Там, где мы служили - Олег Верещагин

На следующий день Джек упорно спал до часа дня, невзирая на периодически возникавшую в блиндаже суматоху. Разбудила окончательно его исполняемая хором (с доминированием Андрея и Елены) трогательная песенка почти молитвенного настроя:

На меня надвигается

По стене таракан —

Ну и пусть надвигается —

У меня есть капкан!

Нажимаем на кнопочку —

Таракан в западне…

Можно выпить и стопочку,

Можно выпить и две!

На меня надвигается

По земле тарантас —

Ну и пусть надвигается —

У меня есть фугас!

Нажимаем на кнопочку —

Тарантас на куски…

Можно выпить и стопочку,

Можно выпить и три!

На меня надвигается

По воде рыба-кит —

Ну и пусть надвигается —

У меня динамит!

Нажимаем на кнопочку —

Рыба-кит убегать…

Можно выпить и стопочку,

Можно выпить и пять!

Хор передохнул и с особым воодушевлением запел злободневное:

На меня надвигается

Из кустов хунвейбин —

Ну и пусть надвигается —

У меня карабин!

Нажимаем на кнопочку —

Хунвейбину в ребро…

Можно выпить и стопочку,

Можно выпить ведро!

На меня надвигаются

Восемь грубых ребят —

Ну и пусть надвигаются —

У меня автомат!

Нажимаем на кнопочку —

Восемь трупов лежат…

Можно выпить и стопочку,

Можно выпить ушат!

На меня надвигается

По стене майский жук —

Ну и пусть надвигается —

Я на бомбе сижу!!!

Нажимаем на кнопочку —

Майский жук… улетел.

Можно выпить и стопочку —

Только я не успел…

— Здорово, — признал Джек, свешиваясь с кровати.

— Проснулся, — заметил Дик, толкнув Эриха, накачивающего «лягушкой» футбольный мяч. Немец поднял голову:

— Слушай, Джек, ты англичанин?

— Ну? — насторожился Джек, садясь и свешивая ноги.

— Тогда пошли в футбол играть. «Волгоград» против «Мертвой головы». Матч века!

— Пошли, — охотно согласился Джек и завопил: — А-ай! — Что-то обожгло ему левую ногу под пальцами. — Ну ты че, совсем?!

Хихикающий Жозеф убрал зажигалку в карман куртки:

— Не развешивай тут свои костыли.

— У меня травма, — информировал Джек, устраиваясь на кровати со скрещенными ногами и рассматривая ступню.

— Его, наверное, подкупили «Черепушки»,[89]— предположил Андрей, — чтобы он тебя травмировал, Джек.

— Дурака и подкупать не надо, — мрачно пояснил Джек. — Он своей глупостью на врага работает… Ладно, пошли постучим в мячик!..

Снаружи, рядом со свежим номером газеты, висело несколько появившихся за ночь объявлений и очередной номер апокрифичного «военно-полевого романа» «Карин и ее базука». «Роман» был анонимным, появлялся по ночам и был написан без особого остроумия, но смешно — он излагал военные приключения интернациональной компании молодых людей, их подружек, родственников, знакомых и врагов. Игроки подошли почитать. Эрих, не глядя, стучал мячом о землю, Андрей, хихикая, читал вслух:

— Несчастная и невинная донна Роза, потеряв всю семью под обломками родового шалаша в Амазонии, легко становится добычей бандитского главаря-извращенца Хосе Игнатьевича Йом-Кипура, намеревавшегося использовать свою новую пассию в исполнении своих черных планов взрыва Гибралтарской Плотины, как известно, оберегающей Средиземное Море от повышения уровня на 666 метров. Однако прибывший в отпуск старый друг семьи донны Розы, благородный и отважный конфедеративный офицер Жан Франц Оливер де Лузер де Бульба д’Антрекот в последний момент вырывает донну Розу из лап Хосе Игнатьевича и предлагает ей руку, сердце и свою дивизию. После венчания, состоявшегося на Брокене, молодая чета отправляется в свадебное путешествие по Сибири. Там отважный офицер доверяет жене великую тайну — оказывается, он хранитель секретных бумаг, написанных Отцом-Профессором, пущенные в ход в подходящий момент, они изменят мир к Свету. Жан Франц Оливер, уезжая на фронт, передает чемоданчик с бумагами своей жене, но вскоре погибает смертью храбрых — в утренней бутылке таки оказывается ацетон, а не привычный денатурат… Коварный Хосе Игнатьевич между тем вновь появляется на горизонте и пытается увлечь неутешную вдову игрой в карты на чемоданчик. Но донна Роза хитро — и, как оказывается, опрометчиво — предлагает играть на щелбаны. После девяноста девяти щелбанов опытного, матерого бандюги донна Роза теряет память… Кажется, чемоданчик утерян уже навсегда и для всех. Однако на горизонте появляется едущая в отпуск Карин со своим контуженным слепо-глухонемым женихом, профессиональным снайпером Ойто фон Высморком и своей базукой… Продолжение следует. Усе, парни.

— Как всегда, на самом интересном месте, — вздохнул Андрей.

— А вот интересно, кто его пишет, этот роман? — спросил Дик. — На печатной машинке отбито, между прочим.

— Да, главное, читается, и неважно, кто пишет, — выразил общее мнение Жозеф. — О, слушайте! — Он прочел объявление: — «Вчера, в 01.15, целовался у гаража № 18 с девчонкой из „Даниила Галицкого“, с которой договорился о встрече. Полез под куртку — оказалось, парень из „Мертвой головы“, ему она тоже назначила, учла темные ночи. Откликнись, я все прощу!» Без подписи.

— На кой она ему нужна, если он до обнимания дошел и только тогда допер, что это парень, — буркнул Эрих, крутя мяч уже на пальце. — Ну мы будем играть или нет?!