Пепел сгорающих душ - Ален Лекс

Девушка зашевелилась в его руках, неосознанно прижимаясь плотнее в поисках тепла.

– Пепел… – едва слышно произнесла она.

– Что? – недоуменно переспросил Хеан.

– Ваши волосы пахнут пеплом.

Хозяин постоялого двора отнюдь не обрадовался, увидев на своем пороге ловца. И даже сделал попытку поспешно захлопнуть двери, но Хеан уже успел поставить в проем ногу.

– Лучшую лошадь и повозку,- приказал он, сверля взглядом незадачливого горожанина.- Быстро!

– Г-госп-под-дин л-ловец… – заикаясь, протянул тот.- Н-но я н-не могу…

– Не можешь? Да как твой язык повернулся?! – Хеан рванул дверь на себя и сделал шаг вперед.

– Н-но труп-п… – Трактирщик попятился, испуганно косясь на неподвижно обвисшую на второй руке ловца послушницу.- Храм… зап-прет-тил…

– Она жива! Повозку, твою мать! Или сам решил стать трупом?! – вспылил Хеан.

Тот явно не поверил, но приставленный к горлу обнаженный кинжал существенно прибавил ему прыти. Уже спустя каких-то четверть часа ловец укладывал свою ношу на щедро усыпанную сеном телегу. Два свежих жеребца, казалось, только и ждали, чтобы возница отпустил поводья, и сразу пошли быстрой рысью. Трактирщик с выражением крайнего облегчения на лице смотрел им вслед, утирая со лба обильно выступивший пот.

«Почему ты оставил его в живых? – недовольно прошелестела шальра.- Жрецы рано или поздно доберутся сюда в своих поисках. А он непременно все расскажет. Снег заметет следы, но зачем лишний раз рисковать?»

– Так забавней.- Хеан усмехнулся, провожая взглядом удаляющиеся городские стены.- К тому же видящая все равно узнала меня.

«Я надеюсь, ты не собираешься возвращаться в свой дом? – уточнила птица.- Формально ты не нарушил положений Хартии, но по законам империи за убийство жреца Маэр имеет право отправить тебя на костер».

– Подумаешь, один глупый жрец… Неужели его жизнь оценят выше моей? Не верю!

«Мальчишка… Когда же ты повзрослеешь? Маэр – марионетка и подпишет то, что подсунут ему советники. Или высшие жрецы Храма».

– Надо было стащить у трактирщика куртку,- вздохнул ловец, передергивая плечами. Метель и не думала униматься, бросая в лицо ледяную крупу.

«Ты меня что, не слышал?»

– Успокойся. Храму невыгодна моя смерть. Конечно, для вида они устроят расследование, поиски… А потом спишут все на случайность. Или переложат вину на какого-нибудь проштрафившегося воришку. Вспомни, ведь жрецы согласились отдать одну из своих, когда потребовались мои услуги.

«Ты чересчур самоуверен… Или видящая права и ты действительно хочешь умереть?»

Хеан сощурился, следя, как тают снежинки на вспотевших крупах коней.

– Я хочу получить свободу. Цена… не имеет значения. «И с каких пор свобода у тебя приравнивается к смерти?» – в вопросе шальры звенело неприкрытое напряжение.

– Ничего я не приравнивал. Тебе показалось, Анарешш из третьего круга. Тебе просто показалось… – Он хлестнул поводьями, заставляя жеребцов перейти в галоп. Повозка заскрипела, подпрыгивая на неровностях и ухабах. Птица взмахнула крыльями, едва не слетев со своего насеста.

«Я не дам тебе умереть! – на этот раз ее мысли причиняли ощутимую боль.- Из-за каких-то глупых человеческих эмоций! Ты даже представить не можешь, сколько усилий требует от меня подобная форма существования! Как много мне пришлось потерять, чтобы выжить в этом мире! И ты полагаешь, я позволю тебе перечеркнуть все, чего удалось достигнуть с таким трудом?!»

– Не кричи. У меня и так уже раскалывается голова. Сегодня был не самый легкий день, если ты вдруг забыла.

«Хорошо, оставим это… Почему бы тебе не попробовать еще раз с послушницей?»

– Сама же говорила, что у меня ничего не получится,- небрежно возразил Хеан.

«Да… Ты не умеешь вызывать расположение. Но ничего. Сейчас сама ситуация весьма тебе благоприятствует».

– В смысле? – Ловец покосился на валявшуюся в запорошенном сене девушку. Глаза у нее были закрыты, и только редко вздымавшаяся грудь напоминала о том, что она жива.

«Ты вытащил ее из крайне неприятного положения. Судя по всему, девчонку пытали, и весьма жестокими методами. Если поведешь себя умно, вполне можешь предстать в роли героя и спасителя. Необходимо лишь немного подыграть…»

– При чем тут геройство? Я просто забрал то, что мне принадлежит.

«Не понимаю. Так ты не собираешься ее использовать? Но зачем тогда тратить на нее силы?»

– Отцепись. Я устал, ранен и замерз, как бродячая собака. Конечно, я попытаюсь. Но разрабатывать все эти планы сейчас… Девчонку еще вылечить надо.

«Да, разумеется. И ты будешь за ней ухаживать».

– Чего-о?! – Хеан поперхнулся.- Спятила? С какой радости? Хватит и того, что мне придется тратить серебро на лекарей!

«Ты будешь за ней ухаживать,- настойчиво повторила птица.- Сидеть рядом, держать за руку. Кормить с ложечки. Рассказывать смешные истории. Ты сделаешь все, что я тебе скажу. Потому что твои собственные планы никуда не годятся, и пришло время послушать того, кто мудрее тебя!»

– Ладно, обсудим это позже.

«Сейчас! Ты растратил все имевшиеся запасы на сегодняшний неудачный визит. А невыполнение сделки с Киренхом грозит тебе смертью, причем крайне мучительной!»

– На соглашение с богом подбила меня именно ты.

«Несущественная мелочь. Не желаю рассыпаться прахом только из-за того, что ты ленишься лишний час посидеть у чужой постели».

– Сама же говорила, что у нас еще масса времени. Придумаю другой план, только и всего… – бросил ловец.

«Девчонка – вот твой план! Ты должен расположить ее к себе. Вызвать желание помочь и отблагодарить».

– Угу. И пожертвовать собой. Понял уже… Я так и собирался поступить в самом начале, если бы ее не понесло в Бездну.

«Нет, глупец! Девчонка достанет для тебя кристалл с шеи богини! Она – служительница Аэлеры, и ей куда проще будет проникнуть в святая святых Храма».

Хеан чуть не выронил поводья.

– Я глупец?! Да это ты повредилась умом! Если уж я не смог туда пробраться, как это сделает она? Она всего лишь послушница!

«Да, всего лишь. Но ее сил едва не хватило, чтобы призвать аагира, находясь в Бездне. Не каждый обладатель серебряной ветви способен на подобное. И, думаю, в лицо ее знают немногие. Если девчонка не натолкнется на своих тюремщиков, ее появление в Храме не вызовет подозрений. Кроме того… На послушницу ведь не будут срабатывать ловушки».

– И ты еще пеняла на рискованность моих планов! До ловца докатилась странная волна эмоций, тут же

исчезнувшая без следа.

«Тебе не нравится? Разве ты не любишь риск?»