«Черные купола». Выстрел в прошлое - Александр Конторович

Так это не просто случайные фрицы?

Эта засада ставилась специально?

И вся эта шумиха в лесу… нас просто загоняли именно в это место?

Похоже, что так.

Ну что ж… выход остался только один.

Пистолет?

Не успеть, снайперы стерегут каждое движение, стоит только дернуть рукой… Насмерть валить не станут, а вот руки-ноги поуродуют. Нет уж! Хватит и левой ноги.

По этой же причине отпадает и граната, достать быстро просто не суметь, а итог будет тот же. Что остается?

Ждать.

Ждать, когда подошедшие фрицы закроют от своих снайперов. Правда, и тут есть риск, и риск немалый. Можно просто не успеть ничего сделать — эти же подошедшие и спеленают как куклу, за пару-тройку секунд.

Все эти мысли пронеслись в голове старшего лейтенанта за какие-то секунды — немцы не прошли еще и пяти метров. Внешне это никак на нем не отразилось, только побелели костяшки пальцев на сжатых кулаках.

Не доходя метров пяти, солдаты остановились.

«Плохо!» — пронеслась мысль в голове разведчика. Немцы стояли так, чтобы не перекрывать цель своим стрелкам.

Раздвинув цепь, вперед вышел стройный фриц в камуфляжной форме.

— Я надеюсь, у вас достаточно хорошо работает голова? И вы не станете совершать необдуманных поступков? — русский язык немца был безукоризненным.

— Не понял вас… — хриплым голосом произнес Обручев.

— Все вы прекрасно поняли! Я имею в виду, что любые ваши попытки нанести урон мне и моим солдатам будут быстро… и весьма нелюбезным образом пресечены моими стрелками. Расстояние здесь небольшое, и они смогут попасть туда, куда захотят.

«Так, сказал только про стрелков. Значит ли это, что все прочие имеют другую задачу? И не должны меня фиксировать при признаках опасности? Необязательно… хотя попусту рисковать немец может и не захотеть… Вон как солдаты стоят, у каждого рядом хоть какое-то, а укрытие есть! Стало быть, опасаются, что и я, как Никулин, гранату рвану… Это хорошо, на этом и сыграем…»

— Да. Я понял. Нет, мне хотелось бы еще пожить, — отрицательно качнул головою разведчик.

— Отлично! Мы умеем ценить храбрость солдата, и вам будет оказана медпомощь и все подобающие званию и положению знаки уважения. Разумеется, после того, как вы сложите оружие.

— Хорошо… я могу сесть?

— Ради бога! Только хотел бы еще раз предостеречь вас от необдуманных поступков. Имейте в виду, я заинтересован в том, чтобы вы были живы. А вот насчет степени здоровья… тут возможны самые широкие толкования… понимаете?

— Вполне.

«Сейчас я стану садиться… обопрусь на обе руки. В это время они смогут схватить меня за руки, и все. Не все… такого шанса давать нельзя. А отчего они не прыгнули сразу? Никулин! Спасибо тебе, ты и мертвый мне помог. Немцы опасаются такого же подвоха! И правильно делают, между нами говоря…» — лихорадочно прикидывал возможные варианты Обручев.

Левой рукой старший лейтенант расстегнул кобуру и, вытащив пистолет, бросил его к ногам ближайшего немца. Чуток не долетев, «ТТ» упал в небольшую лужицу.

— Это все?

— Нет. Есть еще граната. И нож.

Обручев оперся правой рукой о землю, приподнялся. Расстегнув пряжку ремня, уронил его на траву.

— Нож в ножнах. В подсумке лежит граната.

Левой же рукой он зацепил ремень и оттолкнул его в сторону.

— Надеюсь, ваши солдаты помогут мне встать? Я ранен в ногу и…

— Разумеется! — Немец явно приободрился, и голос его теперь был менее напряженным. — Капке! Вернер! Помогите… э-э-э…

— Лейтенант Рокотов.

— … господину лейтенанту!

Закинув винтовки за спину, к разведчику подошли двое солдат.

«Теперь самое важное! Будут ли руки крутить? Ох, рискую… Хотя… оружие я бросил, даже ножа нет, да еще нога эта… не должны бы…»

Дюжие немцы зашли с боков и подхватили разведчика под руки. При этом обе они легли на плечи к помощникам.

«Не чухнулись! Все по плану… А снайпера меня сейчас уже не видят…»

Приподняв старшего лейтенанта, немцы разворачиваются к офицеру. Тот делает нетерпеливый жест рукой — ко мне!

Шаг, другой…

Внезапно здоровая правая нога Обручева подбивает под колено ногу правого немца. Тот не успевает никак среагировать и, потеряв равновесие, падает вбок, таща за собою старшего лейтенанта, а заодно и его левого конвоира-носильщика. По странному стечению обстоятельств зацепленный за подбородок левой рукой фриц летит при этом прямо на цепь солдат. А разведчик, повернувшись в падении, падает на правое колено. Стреляет болью раненая нога! Но в правой руке старшего лейтенанта уже зажат маленький «вальтер», ранее покоившийся в замшевой кобуре на груди. Пистолетик небольшой и под комбинезоном почти незаметен.

«Вот и все! В стволе патрон, в обойме еще шесть. Пять секунд жизни… Но и с собой кого-то можно прихватить! Офицер! Вбок сиганул, не достать… Но ведь есть еще и другие немцы!»

Поймав пулю в лицо, опрокинулся навзничь высокий немец с пулеметом. Второму прилетело в живот. Некстати завозившийся правый конвоир получил свинцовый подарок в затылок. Прочие фрицы почти мгновенно рухнули на землю, открывая цель своим снайперам.

«Эх, фрицы! На меня разом бы бросились — и крикнуть бы не успел! Офицер ваш виноват! Дал приказ — снайперам по мне работать, вот вы его и выполняете. А своя голова зачем? Вот еще один бежит… бежал… Не лежалось тебе, как всем прочим. Вот и снайпера открылись. Все? Да… Черт, но ведь как жить охота же!»

Рослый фельдфебель протянул руку офицеру, помогая ему подняться с земли.

— Спасибо, Лайнеманн. Право слово, не стоило вам сбивать меня с ног — я бы успел скрутить этого сумасшедшего.

— Как сказать, герр обер-лейтенант… — возразил тот. — Посмотрите на свою куртку…

— А что там такого необычного? — Офицер посмотрел на один бок, на другой. — Ого!

Левый бок куртки был распорот пулей так, что образовалась прореха длиной в несколько сантиметров.

— Пуля, герр обер-лейтенант, прошла по касательной, оттого и дырка такая получилась. Если бы я не успел вас оттолкнуть…

— То мы бы с вами сейчас не разговаривали… Благодарю вас, Лайнеманн! Я этого не забуду!

Сопровождаемый фельдфебелем офицер подошел к лежащему на земле разведчику. Вытащил у него из руки пистолет, оттянул затвор.

— У него еще оставался один патрон… да… кто бы мог подумать… он казался мне вполне здравомыслящим человеком.

— Русские, герр обер-лейтенант! От них всего можно ожидать.

— Да… пожалуй. Это будет нам всем уроком. Распорядитесь собрать оружие и вообще все, что будет обнаружено на телах русских диверсантов. Вызовите грузовики, пусть доставят наших раненых и погибших камрадов на станцию. Вилли! — окликнул офицер радиста. — Запроси у комендатуры подкрепление, нам надо прочесать лес.