Дипломатия Волков - Холли Лайл

Под ее упорным взглядом девушка опустила голову и прошептала:

– Если ты недовольна мною, я могу уйти. У нас есть кому позаботиться о тебе... среди тех, кто не такой, как я.

Кто не такой, как ты, подумала недовольная собою Кейт. Во всяком случае, ты в отличие от меня не скрываешь свою сущность.

– Пожалуйста, войди, – промолвила она дружелюбным тоном. – И прошу, прости мою грубость. Просто мне еще не приводилось встречать Шрамоносцев – ты застала меня врасплох. Я и не знала, что Увечные могут быть столь прекрасны.

И хотя слова эти должны были только сгладить допущенную неловкость, Кейт вдруг поняла, что сказала чистейшую правду. Девушка действительно былапрекрасна. Глаза ее, огромные, угольно-черные, сверкали на лице словно блестящие, радужные надкрылья жука или тельце колибри... В падавших на нее солнечных лучах она казалась драгоценным камнем. На лице Увечной играли в основном пурпурные, синие и зеленые тона, но, когда девушка повернулась к двери, чтобы закрыть ее, высокие скулы и длинный тонкий подбородок вспыхнули рубином и золотом. Радуга погасла, когда служанка вышла из солнечного луча, сразу сделавшись истинно черной – столь же чистого и глубокого цвета, как и ее глаза. Брови ее образовывало какое-то нежное, пушистое вещество, настолько легкое, что даже слабое дуновение или дыхание заставляло тонкие дуги трепетать над бездонными озерами глаз; они даже казались живыми. Внешние края бровей, там, где волосы росли гуще, девушка заплетала; косички свисали на щеки, а концы их были украшены крохотными полированными бусинками и перышками. Волосы ее жили той же собственной волшебной жизнью, что и брови. Такие же белые, они спускались на хрупкое плечо толстой косой, заправленной за пояс на талии и несколько раз – словно веревка – обмотанной вокруг нее. Трудно было не попытаться представить себе эту косу расплетенной, попробовать на глаз определить длину волос. Удивительное существо. А ее уши... подобные Кейт видела лишь у оленух и оленей, на которых охотилась в обличье Карнеи. Той же величины и формы, столь же подвижные, не знающие покоя, уши располагались по обеим сторонам лица, делая его крохотным. Нос с широкими ноздрями оканчивался острым подвижным кончиком. Столь же широкий и полногубый рот загибался в уголках вверх.

Тело девушки пряталось за свободными складками белой льняной куртки, серыми брюками, мягкими сапогами, и о форме его было нелегко судить; однако сложение ее более или менее напоминало человеческое... а еще она казалась очень тоненькой.

Со своей стороны, девушка рассматривала Кейт не менее пристальным взглядом. Зрительное знакомство затянулось, а потом Увечная, склонив голову к плечу, чуть нахмурилась и сказала:

– А ты не такая, как все остальные.

Сердце Кейт вдруг заторопилось.

– В самом деле?

Девушка улыбнулась, блеснув белейшими зубками.

– Нет. Ты...

Она пожала плечами, и уголки ее рта дрогнули – словно загадка эта чем-то забавляла ее.

– Не знаю. В тебе больше хищного. Как и во мне самой. Каким-то образом. Только не обижайся. Я не стану говорить, что ты... похожа на нас; ведь в твоем мире это – как мне известно – является преступлением и карается смертью. И все же я угадываю в тебе охотницу. Одновременно преследовательницу – и жертву.

Кейт кивнула. Хищники видят друг друга, и девушка была права. Она, Кейт, являетсяхищником, и всякие отрицания лишь разожгут любопытство Увечной и не удовлетворят его.

– Дома я часто охотилась. В основном на оленей. Но не только на них. Теперь люди гонятся за мной, поэтому я стала преследуемой. Ты все увидела правильно.

Девушка улыбнулась, принимая комплимент и объяснение – впрочем, отчасти, – ибо нечто в ее глазах намекало Кейт: ее собеседница считает его неполным. И вежливо сказала:

– Я так и думала.

Кейт переменила тему.

– И ты стояла, слушая, возле моей двери?

– Ох. – И без того огромные глаза еще больше округлились. – Признаюсь, в некотором роде. Только я не подслушивала – просто у меня очень острый слух, а капитан велел мне отвести тебя к корабельным припасам, как только ты проснешься. Дав мне такое задание, он приставил меня к двери каюты, потому что, поднимаясь на борт, ты не имела при себе никаких вещей, и он Решил, что тебе кое-что понадобится. Одежда, туалетные принадлежности, личные вещи... выберешь из того, что у нас есть, а потом я отведу тебя туда, где можно принять душ и переодеться. Пока ты будешь обедать, я приведу в порядок твою нынешнюю одежду. На мой взгляд, она не в столь уж плохом состоянии, разве что жилет придется чуть-чуть подкрасить.

Она перевела взгляд на ноги Кейт.

– А эти сапоги...

– Не утруждай себя сапогами. Если дашь мне чуточку масла для кожи и твердого воска, думаю, я смогу привести их в нормальный вид.

Девушка кивнула.

– Ты обязательно получишь необходимое.

– Это ты убираешь здесь в каюте, так?

– Да.

– Тут чудесно. Впрочем, я хочу попросить тебя об одной вещи...

– О чем угодно.

– Я насчет простыней, алария...

– Слишком сладка для твоего носа. – По лицу девушки пробежала мгновенная улыбка.

– Да.

– И для моего тоже. Этот запах не для хищников. Он многое скрывает.

Кейт пожала плечами.

– Впрочем, лаванда мне нравится.

– И мне тоже. Пахнет чистотой и почти ничего не скрывает. Все диага... нет, ты тоже диага. – Она нахмурилась, от легкого движения затанцевали ее брови. – Словом, вся твоя порода обычно любит аларию. Но я не стану использовать ее для твоих вещей. Хватит одной лаванды.

– Спасибо.

– Тогда ты готова идти за вещами, мыться, а потом обедать?

– Почти. Но сперва назови мне свое имя.

– Пассажиры обычно зовут меня Девчушкой.

– Но это же не твое настоящее имя.

– Нет. Мое трудно произнести.

Кейт выжидала.

Девушка просвистела свое имя. Низкая нота сменилась высокой и закончилась негромким пришепетыванием.

Кейт всегда удачно воспроизводила звуки, а годы, потраченные на изучение других языков Иберы, отточили ее слух и придали гибкость языку.

– Ррру-иф?

Девушка засмеялась, и смех этот был столь же музыкальным, как и ее имя.

– Именно так. Именно. Даже Джейти не произносит его настолько точно.

– Джейти?

– Мой любовник. Он – диага, чудесный парень. Рано или поздно ты встретишь его; он – один из матросов.

Кейт внезапно подумала, что сексуальная связь нормального мужчины и Шрамоносной женщины повлекла бы за собой мучительную, под пыткой смерть и Ррру-иф, и Джейти, если б только известие о ней и ноги их вместе коснулись Иберской земли. Итак, не она одна хранит на этом корабле смертельно опасные секреты.