Младший бог - Николай Воронков

– Прошу прощения, господин начальник, что побеспокоил вас. Я лекарь Медикус. У меня к вам просьба. Во время своих странствий я узнал новые средства лечения очень опасных болезней. Результаты великолепные. Но есть и минусы – в состав лекарств входят сильные яды. И часто пациенты умирают не от болезни, а от лекарства. Для отработки рецептов мне нужны смертники, на которых я мог бы ставить опыты и не опасаться гнева родственников. Так как я испытываю новые составы, полная гарантия, что больше пары недель никто не проживет. Единственная проблема – для опытов подойдут только те, кто предрасположен к заражению или уже болеет. Но если такие найдутся, то я готов купить их как рабов.

– Нужен кто-то конкретный?

– Нет, нужен только подходящий.

– Сколько?

– Сколько нужно рабов?

– Сколько ты заплатишь.

– Ну, учитывая, что проживут они не более двух недель, то, думаю, серебряной монетки хватит.

Начальник возмущенно пыхнул.

– За такие деньги мне проще их казнить. Десять золотых за каждого, кого ты отберешь!

Теперь уже возмущенно зашипел я, причем вполне естественно и натурально.

– Десять золотых за живой труп, которым уже завтра будут кормить зверей?! Один золотой, и то если он будет еще достаточно здоров, чтобы на нем можно было ставить опыты!

Но начальник уже почувствовал, что просто так я отсюда не уйду. Мы еще поторговались и почти договорились на пяти золотых, когда я резко оборвал торг:

– Господин начальник, мы делим шкуру неубитого медведя. Я даже не знаю, есть ли у вас подходящие смертники. Может, сначала посмотрим?

Начальник уже дошел до нужной кондиции в предчувствии близких денег и сразу повел меня в подвал, где сидели в ожидании казни. Зрелище еще то. Но если к внешнему виду я был немного готов, то запах… Запах грязи, крови, боли, отчаянья. Где-то недалеко явно располагалась и пыточная. Смертников оказалось неожиданно много – целых пятеро. Я удивленно повернулся к Лейнику:

– У вас так много преступников?

– У господина судьи вчера было плохое настроение, – усмехнулся тот. – Но этим еще повезло, они умрут быстро. Трое не захотели признавать вину и умерли прямо под пытками.

Помрачнев, достал свой амулет-детектор и направил его на заключенных. По привычке для наглядности сделал на нем цветной индикатор, сигнализирующий о степени совместимости. На улицах амулет определял мужчин в основном как нейтральных плюс-минус одно деление. Двое первых заключенных тоже оказались нейтральными, третий отметился двумя красными делениями, а вот на четвертом индикатор уверенно показал целых четыре зеленых огонька. В тех терминах, которые я для себя задал, он мог бы быть хорошим «папой» для Ларг. Пятый снова оказался нейтральным. Я перевел дыхание. Во всяком случае, мой амулет-детектор что-то показывает. Осталось последнее – проверить ауру. Совместимость – это хорошо, но ставить во главу новой семьи патологического маньяка не хотелось. Но и аура оказалась вполне подходящей. Не ангел, конечно, но вполне нормальный человек, который может и любить, и убивать, смотря в какие условия его поставить.

Лицо этого зека было избито, но фигура указывала на молодость и здоровье. Я ткнул в него пальцем.

– Этот мне подходит.

Начальник с сомнением протянул:

– Вообще-то парень попал сюда почти случайно. Возможно, его даже помилуют и дадут просто каторгу.

– Не будет у него помилования и каторги. Разденься до пояса, – скомандовал я парню.

Тот неохотно подчинился. Я достал из кармана коробочку, взял немного порошка и сдул его в сторону зека. Блестящее облачко плавно поплыло к нему, легло на грудь, и кожа побледнела, а на ней резким контрастом проступили ряды багровых колец, как будто человека хватал крупный кальмар. Зрелище было такое неожиданное, что наступила гробовая тишина. Первым опомнился начальник:

– Что это?!

– Я же говорил, что я ищу людей, предрасположенных к опасным болезням или уже зараженных. Конкретно этот несет в себе болезнь, которую я назвал «кракен». Она очень заразная, – все сразу торопливо отступили, – и жить ему, судя по цвету колец, осталось несколько часов. Кольца вспухнут и начнут разбрызгивать ядовитую жидкость. Все, кто будет рядом с ним, тоже заразятся. Так что вряд ли вы довезете его даже до эшафота. А если завтра и все остальные смертники умрут прямо здесь, то судья может и рассердиться, что вы лишили его развлечения.

Начальник насупился:

– И что вы предлагаете?

– Я уже говорил: мне нужны именно такие, чтобы проверять ядовитые лекарства. Если я буду давать ему лекарство раз в сутки, то, может, он и выживет, а может, и нет.

Начальник немного подумал.

– Господин Медикус, – впервые назвал он меня по имени, – вы можете проверить и остальных заключенных?

– Разумеется, буду рад оказать вам услугу, – поклонился я.

Проверка не заняла много времени, но больше мой амулет никого не выявил. В смысле, «совместимого». Было несколько человек с болезнями типа тифа, лихорадки, еще какой-то местной заразы. Их сразу изолировали. Судя по тому, как помрачнел начальник, лекарю, который должен следить за заключенными, будет несладко.

Наконец мы вернулись в кабинет начальника. В Лейнике снова взыграла жадность. Тем более видя мою заинтересованность. Вскоре прозвучала цифра в пятьдесят золотых. Золота мне не жалко, но сейчас, похоже, проверялась возможность шантажировать меня. А что, начальник в любой момент скажет, что смертник сбежал, помогал ему я. За нами погонятся, если поймают, будет еще награда. Я в дерьме, начальник в шоколаде. Мне это стало надоедать. Парня я теперь и сам могу забрать, несколько перемещений – и через пять минут будем в Империи. А эта жадина пусть считает упущенную выгоду. Усмехнувшись и подчеркнуто зевнув, положил на стол пять золотых.

– Я рад, господин начальник, что этот ходячий труп так дорог для вас. И вы готовы приложить все силы, чтобы ему отрубили голову. Мне он стал интересен, но я готов заплатить только пять золотых. На эти деньги при необходимости я куплю в трущобах сотню нищих, а ваш пленник пусть заражает вашу тюрьму и дальше. Думаю, через месяц вас вполне можно будет называть начальником кладбища.

Начальник насупился, но, видимо, понял, что дальше спорить бесполезно. Он отдал команду, и в кабинет привели выбранного парня.

– А как вы собираетесь управляться со своим рабом?

Усмехнувшись, я подошел к парню и легонько коснулся пальцем его лба. Глаза у него сразу остекленели.

– Наклонись, выпрямись, повернись, – командовал я.

Парень выполнял команды беспрекословно и безучастно.

– С покорностью проблем не будет. Он станет делать только то, что ему скажу я. Скажу жрать землю – будет есть и радоваться, что может мне угодить.