Стать победителем - Юрий Иванович

– Мы заложили лаз.

– Ага! Ты помнишь, как прежний хозяин берлоги целый завал раскатал? Что для него наша стеночка и плохонькая маскировка? Пустяк, на один удар лапой.

– Нет, медведь бы нам в ответ зарычал.

– Как же! Рычит он, когда голодный, а сытый – спит.

– Ты думаешь?..

– Только не это!

Минуту прислушивались. Минуту еще покричали. После чего все-таки решили действовать, приготовившись к самому худшему. Приготовили все оставшиеся факелы, проверили оружие и друг за дружкой сиганули вниз. Первым делом осмотрелись. На месте у стены, где оставалась отдыхать и набираться сил зуава, все оставалось чинно и пристойно. Мало того, там лежал аккуратно в сторонке не только тяжеленный меч Апаши, но шлем, кольчуга, наручи и другие детали защитной амуниции. То есть зуава ушла совершенно налегке, сознательно и в любом случае обязательно собиралась вернуться. Даже пояс с подсумками и кошелем с монетами остался. Беспокойство стало несколько иного свойства.

– Ну и где ее носит? – негодовала Мария. – Ей же колено беречь надо!

Так как поверху завала еще вчерашним вечером водрузили несколько камней, то было видно: зуава туда не ушла.

– Значит, ей что-то понадобилось у лошадей. Пошли!

Старались идти быстро, но шуметь не слишком. И уже к концу второго отрезка вдали мелькнул отсвет факела. Тут же и знакомый голос послышался:

– Малышки, это вы?

Девчонки сами от себя не ожидали, но дружно вскрикнули от радости и побежали вперед вприпрыжку. Окружили Апашу с укорами, приветствиями и совместными попытками рассказать, как прошла операция по сбросу лавины на противника.

Зуава выглядела более чем довольной, причем не огромным уроном среди врага, а той заботой и переживаниями, которую проявили о ней девчонки. А сама она, почувствовав себя лучше к утру, решила пройтись глянуть на лошадей и достать в переметной суме одну весьма эффективную при ушибах мазь.

– Вчера о ней просто из головы все упоминания вылетели, – жаловалась она. – А то бы сейчас еще лучше себя чувствовала.

Идею с завалом главного входа путем создания небольшого камнепада Грозовая поддержала полностью:

– Чем быстрее сделаете, тем лучше. Это я сейчас вам помочь не могу, а через три дня мы при необходимости легко разберем завал изнутри. Главное, что снаружи он будет смотреться глухим и непроходимым.

Изначально выпустили наружу трех пристяжных лошадей, оставив всего одну на всякий случай. Овса надолго восьмерым бы не хватило, а так пятерка неделю могла на скудном пайке продержаться, лишь бы вода была. Выпущенную на произвол скотинку тоже было жалко, но, с другой стороны, они вполне могли себе выжить, а то и затеряться от людоедов на высокогорных лугах.

Потом приступили к организации завала. Девушки сняли с себя все лишнее, чтобы работать с проворством и не перегреваясь, выбрались наружу и при помощи двух длинных веревок, нескольких коряг и нанесенных камней построили довольно шаткие башенки. Финалом подготовки к добровольному затворничеству в недрах стал налет на скопища старых, высохших лесин, коряг, коих в округе вполне хватало и без рубки одиноких или стоящих небольшими группами деревьев. Да и свежая вырубка наверняка привлекла бы внимание к этому месту поисковых отрядов врага.

Затем уже из пещеры единовременно потянули за собой обе веревки, наблюдая, как окно к свету и вольному миру с грохотом перекрывает поток камнепада. Когда повисла звенящая тишина, Катя чихнула от пыли и с грустью констатировала:

– Кажется, мы перестарались. Если хотим выбраться наружу через три дня, следует начать разборку еще… позавчера.

Апаша ее утешила:

– Не переживай ты так, у нас конь лишний, только одного хватит на две недели жевать. Теперь главное – воду отыскать. И она тут обязана быть! Не думаю, что медведь на водопой каждый раз из берлоги в лес выбирался.

– Вначале коней отсюда следует убрать, – проявила дальновидность Мария, указывая при этом наверх. – Сквознячки продолжают гулять, значит, щели наверху остались. Вдруг кто принюхается к одной такой щели и обратит внимание, а потом и подумает над свежим завалом? Вдобавок и ржание через такую щель можно расслышать. Предлагаю провести лошадок по стержневому участку и оставить в первой пещере. Кстати, надо там наверху сразу проверить тот лаз на своде, может, то просто расщелина.

Так и поступили. Правда, не все лошади реагировали на низкий свод тоннеля одинаково. Если тяжеловоз зуавы и пристяжная молча склонили головы и пошли, куда их повели, то тройка гордых и благородных керьюги долго противилась, не желая двигаться в замкнутое пространство. Наверняка им казалось, что дальше свод опустится ниже, а так как развернуться будет негде, то таки придется умереть, стоя на коленях. Для благородных животных такое было неприемлемо.

Помогло умение обладательницы первого щита управляться с неразумными друзьями человека. Она минуть пять шептала что-то на ухо керьюги, гладила каждого по красивой шее, и тот, словно согласившись с вескими доводами, таки опускал голову и давал своей хозяйке провести себя по тоннелю.

На месте их расквартировки сразу проверили ту непонятную дыру на своде. Оказалось, и в самом деле узкое отверстие природного происхождения, прикрытое плитой, которую просто приподняли вверх.

Но вот тоннелей дальше там не было, видимо, и конструктивно не предусматривали строители. Зато после подъема плиты и пока исследовали узкие, тупиковые отверстия и промоины, образовался умеренный, но постоянный сквозняк, что в данном случае посчитали положительным фактором. И людям внизу не будут запахи неприятные мешать, и коням будет намного свежей в замкнутом пространстве. И так им, бедным, предстояло провести в полнейшей темноте несколько дней, что, по мнению опытной воительницы, могло нарушить и зрение, и благодушное состояние животных.

Затем четыре женщины добрались до своего места временного проживания и, совмещая отдых с поздним обедом, стали соображать: какую проблему решать в приоритетном порядке. Постановили единодушно: вода. Значит, надо искать в первую очередь те места, откуда тянет сыростью или где слышится стук падающих капель. В связи с этим стали заниматься вопросом: что делать с освещением?

Запас факелов и палок для их изготовления имелся большой, но не безграничный. То есть экономить следует сразу и по возможности при любых мероприятиях. Даже при поиске воды. Но вот только Апаша могла в этот чернильной темноте рассмотреть, например, стену в двух метрах перед собой или яму у самой ноги. Девушки, хоть и выделились в свое время в разведке, имея уникальное зрение, могли отличить стенку на расстоянии вытянутой руки, а яму могли заметить лишь после того, как свалились бы в нее.

Другое дело, если бы имелся достаточный запас свеляши, той самой знаменитой смеси из смол и опилок, которую всегда держал при себе любой разведчик. Но ее приходилось беречь как для розжига факелов, так и для экстренных ситуаций, если вдруг понадобится более мощное, бездымное освещение. Апаша не сомневалась, что и уголь отыщется, но для этого еще следовало выйти из тоннелей в открытые пещеры или масштабные каверны.