебя. Кстати, насколько знаю, Матвей так же, как и ты, любит читать. Поболтаете о своем… – язвительный смешок, – о девичьем. Да, кстати, выпишут тебя уже завтра. Я разговаривал с врачом – все повреждения уже не представляют опасности, так что путь ты перенесешь нормально.

– Путь?

– Да. Душевное равновесие и физическое здоровье ты отправишься поправлять как можно дальше отсюда, потому что здесь… – многозначительный взгляд мне четко в глаза и явно злорадное окончание, – совсем скоро будет шумно.