Нити магии - Эмили Бейн Мерфи

Брок медленно встает и пинком отправляет саквояж обратно в шкаф.

Алый цвет ползет вверх по его шее, но он стискивает зубы и стоит совершенно неподвижно. Я знаю, о чем думаем мы оба. Ради того, чтобы эта тайна оставалась погребенной, уже умерло некоторое число людей. Если Филипп поймет, что мы сделали, у нас могут забрать не только работу.

А потом Филипп зовет охрану.

Несколько секунд спустя появляется Петер, за которым бежит встревоженная Лильян.

– Позови Хелену, – приказывает Филипп. – А вы, остальные, ни с места.

– Я могу помочь вам, господин? – спрашивает Петер.

– Мне кажется, эти двое пытались обокрасть меня.

Петер быстро возвращается вместе с Хеленой, а за ними следует Ева. В комнате сразу становится тесно. Мне трудно поднять глаза на Еву, мои щеки горят, словно обожженные.

– В последний раз вас спрашиваю, – произносит Филипп, с показной неспешностью поднимаясь с постели, и, взяв свою трость, угрожающе выпрямляется во весь рост. – Что вы здесь делаете?

Я на миг встречаюсь взглядом с Евой, но она отводит глаза, украдкой снимает с шеи подвеску с гербом Вестергардов и прячет ее в карман.

– Ой, – говорит она с нервным смешком. – Прошу прощения, они пришли сюда, потому что я попросила.

Я резко поворачиваюсь к ней.

«Не надо, Ева. Я не заслуживаю этого». Сглатываю слезы, и мое сердце грозит взорваться в груди. Я поверить не могу, что она по-прежнему готова солгать, чтобы выручить меня.

– Я потеряла свой кулон перед самым… несчастьем, – продолжает она. – Я искала его повсюду, но боялась прийти сюда сама.

– Почему ты не сказала мне? – спрашивает Хелена. – Я помогла бы тебе искать.

– Мне было стыдно, что я его потеряла. Прости, – Ева морщит лицо, добавляя страха и горечи. Как раз в меру, чтобы это было достоверно. – Я надеялась найти его, и ты бы даже не узнала о степени моей небрежности.

Я с трудом сглатываю и стою совершенно неподвижно.

– Ну, конечно же, я помогу тебе его искать, – заверяет Хелена. – Вряд ли эта подвеска покинула дом. – Она привлекает Еву ближе к себе и смотрит на нас с Броком. – Вы можете идти.

Я склоняю голову и делаю шаг к двери. Благодаря Еве мы почти выкрутились.

– Погодите, – произносит Филипп. – Я хочу удостовериться, что это правда.

– Зачем? – резким тоном спрашивает Хелена. – Я верю своей дочери на слово, – ее глаза предостерегающе сверкают.

– Я не доверяю отнюдь не твоей дочери, – холодно отвечает Филипп и смотрит на нас с Броком. – Пожалуйста, выверните свои карманы.

Брок быстро моргает, и зрачки его расширяются. Он делает глубокий вдох, когда Петер направляется к нам.

Повисает долгая пауза.

– Да, хорошо, – скованно говорю я.

Я выхожу вперед, останавливаясь между Броком и остальными. Медленно, стараясь выиграть время, запускаю руку в свои карманы и, ухватив ткань изнутри, выворачиваю ее наизнанку.

Единственное, что выпадает, – один из леденцов Лильян. Он падает на коврик у моих ног и катится к Еве.

Охранник фыркает.

– Теперь ты, – говорит Филипп, указывая на Брока, и я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на него.

В его глазах – затравленный страх. Это взгляд того, кто вот-вот лишится последнего, что у него осталось.

А я ничего не могу поделать, стоя на расстоянии от него чуть больше вытянутой руки.

Брок медленно запускает пальцы в каждый из своих карманов и по одному выворачивает их наизнанку. Жилет. Куртка. Штаны. Дойдя до последнего кармана, того, в котором лежит кольцо, он медлит.

«Я должна что-то сделать».