Пандемониум. 3. Кодекс вещих сестер - Евгений Гаглоев

Тимофей проследил за взглядом Ведуниной, и ему вдруг стало очень холодно, по спине побежали мурашки. Сбоку от здания музея тротуар покрывали глубокие трещины, из которых хлестали вверх потоки воды. В дырах виднелись развороченные трубы водопровода. Кое-где асфальт вспучился и раскрошился, и в нем образовались широкие ямы, заполненные грязной водой.

В одной из самых больших ям из мутной воды торчала тонкая девичья рука. И, судя по изящному золотому браслету, который все видели совсем недавно, рука принадлежала Лене Симбирцевой.

* * *

Сообщение о недавнем убийстве Алексея Бирулина, директора Исторического музея Санкт-Эринбурга, опубликовали все крупные газеты региона. «Полуночный экспресс», издающийся в Клыково, разместил сенсационную статью на первой полосе. Немудрено, ведь убийство произошло неподалеку от города, на заброшенной метеостанции в горах. А для тихого и спокойного Клыково это стало самым громким событием с момента гибели двух мальчишек из академии «Пандемониум».

Профессор Вениамин Дубровский читал статью и чувствовал, как покрывается холодным потом. Он отлично знал этого Бирулина, когда-то даже исполнял его поручения. Не всегда законные, но за хорошую плату, разумеется. И вот теперь директор был мертв. И убили его именно тогда, когда он похитил сына Ангелины Зверевой.

Дубровский положил газету на письменный стол и задумался, глядя в окно кабинета. За стеклами клубился густой туман, делавший видимость практически нулевой.

Тимофей Зверев… Ходячая загадка. Профессор Дубровский впервые в жизни встретил человека, неподвластного его гипнозу. Чтобы ввести пациента, причем любого, в транс, ему обычно хватало пары минут. Но Тимофей оказался крепким орешком. С этим парнем вообще что-то было нечисто, не зря Алексей Бирулин так сильно им интересовался.

И вот к чему его это привело. Может, сообщить в полицию? Профессор тут же отказался от этой идеи. У него самого были очень сложные отношения с полицией еще со времен работы в институте психиатрии «Геликон», ныне превратившемся в обугленные развалины. Лучше лишний раз не напоминать легавым о своем существовании.

От размышлений его отвлек тихий скрип открывшейся двери. На пороге кабинета стояла Ирина Зверева. Нужно отдать ей должное, при всех своих проблемах она была очень пунктуальна и на сеансы психотерапии всегда приходила строго в назначенное время. Дубровский взглянул на циферблат наручных часов. Девять вечера. По ней можно время сверять.

Девушка пришла в форме академии «Пандемониум». Дубровский знал, что она посещает отдельные занятия, – те, которые нравятся ей больше всего. Ее отец, Егор Зверев, не настаивал на обучении, особенно когда выяснилось, что Ирина – алабастр. Она ходила на рисование, астрономию, посещала занятия по единоборствам. В ее руках и сейчас была папка с эскизами новых рисунков. Ирина пока не знала, чем хочет заниматься в будущем, но рисование всегда нравилось ей больше других предметов.

Она сухо поздоровалась и села в кресло напротив рабочего стола профессора Дубровского, положила папку на колени, щелкнула изящной позолоченной заколкой, распуская по плечам длинные темные волосы.

– Как поживаешь, Ирина? – задал Дубровский свой первый вопрос. Он всегда начинал свои сеансы с этого вопроса.

– Вполне сносно, – сквозь зубы процедила Зверева.

– Есть какие-то проблемы?

– О, куда же без них? На данный момент проблем у меня несколько. – Девушка принялась загибать пальцы. – Отец, который меня ненавидит. Идиотка-мачеха, живущая со мной в одном доме. Сестра, которая старается не обращать на меня внимание. Ах да! Как я могла забыть об этих еженедельных визитах в ваш кабинет. Мне кажется, уж без них-то я точно смогла бы обойтись.

– Твой отец считает иначе.

– А меня должно это волновать?

– Он беспокоится о тебе.

– Не думаю, профессор. Сейчас у него новый любимчик, этот несносный Тимофей. Ну ничего, скоро он и к нему потеряет интерес.

– Тебе не нравится, что в твоей жизни появился сводный брат? – поинтересовался Дубровский.

– Разумеется, нет! – вспылила Ирина. – Да и кому такое понравится? По слухам, его мать так сильно ненавидела мою, что они не раз устраивали склоки прямо на киностудии. Столько лет я слышала рассказы отца об этом Тимофее, но ни разу его не видела! И вот он заявился в наш дом! Теперь придется терпеть его присутствие каждую неделю, ведь отец собрался устраивать семейные ужины.

– Что ты испытываешь к своему сводному брату?

– Ненависть и презрение…

– Что-то еще?

– О ненависти я уже говорила?

– Как-то не слишком уверенно это прозвучало. Я слышал, ты приглашала его на свидание?

– Это он всем разболтал? – Ирина нахмурила изящные брови. – Или Оксанка? Ну конечно, кто же еще. У моей сестрицы язык за зубами вообще не держится. Болтушка и всеобщая любимица! А еще любительница распускать про меня сплетни.

– Так это неправда? Ирина промолчала.

– Зачем ты пригласила его?

– Просто хотела узнать, что он за фрукт!

– И как, узнала?

– Мне не дали этого сделать. Но я уверена, что он вор и проходимец. У полиции явно на него целое досье собрано.

– Но при этом он тебе нравится? Как парень? Вы ведь не кровные родственники.

– Я не стану отвечать на этот вопрос.

Ирина скользнула взглядом по кабинету. Ее внимание привлек появившийся на краю стола портрет в позолоченной рамочке. На портрете был изображен симпатичный светловолосый молодой человек.

– Это мой сын Олег, – заметил ее интерес профессор Дубровский. – Ты с ним знакома? Он тоже снимается в сериалах и работает на студии «Золотой скорпион».

– Кажется, видела мельком. Симпатичный. Не то что его отец.

– Я так сильно тебе не нравлюсь? – усмехнулся психиатр.

– Вы работаете на моего папашу! А он против воли заставляет меня посещать эти сеансы.

– Но я хочу помочь тебе. Мы все этого хотим.

– Что-то пока не выходит.

Профессор Дубровский вздохнул и извлек из кармана серебряные часы на длинной цепочке. Затем включил диктофон и подвинул его на край стола.

– Приступим, – произнес он. – Следи за циферблатом и слушай тиканье…

Ирина Зверева впадала в транс очень быстро. Черты ее лица заметно смягчились, вечно нахмуренный лоб слегка разгладился. Она стала дышать куда спокойнее.

– Итак, расскажи мне о Тимофее Звереве, – начал профессор. Именно это его сейчас интересовало больше всего.

– Что вас интересует? – безжизненным голосом поинтересовалась Ирина.

– Что ты успела о нем узнать за время вашего знакомства?

– Очень мало…

– Ты слышала о том, что случилось с Алексеем Бирулиным?