Загадка Торейского маньяка - Сергей Садов

Торен скривился.

– Чего мне обижаться? Отец заверил меня, что не хотел смерти того рыбака. – Тут он вскинул голову и в упор уставился прямо в глаза Наташи. – И я ему верю!

– Я тоже, – согласилась Наташа, а мысленно добавила: «А рыбак мертв, и мертв потому, что тем, кто у власти, понадобилось его на время упрятать подальше с глаз, чтобы лишнего не болтал. Так что, может, и не хотел Артер его смерти, но косвенно к ней причастен, и Торен это прекрасно понимает, потому и кидается так яростно на защиту отца».

– Я тоже ему верю, – повторила за парнем Наташа. – Иначе не предложила бы перейти во вновь формируемое управление внутренней следственной стражи.

– А ты предложила? – растерялся Торен.

– Нет. Собиралась сделать это при встрече вечером после подведения всех итогов расследования.

– Но ведь мой папа виноват в смерти рыбака?

О, теперь уже он обвиняет отца? Совсем, видно, растерялся парень.

Наташа едва заметно улыбнулась.

– «Пусть первым бросит камень тот, кто сам без греха».

– Что?

– Для меня имеет значение то, что смерти рыбака он не хотел. Да, он был неправ, превысил полномочия… Впрочем, ты сам все понимаешь. Это была ошибка, и он это знает. Думаю, такого он больше не повторит никогда. Разве это плохо? А безгрешных людей не бывает. Если искать на работу ангелов, придется и самой увольняться.

– Ангелов? Я понял, что ты хотела сказать, но… А в чем ошиблась ты?

Наташа задумалась на мгновение.

– Я позволила бежать Рекору. Более того, я сознательно отправила его в бега, посчитав это хорошим наказанием за его общество Амура.

– Директор сбежал? – вскинулся Ройс.

– Сбежал, – подтвердил Торен. – Я слышал от отца, он объявлял его в розыск.

– Первое убийство совершил именно он, – сообщила Наташа. – Я это узнала уже после побега директора. Как видите, я самолично позволила убийце уйти.

– Ха, – хмыкнул Торен. – А ты неробкая девица, – уважительно протянул он. – Не каждый вот так признает собственную ошибку.

Не будь утреннего «представления» Артера в тюрьме, Наташа и не признала бы ее, но после того унижения, которое девушка испытала, она серьезно пересмотрела взгляды на некоторые вещи. И если ошибка совершена, то лучше всего открыто ее признать, понять, как произошла она, и больше не повторять. А попытка как-то оправдаться, хоть перед другими, хоть перед собой, сделает только хуже. Зато сейчас Наташа твердо уверена, что не позволит больше никому сыграть на ее промахе.

– Самолично позволила. И ты говоришь это так спокойно? – А вот Ройс, похоже, не очень восхищен.

– А что я должна делать? Посыпать голову пеплом?

– Постричься, – буркнул Торен.

– Хм… шуточки у тебя. Знаю я, как тут у вас относятся к стриженым. Беспредел какой-то. Из-за этого вынуждена волосы отращивать. Отродясь длинных не носила. – Наташа с досадой накрутила короткий локон на палец.

Торен хохотнул. Ну, слава богу, кажется, больше не мрачен, ожил.

– Спасибо, госпожа Наташа, – официально и очень серьезно поблагодарил он.

Ройс хотел что-то сказать, но тут подошел официант с их заказом, и все замолчали, дожидаясь, когда он расставит блюда.

– Что собираешься делать дальше? – поинтересовался Торен, опередив Ройса, который с досады поморщился.

– Ничего, – пожала плечами Наташа. – Надеюсь, сегодня вечером закончить все дела. Ловить директора – не моя работа, с этим стража справится лучше. Корабль из империи прибудет завтра после обеда, пока пополнит припасы… послезавтра утром отплываю в империю. – Девушка быстро глянула на Ройса. Тот, когда услышал о ее скором отъезде, вздрогнул.

– Я буду скучать, – выдавил он.

Наташа отвернулась.

– А что еще ты хотел сказать?

Ройс замялся, вздохнул.

– Теперь уже не важно. Хотя… не кори себя, это я настоял, чтобы ты рассказала, как все было.

– Да, – не стала спорить Наташа. – Жалеешь?

Ройс задумался.

– Нет. Я словно освободился от давнего кошмара, который не давал мне жить… Слушайте, да что мы все о грустном? – вдруг оживился парень. – Наташа, как я понимаю, завтра целый день ты свободна?

– Я встречаю подругу, она должна приехать на корабле. Ее зовут Альда Тонзер.

– Тем более. Давайте все вместе погуляем? В первой половине дня неподалеку от порта, а когда приедет твоя подруга, берем ее и отправимся в дальний конец острова. Уверяю, такого ты нигде не видела.

– А что там? – заинтересовалась Наташа.

– О-о-о! – восхищенно протянул Торен. – Ты этого точно не забудешь. Соглашайся, не пожалеешь.

– Ладно, договорились, – улыбнулась девушка.

Закончив есть, все четверо поднялись и на выходе расстались. Парни отправились по своим делам, Наташа с Дарком домой, готовиться к встрече с Артером Леройсом. Идти решили пешком, немного размяться. Телохранитель улыбался чему-то своему и молчал. Наташа подозрительно посматривала на него, потом не выдержала:

– И что тебя смешит? В ресторане не произнес ни слова.

– Госпожа Наташа, телохранители не встревают в разговоры своих нанимателей.

– Да ладно тебе, – скривилась девушка. – То же мне, педант выискался. Когда хочешь, еще как вмешиваешься.

– Когда этого требует долг.

Наташа решила не спорить и вернулась к изначальному вопросу:

– Так чему ты там улыбаешься?

– Да ничему особому…

– Да-а-арк…

– Просто я наблюдал за Ройсом.

– Все, ни слова больше.

– Почему? Он же тебе нравится.

– Дарк…

– Это, конечно, не мое дело…

– Вот име… эх, нет, Дарк! Пусть все остается как есть.

Дарк непонимающе посмотрел на девушку, покачал головой. Порой он не понимал, какими извилистыми путями бродят мысли Призванной. С его точки зрения, все просто и очевидно. Остается только сделать один шаг, но его-то никто и не хочет сделать. Не просто не решается, а именно не хочет. Вполне сознательно и твердо.

– Как знаешь.

– Да. Дарк, когда вернемся домой, отправь кого-нибудь за тем гением-врачом, который делал заключение по смертям девушек. Хочу, чтобы Артер его тоже послушал.

Телохранитель согласно кивнул.

Артер Леройс слушал внимательно, мрачнея с каждой секундой. Невозмутимая Призванная сидела в сторонке и делала вид, что ее тут нет. Командующий изредка посматривал в ее сторону, надеясь увидеть хоть тень злорадства на лице девушки, но та выглядела такой же мрачной, как он сам. Рассказ врача ей категорически не нравился. И ведь это его вина, ничего не скажешь. Он обязан был расспросить врача подробнее обо всех смертях, когда Призванная попросила узнать об этом. А он сосредоточился на втором убийстве, совершенно упустив из вида первое.