Дураков здесь нет! или Приключения дракоши - Елена Белова

Слова били наотмашь, такой яростью и таким презрением, что Гэйр предсказуемо не выдержал и кинулся в драку.

Странно, но пока я втихую гуляла в сторону клеток, меня не оставляли две мысли. Первая: вождь этого и добивался. Вторая — очень нехорошо смотрит ему в спину один из Проницающих… Да, и была еще третья: а с чего это меня тревожит?

— Леди Александра, вы куда? — окликнул меня голос.

Ох, ты, черт. Я, оказывается, задумалась настолько, что прошла мимо клеток…

Разговор с Гаэли ситуации не прояснил. Даже замутил, если так можно сказать.

— Леди Александра, вы должны их найти! Помимо того, что они могут пострадать в драконьем лагере, они ведь могут многое и натворить! Если ваша мать еще сравнительно безобидна в своей форме, то леди Митта… магия-то у нее больше не скована, представляете, во что это может вылиться?

Зная мстительность свекрови? А то!

— Их надо найти!

— Опишите — поищем.

Вот тут-то меня ждал сюрприз. Потому что старик видел не кролика с дятлом, как наш дракончик, а какую-то птицу-долото и неизвестное животное, ни в малейшей степени не похожее на зайца. По описанию Гаэли, мамочка скорей походила на горностая или соболя.

Так. И кого мне слушать?

Кто точней видел? И как искать этих птицу и горностая в драконьем лагере?

В задумчивости я поцарапала лапой решетку. Идей как-то не было.

— Может, по магии?

— Это как?

— Да, вас еще не учили. Может… хотя это вы тоже не сумеете. Ох! Смотрите, что это?

Я повернула голову. Посреди лагеря бил фонтан искр. Если не ошибаюсь, там, где у драконов хранились сети.

— Митта?

— Она.

— Я туда!

— И я! — обрадовалась Маринка. — Будем ловить бабушку?

— Кррр! — согласилась наконец-то воссоединившаяся с хозяйкой песчанка.

Да-а… Знала я, что непросто выследить дятла на территории драконов, но не представляла, что так сложно. Я гонялась за ней второй час.

Выглядело это примерно так: где-то в новом месте (в отхожем рву, у кладовых, близ котлов) начинали сыпаться искры или что-то вроде того, я мчалась туда и заставала очередную картину «драконы-в-растерянности-безобразие-в-разгаре». Остатки гуманности в Митте сохранились, добивать драконов она не стала. Скорей они даже отвлеклись от своих горестей, перетаскивая припасы и палатки на новые места. И на ответы «северной гостье», которой в такой момент взбрело в голову интересоваться птичками. Да, на их месте я бы тоже себя послала за такое.

А пока я втихую осматривалась, начинало полыхать в новом месте.

Еще через полчаса я плюнула и вернулась к клетке.

— Слушайте, а вы сами-то смолы глотнуть не хотите? Помогли б искать, а?

Идея показалась деду свежей и оригинальной. Настолько, что он даже поперхнулся. Но оценить как следует не сумел — уставился на решетку.

— Леди Александра, прошу, скажите, что это не то, чем кажется?

— А я откуда знаю, что вам кажется?

— На решетку гляньте.

Я глянула. Ой, блин. Решетка, которую я так усердно царапала пару часов назад, нежно блестела под солнцем, ни с того ни с сего позолотившись.

— Леди Александра, ваша магия… снова проснулась?

— Ну… вообще-то я хотела с вами пообщаться как раз на эту тему. Да.

Повисло молчание.

— О, предки, — наконец вздохнул Гаэли. — Нам не хватало только этого.

— Северная! Северная, эй!

Я не отозвалась, прищуренными глазами выцеливая подходящую птичку. Не слишком похоже на дятла, но зачем бы еще птичке слетать вниз и топтаться над складом сушеных фруктов?

— Вождь зовет!

Подождет ваш вождь.

— Северная!

Птичка дотопталась. К ней слетел птиц. Красивый такой, с точки зрения дятла — клюв, хвост и прочие пелести. Так. Если это Митта, то птиц сейчас получит по затылку, и можно будет возвращать беглую свекровь в семью. А если… ага, получил! Я приподнялась, готовя речь на тему: «Митта, вам пора домой», — но успела только свистнуть.

Птиц выпятил грудь и закачал хвостом. Мол, нравишься ты мне, красавица, полетели в кустики? Ну а там, если все сложится, то и в гнездышко… Лже-Митта особо ломаться не стала, и птички распустили хвосты и закурлыкали, явно намечая брачные танцы. Я со вздохом распрямилась.

— Ну я северная. Чего вам?

Два молодых самца удивленно посмотрели на меня, выползающую из рощицы хвостом вперед.

— Вождь просит прийти. Он ранен.

— Ты прекрасна…

Лет десять назад я бы на такое купилась. Даже лет пять, возможно. Сейчас я только возвела глаза к небесам (сорри, к ветвям шатра) и сердито шикнула на пациента, не желающего лежать смирно.

— А когда злишься, вообще мечта с Неба.

Я выдохнула уже набранный воздух (чуть не закашлялась!) и прожгла раненого вождя злым взглядом:

— Тебе твоя спина не дорога?

Рэй клыкасто усмехнулся:

— Дай-ка подумать. Если ты к ней прикасаешься… то спина — небольшая цена за такое.

Вот же… ну что за чело… то есть дракон! Он что, и на том свете будет к дамам клеиться?

Я набрала в грудь побольше воздуха. Расправила хохолок, регулируя пламя, и заметила, как на миг глаза дракона зажмурились, а крылья сухо зашуршали, напряженно прижимаясь к бокам.

Злость моя как-то сразу притихла и растаяла, потому что мне вдруг стало понятно: Рэй и правда будет развлекать дам даже у гробовой черты, как и сейчас. Просто потому, что по его понятиям мужчине, тем более вождю, надо держать лицо и не показывать ни боли, ни тревоги, ни прочих недостойных чувств. Рик тоже старался не показывать такого. Особенно если больно. Эх, мужчины, мужчины…

Золотистая волна пламени заклубилась у моих губ и покатилась вперед.

Замерцала, касаясь драконьей шкуры, запылала у раны…

И мягко впиталась в черноту чешуи.

Шкура дернулась, Рэй молча опустил голову, глуша хрип, пряча «недостойные» чувства. Мне стало не по себе.

— Слушай, я же не целитель. Почистить рану могу, остановить кровь и все такое, а обезболивать без трав не умею. Позвал бы кого поопытней.

— Из «поопытней» у нас только Проницающие, — хмыкнул Миро, который сидел здесь не то свидетелем, не то секьюрити. — А они спят и видят Рэя в ледяном озере. Или, на крайний случай, на дне океана.

— Где?

— Миро хочет сказать, что у нас принято хоронить покойных драконов в воде. Точнее, было принято. Сейчас до ледовитых озер слишком далеко.