Клинков. Последний хаосит - Макс Гато

Когда я освободился, молодой Володин перевязывал раны одного из моряков, знатно поливая те из лечебного флакона с зельем. Сам же аристократ выглядел помятым и жутко уставшим, но при этом довольным.

Еще бы — они с Игнатом устояли перед трехзвездочными воинами. И, учитывая, что они были чуть ли не самыми молодыми в отряде, их такой опыт явно раззадоривал.

— Ха! — оказался тут как тут Аскольд весело скалясь. — Орлы!

Одноглазый был измазан в чужой крови с ног до головы. Его фальшион красовался в ножнах на поясе, а на другом бедре был полуторный меч. Похоже, что Аскольд уже присмотрел себе один из трофеев. Впрочем, мне теперь ясно, почему моряк предпочитал красный цвет.

В его единственном глазе до сих пор плясали дьявольские искры. Словно недолгого боя не хватило, чтобы утолить его голод.

— Не расслабляйтесь попусту, — изобразил суровое лицо я, хотя на самом деле был горд отрядом. — Мы не на прогулке.

Аскольд с Серегой обменялись веселыми взглядами.

— Как скажешь, командир, — легко согласился одноглазый. — Пойду поставлю бойца приглядывать за окрестностями.

Мы закончили оказывать первую помощь раненым. Постоянно приходилось отбиваться от Пиявок и мелкой живности. Отряд едва стоял на ногах. И неудивительно — сегодня они взглянули в глаза смерти. Да не один раз. И выжили, да еще и вышли победителями.

Как я выяснил, мое заклинание стало поворотным моментом. Сложно было представить, что Елисей переживет его, вот его Воины духом и попадали. Да и Весна смогла уберечь бойцов от смерти, буквально. Ни одного трупа в такой битве — это чудо. Рукотворное.

Аскольду тоже удалось сохранить жизни своих людей, он вообще дрался как морской черт. В хорошем смысле слова. Такого человека хочется иметь на своей стороне.

Сеня выжил, но вновь получил ранение. Вот на кого перекинулось проклятие Невезучести. Впрочем, проклятия существуют только если в них верить.

Разделывать лягушку взялся я. И на этот раз помощников не было. Не то чтобы они были мне нужны, одному даже сподручнее. Никто не любопытствует, а чего это я так ловко орудую саблей, да еще и без использования Извлечения?

Вот и разделывал тушу в тишине. Только я и природа… Лишь Серега с Аскольдом прикрывали меня, пока я был занят. Они вызвались сами, так что отказываться я не стал. Да и близко они не подходили.

Несмотря на сегодняшнюю победу, дел было много. Даже не просто много, а хаос как много.

Во-первых, вся вылазка затевалась для того, чтобы добыть Одолень. И мы его добыли. Теперь осталось вернуть Весну назад. И желательно в здравом уме.

Во-вторых, мы умудрились собрать ценные части монстров — змея и лягушки. А это означает, что можно провести ритуал Володиным прямо здесь. Ну или уже в Выкречи. Но там придется искать подходящее место, без лишних глаз.

Наконец, у нас было жуть как много трофеев с убитых предателей. Вместе с частями монстров и травами… прилично выйдет. Вот и отпадает нужда в следующей ходке. Одной хватило.

Я закончил разделывать Стража. Почистил свою саблю и инструменты. Погрузил все скоропортящееся в контейнеры. Плотно связал куски шкуры, больше похожие на броню. И подозвал Серегу с Аскольдом.

— Кхм-кхм, — прочистил горло Серега, словно подавая сигнал старшему.

Сговорились о чем-то, значит. Ну-ка, послушаем.

— Ну… — заговорщически посмотрел на меня одним глазом Аскольд.

— Говори, — коротко бросил я.

— Командир, — серьезно обратился ко мне Аскольд, — мы ж дрались не просто так. Может, быстренько…

Он перевел взгляд с меня на Каменный цветок, вокруг которого вновь было видно малахитовое мерцание. Словно и не было бойни. Лишь окаменевшая фигура Глеба служила предупреждением об опасности.

— Туда и обратно, — поддакнул Серега, опуская контейнеры на землю и делая шаг в сторону Каменного цветка. — А, нам бы только…

— А ну замерли оба! — приказал я, разбивая их веселое настроение.

Оба воина замерли.

— Не понял, — произнес Аскольд, шмыгнув носом. — Командир, ты чего?

— Если не хотите сдохнуть — ни шагу к цветку, — холодно процедил я. — С моей саблей или без.

На меня непонимающе уставились взгляды трех глаз.

Глава 21

Рвение своих бойцов я понимаю. Когда перед тобой редкий цветок, который в этом времени можно не только использовать самому для редких зелий на высокие, магические ранги, или продать какому-то Роду за солидную сумму. Очень.

Победы не должны затуманивать разум. Не мне, как хаоситу, это говорить, но холодный разум всегда сильнее горячей руки.

— Вы понимаете, где находитесь? — мой тон звучал холоднее, чем хотелось, но подпускать этих двоих к Каменному цветку было нельзя.

Даже Адепт в лице Глеба умудрился полностью обратиться в камень. А Воинам к цветку соваться и вовсе противопоказано — иначе придется тащить домой статуи вместо людей. Просто так терять соратников я не намерен.

— Кхм… думаю, да… — Аскольд, заметив перемену в моем настроении, начал оглядываться по сторонам, осматривая лощину.

— Макс, — обратился ко мне Серега, — нам просто жалко такой ингредиент оставлять. Мы ж за него вроде как бились.

Я их понимаю. Хотя, бились мы не за проклятый цветок, а за выживание.

— А осмотрись-ка вокруг, Серег, — обратился я к другу, вздохнув. — Тебя ничего не напрягает?

Володин присоединился к Аскольду. Теперь они во все три глаза смотрели на неестественно текущую воду, поросшие корнями скалы и темное небо с редкими магическими всплесками.

— Ну, жутковато, — признал Серега, почесав затылок.

— Не то слово, — легко согласился я. — Все это логово Стража-лягушки, не забыли? Монстры-одиночки питаются магией, точнее маной, чтобы расти и эволюционировать.

— Это понятно, — вмешался Аскольд. — Ну питалась лягушка маной и питалась. Знала, что цветок ее в камень обратит, вот и не совалась к нему. Но мы-то не монстры — можем аккуратненько его подцепить.

Не монстры. Хотя, это еще не точно. Иной раз лучше сразиться с тварями из Разлома, чем с людьми. И сегодняшняя стычка тому в подтверждение.

— Страж был не перворанговый, как Змей, — покачал головой я. — И ему для развития хватило остаточной маны в этом месте. Даже не самого цветка. Понимаете к чему я клоню?

— Не совсем… — честно признался Серега. — Разлом, как Разлом.

— Если только… — уставился на