Хроники Домового. 2019 - Евгений ЧеширКо

Здесь нужно снова отвлечься и объяснить, что карты грибных мест для навьих – это как сертификат в парфюмерный магазин для нас. Когда лень выбирать подарок, можно подарить его, а именинник уже сам сходит и выберет то, что ему нравится.

– Да я на диете сейчас, – вздохнул Елисей. – Желудок уже совсем дырявый.

– И поэтому мой подарок придется очень кстати! – послышалось откуда-то из чащи.

Вурдалак и оборотень обернулись на голос и увидели, как из-за деревьев, хромая на короткую лапу, выходит болотная тварь Авдотья. С ней Елисей был знаком уже лет десять. Авдотья была веселой и отзывчивой тварью. В тяжелые времена, когда вурдалак еще не умел охотиться на людей, она делилась с ним добычей и всячески поддерживала морально.

– С днем смерти, мой друг! – Болотница обняла вурдалака, оставив на нем куски зеленоватой слизи. – Я долго думала, что тебе подарить, а потом вспомнила про твой больной желудок. Поэтому вот мой подарок. Держи! Зашьешь дырку и будешь как новенький.

С этими словами она протянула Елисею ржавую иглу с продетой в нее грязной ниткой.

– Ого! – округлил глаза вурдалак. – Такой дорогой подарок… Авдотья, может, ты его себе оставишь? У тебя у самой ухо на честном слове висит.

– Для друга ничего не жалко, – расплылась в беззубой улыбке болотница. – А ухо пока еще держится.

Дело в том, что в силу физиологических причин навьи со временем начинают подгнивать и разваливаться. Поэтому иглы и нитки являются у них очень ценными и, что главное, дефицитными предметами, так как мало кто из людей, когда идет в лес, берет с собой набор для шитья.

– Ну спасибо тебе! – Елисей аккуратно воткнул иглу себе в плечо, чтобы не потерять ее и виновато посмотрел на друзей.

– Ребят, если честно, я не хотел отмечать день смерти и совсем не подготовился…

– Зато мы подготовились! – Два злыдня возникли как будто из воздуха прямо перед ним. Это были два брата-близнеца – Степан и Федор. С ними Елисей познакомился не так давно, но уже успел подружиться. – Мы договорились с Лешим. Через час он ждет нас на Кривой Поляне.

– Но сегодня же полнолуние! – удивился Елисей. – В полнолуние на Кривую Поляну пускают только по знакомству, потому что там самый лучший вид на Проклятое Кладбище!

– Друг, у тебя сегодня день смерти, – в один голос заговорили братья. – Тебе не нужно ни о чем думать. Вся Кривая Поляна сегодня наша. Там не будет никого лишнего. А вот и наш подарок – целый литр крови. Еще тепленькая!

– Ребята… – растроганный вурдалак переводил взгляд с одного на другого, не в силах подобрать слова, – ребят…

– Ни слова больше! – хлопнул в ладоши оборотень и, схватив Елисея за плечи, поставил на ноги. – Идем. Сегодня будет веселая ночь!

* * *

Друзья веселились до самого утра. Леший не обманул – в честь дня смерти Елисея вся Кривая Поляна принадлежала только им пятерым. Ни одно живое и неживое существо не нарушило их скромное застолье. Уже под утро, когда глаза нежити стали слипаться, а небо на востоке светлеть, друзья разлеглись на траве и принялись смотреть на полную луну, негромко переговариваясь.

– Уже сорок лет мне сегодня, – грустно вздохнул Елисей.

– Да это разве возраст? – хохотнула Авдотья и игриво бросила в вурдалака еще один кусочек слизи. – Помнишь водяного Илью Никифоровича? Так он сколько лет просмертил?

– Восемьдесят шесть лет, – приподнялся на локте оборотень. – Так еще смертил бы и смертил, если бы озеро не высохло.

– Ну… То водяной, – снова вздохнул вурдалак, – а у меня уже здоровье не то. Чувствую, жизнь уже не за горами.

