Стать победителем - Юрий Иванович

– Как долго пробудете и когда вас ждать обратно?

– День туда, день обратно, – начал прикидывать я. – Ну и на месте… Итого три, максимум четыре дня.

– Мы, конечно, и от армии отобьемся, но на всякий случай спрашиваю: если на нас выйдут зроаки и начнут опасно выжимать с тропы?

– Тогда ничего не поделаешь, отходите на эту сторону и уничтожайте мост. Его в любом случае нельзя аспидам отдавать. Ну а мы потом, если уж такое случится, что-нибудь другое придумаем для ухода.

По крайней мере, таковы были мои предварительные расчеты. Это я еще ничего и никому не рассказывал о том варианте, если девчонки вдруг взбунтуются и пожелают оставаться баронессами вопреки моим просьбам или уговорам. Правда, и доводы у меня против такого бунта имелись железные, в любом случае уговорю немедленно оставить службу в полку, или кем там девчонки и как теперь числились. Все-таки, раскрутив несколько монопольных производств, мы за полгода, максимум за год обязательно станем графами, а то и маркизами. Наши знания и коммерческая жилка быстро выведут нас в число самых уважаемых и шикарно живущих людей. Против этого никакие доводы о жалких баронствах не будут и гроша ломаного стоить. Да и самая главная причина поступления в полк озабоченных местью землянок сразу будет аннулирована с моим появлением.

Но в любом случае четыре дня – это и так перебор.

Наша охрана осталась бдеть у моста, а мы довольно резво начали спуск в первую долину. Тропа тут тоже была вполне широкая, местами позволяя двум всадникам ехать рядом и переговариваться, и я заметил, что Шаайла все время пытается меня догнать. Некоторое время мне удавалось делать вид, что не замечаю этих попыток, но уж когда спустились в долину, девушка чуть ли не схватила за узду моего коня:

– Вскачь пускать не стоит. Разве не видишь, насколько они устали при спуске? Шагом надо, шагом!

«Ну вот! – расстроился я, внешне стараясь не показывать своего недовольства. – Уже и командовать пытается! Или только поговорить хочет? Ох! И попробуй теперь ей хоть грубое слово скажи. Даже приказ за оное принять может. Ладно, послушаю, тем более что нам совместно только эту долину пересечь, а за скалами наши пути-дорожки разбегутся».

Как ни странно, но выдвинувшемуся с большей скоростью вперед Чарли Эдисону вашшуна и не подумала напомнить про усталость лошадей. Наоборот, вроде как довольна осталась. Хотя голос ее при разговоре звучал холодно и официально:

– Мастер Михаил! Надеюсь, ты выполняешь все данные тобой клятвы и обещания?

«Кажется, я влип!» – мелькнуло в голове, я и стал с пафосом напускать туману высоким слогом и витиеватой речью.

– Конечно все! Все, которые мне позволяют по временным факторам выполнить стоящие передо мной приоритетные задачи первоочередной важности!

Кажется, удар достиг цели, тон у девушки стал несколько растерянным:

– Не поняла. Поясни.

– Ну вот, к примеру, я пообещал своему другу и помощнику Чарли, что мы с ним обязательно отправимся целенаправленно на поиски крысы-пилап для превращения его в обладателя первого щита. Но это не значит, что я брошу поиски своих подруг и вот прямо сейчас поспешу на охоту. Данное обещание как бы сдвигается для выполнения на более отдаленное время. Например, после того, как основной поиск будет закончен.

– То есть ты отказываешься в данный момент помочь мне, как обещал ночью?

– Нисколько! Но не в сию минуту, а как только судьба девушек разрешится. Это – раз. Потом вторая задача: крысапилап для Чарли. Лишь только она будет отыскана – я целиком и полностью в твоем распоряжении.

Я старался говорить легко, но с уверенностью и не показывать, как меня бросает то в жар, то в холод. Выкручиваться словесно при таких обстоятельствах – это не три пачки пудинга слопать в сухом виде, как говаривала моя бабушка Марфа (как-то мне эти пачки попались на глаза в раннем детстве, и я подумал, что это сахар).

И все равно девушка обиделась. В ее голосе стала проскальзывать угроза:

– Я свою половину уговора выполнила, причем сделала это сразу. Почему же ты поставил свои обязательства только на третье место?

– Увы, так получается. Да ты и сама знаешь причину нашего здесь пребывания.

– Знаю! Еще как знаю! Но теперь я понимаю, что, прежде чем тебя лечить, следовало ставить более жесткие и конкретные условия: лечение – ночью, твоя помощь – сразу следующим утром! Не захотел бы – ждал до следующего вечера!

– Ага, деньги вечером, стулья утром.

Ситуация у меня так четко сопоставилась со знаменитым произведением Ильфа и Петрова, что я чуть не расхохотался. Наверное, это действие было бы самое худшее и наиболее опасное в данном разговоре.

– Какие стулья? – сбилась вашшуна с мысли.

– Да есть такой классический образец, по которому все договора составляются, – выкручивался я, как угорь на сковородке. – Но неужели ты подумала, что я откажусь от своего слова? Как только мы вернемся от Леди и отыщем первый щит для Чарли, сразу раскопаем твой камень вместе с алтарем! Все вместе гуртом так и отправимся на раскопки. Обещаю!

– Но мне не надо потом! Мне надо сейчас! Немедленно! – досадовала колдунья так, что казалось, из глаз у нее сейчас вырвутся все сжигающие молнии. – Неужели ты не понимаешь, что подобный найденный камень-амулет – это перелом в войне со зроаками?! Без поддержки и разведки с неба людоеды станут в два раза слабей!

Смеяться мне уже давно расхотелось. Хотелось немедленно броситься в погоню за Леней, преодолеть уровень этих громадных скал и больше никогда в жизни с данной вашшуной не встречаться! Причем не только с данной, но и со всеми остальными – тоже. Даже не представляю себе, откуда удалось насобирать в душе жесткости и непоколебимости для последующего упрека:

– Ты знала, с какой целью сюда шла! И согласилась с моим командованием! Так что теперь не пытайся манипулировать обстоятельствами, изменяя первоочередность наших целей.

– Их изменила судьба! – с жаром перебила меня девушка.

– При чем здесь судьба?

– А при том: если бы ты не заболел, то не дал бы мне обещания, не просил бы меня помочь!

– О! Тут уже начинается какая-то путаница в приоритетах и призвании! – Теперь уже и я рассердился, забыв, что могу получить в ответ. – Ты забыла, кто ты такая? Ты – вашшуна! Целительница! И твой долг – лечить каждого страждущего и умирающего!

– Вот и нет! – Шаайла стала переходить на истерический крик. – Ты не был умирающим! И я имела полное право тебя не лечить! С чего ты взял, что я что-то должна?! Мы имеем право добить страждущего, если надо, но такое лечение, какое я провела ночью, мы применяем крайне редко и только по собственному желанию!

После чего уже я вздохнул более свободно. Хотя внутренне мне было очень стыдно продолжить с самым дружеским и теплым участием.

– Ну вот видишь: по собственному желанию. Значит, ничего страшного не произошло. Все получилось мирно и при полном взаимном согласии.