Обещание Гарпии - Дмитрий Емец

– А почему не пятый? – капризно спросила Настасья. – Хочу на пятый!

Авксентий поморщился, что-то соображая. Потом достал из воздуха мятый пергамент.

– Завтра начинается конференция магоборов… Съехалась вся их элита! Занято всё, включая буфетную и комнату горничных… Впрочем, номер пятьсот четырнадцать пока свободен. Один из ведущих магоборов познакомился по Интернету с русалкой, обещал жениться, а русалка оказалась кикиморой. Теперь он в бегах, потому что магического обещания-то не отменишь! Добро пожаловать в Магтербург! Если что-то будет нужно, обращайтесь к деревяшам.

– Номер, разумеется, бесплатный? – уточнила Настасья.

Шестак поморщился ещё раз:

– За счёт ВСЕСТРАМАГа. Но только на одну ночь – и про все эти… вареники… забываем?

– Уже забыла!.. У меня полное выпадение памяти. Благодару!

Первым на движущуюся лестницу ступил Бермята. За ним хромала его сумка. Затем Настасья, Ева и стожар. Чемодан на крылышках, поддразнивая атлантов, описал над их головами полукруг, после чего последовал за хозяйкой.

– Пятый этаж – это ВИП-номера, – сказала Настасья, когда они поднялись повыше. – А третий этаж – эконом-класс… Так что я, конечно, напросилась повыше.

– Чего это он вдруг на всё согласился? Чем ты его так напугала? – спросил Бермята.

Настасья проследила взглядом воздушные метания своего чемодана:

– Долгая история. Лет пять назад, когда я ещё не умела отключать оповещения, приходит ко мне ночью на магическую почту сообщение: «Вареник-шизофреник приглашает вас в игру “Грядки”!» Я ради любопытства стала раскапывать, от кого это сообщение, и по цепочке ссылочек вышла на Шестака! Видимо, он галочку «рассказать друзьям» случайно не убрал. И рассказывал всем подряд, ха-ха!

– А «Вареник-шизофреник» – это кто?

– Да он же! Он, наверное, любопытства ради залез в игрушку, а там надо было себя как-то назвать. Ну он и написал первое, что в голову пришло. Не писать же «старший госмаг ВСЕСТРАМАГа первой категории Авксентий Шестак». Но всё равно забавно! Выдёргивают бедные детки в игре морковки – а рядом с ними трудится бессонный «Вареник-шизофреник», одна из главных фигур мистического Магтербурга!

Они проехали через второй и третий этажи – скромные, с узенькими коридорчиками и кучей комнаток, больше похожих на норки стрижей. Проехали четвёртый этаж, где было что-то вроде лектория, и оказались на пятом, где лестница мягко и вежливо приостановилась, дожидаясь, пока они сойдут.

Роскошь тут была необыкновенная. Мягкие кожаные диваны, много слоновой кости и стекла. По длинному широкому коридору, покрытому коврами, вышагивали озабоченные люди с папками. За ними, прислуживая им, ходили деревянные человечки ростом где-то около метра. Нечто среднее между буратинками и дуболомами из книги про Урфина Джюса. Человечки были облачены в гостиничную униформу. Квадратные головы покрыты молодой зеленью побегов. Ева сообразила, что это и есть деревяши, ради которых Шестак ввозил аризонское дерево.

У фонтана размером с маленький бассейн стоял толстый тип и орал на деревянного человечка, требуя у него нормальной воды. Которая просто вода, без магии! Просто нормальной грязной человеческой воды, которую пьют заурядцы! Не живой и не мёртвой! Что же тут непонятного, дубина ты стоеросовая?!

Деревянный человечек, приседая от страха, убежал и вскоре вернулся с бутылкой обычной воды. Толстяк грубо вырвал у него воду из рук и ушёл.

– Элита магоборов… Впрочем, элита везде одинакова, – сказала Настасья себе под нос.

– Кто такие магоборы?

– Борцы с магией. Утверждают, что использование магии отнимает у планеты силы. Мысль, конечно, верная… Вот только чтобы добежать до магазинчика, деревяш потратил столько магии, что её хватило бы на целое озеро очищенной воды. Да и жить в ВИП-номерах, где всё пропитано магией, где каждый чих – чистая магия… это… как бы сказать… ну да ладно… не будем придираться!

Рядом с Настасьей, пристально взглянув на неё, прошёл высокий мужчина с густой чёрной бородой, пронзительным взглядом и огромным лбом. В руках у него был деревянный посох дремучего вида, а рубашка – холщовая, простая и подчёркнуто немагическая. За мужчиной как собачки бежали сразу два деревяша.

– Глава магоборов Аникей Ягнило! – негромко представила Настасья. – Холостяк. Недостижимый идеал для всех девушек, мечтающих выйти замуж. Председатель всего чего угодно, что хоть каким-то боком связано с магоборством! На всех собраниях важно молчит. Речи зачитывает по бумажке – и там, конечно, всё идеально! Некоторые злопыхатели утверждают, что всё, что он умеет – это мудро молчать.

Безошибочно ощутив, что говорят о нём, Аникей Ягнило остановился, подошёл к Настасье и поклонился.

– Приветствую вас, сударыня! Вы самый красивый призрак в этом царстве реализма! – раскатисто произнёс он.

– Я не призрак.

– Как?! Неужели живая женщина? Из крови и плоти? – поразился Ягнило и, видимо, чтобы лучше убедиться в этом, собрался коснуться её плеча, но на пути его руки внезапно оказался Бермята – крепенький и задиристый.

– Вот так рушатся легенды! Вы, оказывается, умеете разговаривать! – сказал он.

Ягнило взглянул на Бермяту сверху вниз и, кажется, впервые соблаговолил его заметить.

– О, так вы не одна? Будем знакомы, молодой человек! Ваш лучший и единственный друг! – представился он, протягивая ему руку.

– Мой лучший и единственный друг – Wi-Fi-роутер! – пряча ладонь за спину, возразил Бермята.

Ягнило сдвинул брови, произнёс пару незначащих фраз и отошёл.

Вокруг Настасьи и Бермяты забегали деревяши. Откуда-то они уже знали, в какой номер их поселили. Один поправлял ковровую дорожку, другой показывал дорогу. Он же и распахнул дверь. Номер был огромный. Три спальни, гостиная и тренажёрный зал с мишенью для лука.

– Благодару! – сказала Настасья.

Деревяш, поправлявший дорожку, поклонился Еве. Его улыбающийся, в дереве прорезанный рот не открывался, однако Ева как-то слышала его мысли.

– Дорогая самка, не принести ли вам что-нибудь для фотосинтеза и клеточного строения? Облачите ваши корни в чехлики!

– Во что облачить? – спросила Ева испуганно.

Деревяш изящно протянул Еве тапки. Руки у него были длинные, а пальцы как корни. Такие руки позволяли дотянуться до чего угодно.

– Нужны ли вам органические и неорганические соединения? Всё ли хорошо с вашими околомембранными огранеллами? – всё так же низко кланяясь, продолжал деревяш. – Если нет, тогда, умоляю вас: не стесняйтесь! Активно поглощайте крахмал!

Бермята поманил деревяша к себе и сунул ему под нос кулак.

– Газуй отсюда на корнях, пока я тебе по сократительной вакуоли не настучал! – сказал он.

Деревяш хихикнул и убежал.