– Да сплюнь, – в один голос заверещали злыдни, – сто лет еще просмертишь. А о жизни не нужно лишний раз вспоминать. Тем более на день глядя.

– Все мы когда-нибудь заживем, – пожал Елисей плечами. – Чего бояться-то? Интересно просто – а что потом? Что будет, когда жизнь за нами придет?

Над поляной на несколько секунд повисла гнетущая тишина. Улыбки сползли с лиц, каждый задумался о чем-то своем.

– А я вот верю в смерть после жизни, – взмахнула болотница руками, – не может такого быть, чтобы мы сгнили, и все… и ничего от нас не осталось.

– Ну, от тебя-то точно что-нибудь останется, – вытирая очередную порцию слизи со своей лапы, пробурчал оборотень.

– Вот вы будете смеяться, но я все равно расскажу, – неожиданно посерьезнел вурдалак. Он сел на землю и повернулся к друзьям.

– Мне иногда кажется, что в прошлой смерти я был… Человеком.

– Чего?

– Человеком. Серьезно! Мне иногда сны даже снятся такие – как будто у меня есть дом. Не могила, а настоящий дом человеческий. И что в нем тепло, уютно. Еще люди маленькие бегают. Эти… Как они их называют-то?

– Дети, – подсказал злыдень.

– Вот, точно – дети. И еще снится, как будто есть у меня кот, и он на меня не фырчит и не гонит прочь, как обычно они делают. А наоборот – на руки ко мне просится, а я его глажу. И вот живу я в этом доме, а ко мне другие люди приходят в гости. Мы с ними разговариваем обо всем, смеемся… И знаете что? Не знаю, как там на самом деле, а у меня во сне они совсем даже неплохие ребята. Такие же, как и мы с вами. Только знаете, в чем разница? Они не смертят, а… живут.

– То есть ты хочешь сказать, что, после того как за нами придет жизнь, мы превратимся в людей? – недоверчиво покосился на него оборотень.

– Не знаю, – пожал вурдалак плечами, – а вдруг? Не зря же сны эти снятся.

– Ладно, – выдохнула болотница, – раз уж на то пошло, то и я тоже такие сны вижу. Вроде как есть у меня нора, но не в земле, а в высоком таком каменном дереве. И рядом со мной тоже норы, в которых люди. Но мне во сне не страшно от этого, а, наоборот, – спокойно как-то, беззаботно…

– И нам, и нам тоже они снятся, – одновременно закивали головами злыдни и уставились на оборотня.

Тот немного помолчал, но потом махнул лапой.

– Что ж скрывать, – вздохнул он, – мне тоже иногда такое видится.

– Вот оно, значит, как, – обвел друзей взглядом Елисей. – Так, может, тогда это все правда? Может, мы действительно все когда-то людьми были? А как жизнь за нами придет, так мы снова ими станем?

– А мы их едим, – разочарованно вздохнула Авдотья.

Над поляной снова повисла тишина.

– Нет, ребят. Вы как хотите, а я не хочу так больше. Спасибо тебе, друг, но карта пусть у тебя останется, – с этими словами он протянул оборотню листок. – Игла мне тоже не нужна – лучше ухо себе пришей, а желудок мой еще потерпит. И бутылку с кровью тоже заберите. Не хочу я ее больше пить.

– Да чего ты так взъерепенился? – удивился оборотень. – Хорошо же сидели…

– Просто не хочу, чтобы, когда я стану человеком, меня сожрал кто-нибудь вроде тебя. Что ж в этом хорошего? – поднялся на ноги Елисей. – А что нам потом сниться будет, когда мы людьми станем? Кошмары всякие, как мы по темным лесам бегаем, как по кладбищам бродим да кровью умываемся? А вдруг мы помнить все будем? Каково нам тогда в глаза другим людям смотреть будет, а? Ладно, ребят, спасибо, что поздравили, но я пойду уже.