Волшебник в Хаосе - Кристофер Сташеф

— Луки на изготовку! — скомандовал Ральк. — Они еще могут вернуться!

— Лучше займитесь ранеными, — произнес Гар и спешился.

— Нет! Пусть ими займутся погонщики. Йоханн, назначаю тебя старшим!

— Слушаюсь, — отозвался лучник.

— Свяжи разбойников, Карл! Проверь, не притворился ли кто мертвым, а не то они могут напасть на Йоханна!

Карл кивнул и, сделав суровое лицо, направился к пленникам.

Гар с минуту колебался, но затем снова прыгнул в седло, обвел глазами опушку леса, а затем перевел взгляд на кучку раненых бандитов. Те, издавая стоны и извиваясь от боли, лежали на земле — за исключением двоих, которые даже не шелохнулись.

От Гара не скрылось, как хорошо они вооружены — на каждом кожаные доспехи и стальной шлем.

Неожиданно до него дошло, что все они одеты одинаково.

— Мастер Ральк! — воскликнул он. — Но это же не бандиты с большой дороги. Это солдаты!

— Да, безработные и сидящие на бобах! — мрачно отозвался Ральк. — Но солдаты никогда не позволят, чтобы их одолели какие-то там торговцы. Так что, в отличие от обыкновенных разбойников, скорее всего от них надо ждать нового нападения. Я проявил дальновидность, Гар, взяв тебя к себе. Ты носился взад и вперед, рыча, словно людоед, и рубил направо и налево! Если бы не ты, они искромсали бы нас на куски!

— Неужели? — нахмурился Гар.

— Я был тому свидетелем, — ответил Ральк, и двое погонщиков кивнули — мол, хозяин говорит чистую правду.

— Меня спасло лишь то, что я притворился мертвым, — произнес один из них.

— А меня — быстрые ноги, — добавил другой. — Мне повезло. Когда я оглянулся, то увидел, что от каравана осталось лишь кровавое месиво.

— Ты уже давно сопровождаешь караваны? — поинтересовался Ральк и, нахмурясь, взглянул на Гара.

— Да, но только не в этих краях, — осторожно пояснил тот. — Талипонские бандиты не отличались такой жестокостью.

— Простые бандиты тоже не слишком зверствуют, — заметил Ральк. — Они лишь отбирают товар и, если им не оказывают сопротивления, оставляют вас в покое, сами уходят, захватив награбленное.

— А что же тогда остается для продажи в следующем городе? — спросил один из погонщиков. — Ведь если ничего не продать, то на что жить дальше?

— Я трудился и целых десять лет все копил и копил, пока не накопил на свой первый караван. Но в итоге обогатился не я, а разбойники с большой дороги, — пожаловался Ральк.

Погонщики сочувствующе закивали. Гар понял, что каждый из них думает так же.

— Но солдаты — совсем другое дело?

— А ты как думал? Они ни за что не оставят нас в живых, — пояснил Ральк. — Ведь узнай их капитан об этой вылазке, им не сносить головы. Он устроит им такую взбучку, какая им и не снилась.

— То есть ты хочешь сказать, что их капитан тут ни при чем и они действовали по собственному разумению? — Гар не поверил собственным ушам.

— Конечно же, нет, — фыркнул Ральк, а один из погонщиков поспешил пояснить:

— Мы слишком мало значим, чтобы капитан стал обращать на нас внимание. А вот его солдаты не прочь разжиться легкой добычей.

— Только вряд ли она покажется им такой легкой, — хмуро заметил другой.

— Дело в том, — продолжал Ральк, — что нам нет нужды разбивать их в пух и прах. Достаточно ранить одного-двух, ну, на худой конец уложить кого-нибудь. Солдаты ведь то и дело смотрят смерти в глаза на поле брани. Какая им выгода рисковать жизнью из-за какого-то там каравана?

— То есть они напали на вас, потому что были уверены, что вы слабее их и не окажете сопротивления? — переспросил Гар.

— Так оно и есть. Кстати, я был уверен, что одного твоего вида достаточно, чтобы они сразу же бросились наутек.

— Профессионал всегда знает, что обставит любителя в два счета, — покачал головой Гар. — Просто они не догадывались, что я тоже имею боевой опыт.

— Почему-то они об этом не догадывались раньше, когда уже раз пять нападали на нас, — мрачно заметил один из погонщиков.

— Что ж, куда ни глянь — повсюду неприятные сюрпризы, — пошутил Гар.

— Если ты такой добрый, сделай что-нибудь, облегчи наши страдания! — простонал один из раненых бандитов.

Ральк осмотрел своих погонщиков, пострадавших в стычке.

— Ага, раны уже почти все перевязаны. Сейчас займутся и вами. Никто из вас серьезно не пострадал, так что потерпите.

Однако он ошибался. Одному из бандитов досталось как следует. Гар уже успел оказать ему первую помощь — остановил кровотечение, телекинетически срастив поврежденную артерию.

— И что вы намерены сделать с ними, мастер Ральк?

— Оставлю их связанными, — просто ответил тот. — Но мы напишем записку для их капитана, пусть знает, что его солдаты пытались ограбить честных людей.

— Только не это! — крикнул один из солдат. — Он устроит нам такую порку, что потом месяц не сядешь на мягкое место!

— Скажи спасибо, что остался жив, — съязвил Ральк.

— Неужели? — не поверил своим ушам Гар. — Я имею в виду, их действительно выпорют?

— Капитан? А как же! Причем весь их эскадрон. Как только мы тронемся с места, товарищи этих мародеров наверняка выйдут из леса, чтобы забрать своих дружков. Записку, конечно, они уничтожат. — Ральк пожал плечами. — Ничего страшного. Рано или поздно они что-нибудь между собой не поделят, и тогда кто-то из них в отместку настучит капитану на остальных.

Пленный солдат плюнул в его сторону, но промахнулся.

— Надеюсь, копьем ты владеешь лучше, — усмехнулся Ральк и вновь обратился к Гару:

— В большинстве вольнонаемных рот существуют на сей счет строгие правила: честных людей грабить нельзя. Кто ведает, а вдруг это потенциальные наниматели? Солдаты ведь не знают, из какого города родом торговец, и поэтому большинство капитанов стараются не портить с нами отношения. Солдатам это почему-то трудно бывает понять.

— Мы готовы, мастер Ральк, — произнес подошедший к ним Йоханн, отирая с рук кровь. — Надеюсь, они продержатся до тех пор, пока товарищи не отвезут их к полевому хирургу. Хотел бы я послушать байки насчет того, в каком бою они заработали свои раны!

— Представляю, чего они только не насочиняют! — согласился Ральк. — Жаль, что в большинстве своем они не знают грамоты — я бы с удовольствием прочитал их воспоминания. Но довольно тратить на этих остолопов драгоценное время. Пусть наши люди садятся в седла и трогаются в путь!

Караван двинулся дальше.

Трое раненых погонщиков тоже ехали верхом. Раны их были неглубоки, хотя без невидимой для глаза помощи Гара одна все еще продолжала бы кровоточить. У двоих руки были на перевязи, но они неплохо справлялись с мулами.