Иной Мир - Николай Воронов

клещи его бойцы, так что тут можно было не волноваться, жить им оставалось не больше минуты. Третьим очагом оказался старый егерь. Тот самый с которым перед лесом говорил капитан. Старикан оказался опытным воином, защищаясь коротким охотничьим кинжалом, он умудрился биться сразу с троими противниками. Медленно отступая к кромке леса, он то и дело отражал сыплющиеся со всех сторон удары. Еще немного и он скроется в листве деревьев, ищи потом егеря в лесу. Подхватив шестопер, Карм бросился к нему.

— А ты неплохо сражался, старик. — Клинок меча Турмана вышел из груди егеря. Приятель смог подобраться к последнему со спины, выйдя из-под прикрытия деревьев.

Бой на дороге подходил к концу. Его бойцы добили как телохранителей, так и самого юнца. Голова блондина, с маской ужаса на лице, была аккуратно уложена на дорогу. Карм провел над ней специальным артефактом, как и было договорено с нанимателем. Диадема с головы смуглявого исчезла, растворившись в загребущих руках наемников. Но на это карм только фыркнул, пусть порадуются, путь к следующей ели долог, инкрустированную брильянтами побрякушку он еще найдет.

Между тем бой магов, так же подошел к своему концу. Тело защитника лежало на дороге, обгоревшее, с неестественно вывернутыми конечностями и оторванной головой. Будто он попал под огненное торнадо, что кстати недалеко от истины. Впрочем, обоим магам так же досталось. Выглядели они не лучшим образом. Один и вовсе сплевывал кровавые сгустки на дорогу. Мдааа, как языком чесать, так они герои, а как вдвоем на одного вражеского мага, так едва не проиграли. Карм даже передернул плечами от мысли, что эти двое могли не справиться тогда и ему пришлось бы с бойцами выйти против свирепого мага.

— Карм, мать твою дери, мы долго будем еще тут торчать? Дело сделано и нужно валить отсюда, как можно скорее. — Подбежал к нему Турман. — Эти горящие факелы за километр видно.

Он махнул в сторону горящих деревьев. Остальные бойцы его активно поддержали.

— Валить конечно надо, но вы дятлы не забыли, зачем мы в цвета восточных баронов нарядились? Вы ведь убили всех свидетелей, не оставив никого для донесения информации о убийстве сынка графа.

— Да ладно тебе, командир. Не ругай парней за хорошо выполненную работу. Я предлагаю сделать крюк вокруг леса. Попадемся на глаза спешащих сюда егерей, они и разнесут весть. А что? Заводные лошади у нас есть, успеем уйти.

— Хорошая мысль. — Вынужден был согласиться Карм. — Тогда по коням.

Большинство наемников уже скрылось в лесу, когда двое последних, переговариваясь между собой, достали сверкающую диадему. Спрятанную на обочине.

— Что я тебе говорил. — Обратился один к другому. — Денежная будет миссия. Вернемся в Уртанию, продадим эту безделушку и сможем жить словно короли. Купим по трактиру, будем в гости друг другу заглядывать, женками хвастать.

— Ага. — Довольно протянул второй.

…

Винсент Алью, проводил взглядом скрывшихся в лесу бойцов восточных баронов. «Да каких к демонам баронов, наемников Уртании» — поправил себя парень.

Дрожащими руками расстегнул камзол и извлек весящий на шнурке амулет невидимости. Редчайшая и невероятно дорогая штука, создаваемая сильнейшими из магов артефакторов, исключительно на заказ и за безумные деньги. Этот амулет уже четвертое поколение, передавался в его семье от отца к сыну. До прошлого месяца, он был у отца Винсента, графа Алью, но перед отправкой своего сына на охоту в центральные провинции, суровый родитель, решил расщедриться, передав родовой артефакт сыну. Словно чувствовал.

Парень скинул с головы капюшон, пригладив свои светлые волосы. Нужно было как можно скорее вернуться в замок барона Щелока, заряд в амулете не бесконечен, а вести которые он должен был донести до своего отца, стоили куда дороже чем его жизнь. В свои восемнадцать, Винсент был куда умнее и смекалистее большинства своих сверстников. Пока остальные пили и кутили, молодой человек проводил время за книгами, свитками и изучением управления графства, у руля которого ему однажды предстоит встать. Он не любил охоту, но посещал ее, чтобы завести нужные знакомства, он не любил украшения, богатые одежды, не любил быть в центре внимания, уступив это место сыну барона Щелока, похожему на него блондину. Это и спасло жизнь молодому парню. Когда смертоносные стрелы еще только полетели на дорогу, он активировал амулет, скрылся с дороги и затерялся в придорожных кустах.

У наемников были маги, больше всего парень боялся, что они смогут его заметить, но боги милостивы, после боя с придворным магом барона, наемные маги, выглядели откровенно жалко, пытаясь зализать свои раны и совершенно не заботясь о том, чтобы проверить местность сканирующими заклинаниями, которые бы в два счета сняли невидимость.

— Уртания значить? — Зло оскалился парень. — Я запомню вас.

…

Город Толм. Столица Родвалии.

Ночная столица по-своему была прекрасна и завораживающая. В центральных районах города, где стояли величественные и прекрасные особняки знати, выложенные мраморными плитами всех цветов и оттенков, где улицы были освещены бесконечными магическими фонарями, разгоняющими с улиц ночную тьму, всегда было оживленно, даже в позднее ночное время. Всеведущие парочки, обжимающиеся у бортиков красивых фонтанов, одинокие прохожие, возвращающиеся с собрания клубов по интересам дворяне и аристократы. Не смотря на позднюю ночь, жизнь здесь цвела буйным цветом, завлекая в свои ласковые объятия редких прохожих, предлагая им присоединиться к празднику жизни.

Прекрасная архитектура зданий, величественные, словно высеченные руками богов скульптуры, изображающие воинов и полководцев прошлого. Здесь были развлечения на любой вкус. Те, кто не хотел находиться в толпе, могли уединиться со своей половинкой в уютном тихом парке, выбрав тихую и неприметную беседку в тени деревьев, где так приятно, сжав в объятиях свою половинку, впиться в податливые губы страстным поцелуем.

В головах людей даже не закрадывалась мысль о ночных разбойниках или грабителях, ведь доблестные отряды стражей порядка, усиленные магами, без устали патрулировали улицы, следя за спокойствием и сохранением законности. Спокойствие и умиротворение буквально растекалось по центральным улицам столицы, накладывая на ее обитателей печать легкой неги и умиротворения.

Однако у столицы была и обратная сторона. На восточной окраине, где городские постройки соседствовали с водами маленького столичного озера, а дома простых работяг стояли на высоких сваях, что бы их пороги не подтапливало, обстановка резко менялась. Темные узкие улочки были погружены в густой мрак, изредка разгоняемый одинокими, тусклыми, маслеными фонарями. Встретить здесь одиноко бредущего прохожего в ночное время, было делом трудновыполнимым даже для архимага. Реже на этих темных улочках встречались патрули стражей порядка. Городские стражники предпочитали, как можно реже заглядывать в эти злачные места, справедливо опасаясь, что местные