Изгнанники - Михаил Михеев

– Ну и кто это к нам пожаловал? Назовитесь, милейший.

– Костас Попестас, сэр, лейтенант таможенной службы. Могу я узнать…

Однако договорить ему не дали. Соломин удивленно приподнял бровь и переспросил:

– Как-как? Попестас? Вот наградили предки фамилией… Да уж, лейтенант, тяжело тебе приходится небось. Ну да не расстраивайся, встречал я и похуже фамилии, вот был у меня механик Валера Какашкин… А еще, говорят, есть такая фамилия – Узабораногузадирайло…

Десантники, подпиравшие стену кают-компании, бодро заржали, давясь смехом. До грека чисто русский юмор, похоже, не дошел. Он несколько секунд наблюдал за сумасшедшими русскими, а Соломин в это время наблюдал за ним. Убедившись, что эффект если и достигнут, то очень и очень частично (тоньше надо быть, капитан, тоньше, не все народы, тем более человеческого языка не понимающие, одинаково сообразительны), он резко оборвал смех и спросил:

– Так с чем вы к нам прибыли?

– Я – лейтенант таможенной службы…

– Знаю, знаю, вы это уже говорили. И что вы от нас хотите?

– Мне необходимо знать, кто вы и цель вашего прибытия.

– Легко. Я – капитан первого ранга в отставке Соломин, это – моя личная яхта, на ней – члены экипажа. Прибыли решить кое-какие деловые вопросы и поставить на уши какой-нибудь курортный городок.

– В смысле… эээ… поставить на уши?

– Отдохнуть с чувством, с толком, с расстановкой. Что вас еще интересует?

Вот тут Попестас впал в легкий ступор. Вместо пирата обнаруживается русский офицер, пусть и отставной, на частной яхте. Судя по всему, или это очень не бедный даже на фоне русских офицерских заработков (а про них ходили легенды) офицер, раз может позволить себе ТАКУЮ яхту, или какой-то спецагент, не очень ловко маскирующийся под туриста. В первом случае поиметь с него что-то очень непросто – русский аристократ просто не поймет намеки насчет взятки, а если и поймет, то как бы хуже не было. Судя по тому, что он русский, да еще офицер, он может на такое и оскорбиться, а если судить по солдафонским шуточкам, то и поступить может, как солдафон. В смысле, кивнет своим матросам – и отходят они взяточника ногами, да так, что всю оставшуюся жизнь на лекарства работать будешь, а то и в космос выкинуть прикажет. И неприятности у него при этом будут минимальные – просто потому, что с русскими никто не захочет связываться.

Во втором случае – тоже не легче, ибо он маскируется как раз под такого вот аристократа. А значит, поступит он точно так же, разве что еще и запишет весь разговор, чтобы при нужде сыграть оскорбленную невинность. Лучше уж выполнить свою формальную часть работы быстро да свалить куда подальше от опасных визитеров. Вот же невезение – и кой черт привел сюда русских, и именно в его смену?

– По нашим законам необходимо подтвердить наличие… эээ… минимально необходимой суммы…

Соломин не дослушал, небрежным, но точно рассчитанным движением отправив к чиновнику банковскую карту. Та легко скользнула по полированной столешнице, остановившись перед самым Попестасом, опешившим от неожиданности. Капитан удивленно поднял брови:

– Ну что же вы, милейший, не проверяете? Или вы сюда языком молоть приехали? Или еще что-то надо? Так вы скажите, а мы послушаем.

В голосе его явственно звучала угроза – ну да, все верно, раздраженный аристократ, даже не имея формальных причин, в два счета мог устроить скромному лейтенанту кучу неприятностей. Попестас осторожно, словно это была бомба в хрустальной оболочке, взял карту и вложил ее в прорезь мобильного терминала, извлеченного из предусмотрительно взятого с собой кейса со спецоборудованием. Глаза его от удивления полезли на лоб.

– Ну что там у вас? – нетерпеливо спросил Соломин. – Достаточно или еще что-то надо?

– Н-нет, благодарю, этого вполне… вполне достаточно.

Соломин мысленно с облегчением перевел дух – до самого конца не был уверен, что сработает. Банковская карта была из наследства Дюбуа – на его базе в сейфе нашлось на удивление много банковских карт на предъявителя с более чем серьезными суммами на счетах. Вот только определить, что сумма есть, – одно, информация об этом в самой карте, а есть ли она реально в банке – только через терминал и проверишь. Данный конкретный терминал, который был сейчас в руках у Попестаса, был первым терминалом, до которого Соломин добрался после гибели Большого Хвата.

Дело в том, что его собственные счета если не показывали дно, то были близки к этому, и на этом конкретном курорте делать с ними было нечего. Сумма же, которую должны были ему перевести за последний трофей, еще не пришла – денежные переводы в космическую эру стали штукой медленной и тяжелой. Конечно, были и счета в банках Российской империи, но их Соломин трогать пока не хотел – неизвестно, как на такое отреагируют на родине, да и запас на самый крайний случай должен быть. Вот и приходилось рисковать. Впрочем, не так уж и сильно рисковать, если вдуматься – максимум покинул бы орбиту и полетел отдыхать в другое место, с не столь большими запросами. Только вот почему-то так получается, что или качество курортов будет пониже, или к роду занятий придраться могут, поэтому пускай подороже, но зато и без лишних проблем. Ну а теперь беспокоиться о деньгах смысла не было – суммы и впрямь были огромные. Интересно, а откуда они? На взгляд Соломина, финансовые возможности Дюбуа превосходили возможности среднего пирата как минимум на несколько порядков. Так просто, разбойничая на космических трассах, заработать такие суммы просто нереально – вопреки расхожему мнению, пиратство не относится к особо прибыльным занятиям, слишком велики расходы на содержание корабля. Еще одна галочка к списку накопившихся за последнее время загадок. Что-то многовато их стало в последнее время.

– Еще какие-то вопросы? – с холодным спокойствием осведомился он.

– Да, простите, но это необходимо – у нас такие правила, – увидев сумму, Попестас стал сама любезность. Человек, который столь свободно бросается ТАКИМИ деньгами, и впрямь может позволить вести себя, как считает нужным. – Вы собираетесь заниматься коммерческой деятельностью на планете?

– Да.

– Какой?

– Я слышал, у вас хорошие ювелирные производства?

– Да, мы сохранили земные традиции. Там у нас…

– Неважно, – прервал Соломин чиновника. – У вас есть ювелиры, работающие в промышленных масштабах, а у меня – сырье для них. Камешки всякие… Вот и думаю продать пару ящиков.

– Осмелюсь предложить вам адрес надежного ювелира, который даст за ваше сырье настоящую цену, – маленькие черные глазки Попестаса маслено заблестели. Похоже, у него все-таки был шанс получить свой куш хотя бы за счет комиссионных от того, что отправит клиента к «своему» ювелиру. Увы, этим надеждам не суждено было сбыться.

– Осмельтесь-осмельтесь, – ободряюще кивнул ему Соломин. – Мы, возможно, посетим вашего протеже… В числе прочих, разумеется.

Изрядно расстроенный таможенник зафиксировал необходимые сведения, секунду подождал в призрачной надежде, что ему все же обломится за труды, однако русские не обращали более на него внимания, и чиновнику пришлось уйти несолоно хлебавши.