Фебус. Ловец человеков - Дмитрий Старицкий

Действительно очень хорошее место для морской академии. И от города совсем недалеко, и уединенно одновременно. Есть куда в увольнение курсантов погулять отпустить, а в самоволку за выпивкой особо и не побегаешь.

Толстая круглая башня из бежевого дикого камня, похожая на ожиревшую шахматную туру, возвышалась над оконечностью мыса, занимая господствующее положение. Высота ее была где-то с пятиэтажный дом, и она вполне годилась на роль донжона будущей крепости.

— Кто знает, как называется это место?

— Сокоа, сир, — моментом выдал справку Микал.

Все расползлись по «развалинам», высматривая дефекты.

Мы с шутом пошли в сторону пролива, который пока интересовал меня больше всего.

— Сокоа… Странно, что барон забросил такое прекрасное для наблюдений за морем место, — вырвалось у меня.

— Скорее у него не было интересов в море, а содержать башню с гарнизоном стоит денег. А без гарнизона разоришься на ремонте. Дешевле бросить, если нет в том крайней необходимости, — философски заметил мой шут, отдавая повод своей коняшки Марку. — Я давно заметил, куманек: как только человек покидает жилище, казалось бы, — что от этого камням? Но это жилище, постояв пустым, умирает и начинает распадаться, как труп. Разве что не пахнет так отвратительно. А ведь многие люди считают руины живописными и романтическими. С придыханием произносят слово «антик». С чего бы это?

— Дураков разных много. На всех не угодишь, — буркнул ему в ответ старый музейщик.

А что ему еще сказать. Лекцию прочитать об античной культуре и ее роли в сотворении Европы как таковой? Так ведь Ренессансу сейчас всего лет шесть — младенческий возраст. С тех пор как антично образованные греки массово сбежали от турок в Италию. И привезли с собой богатые библиотеки античных авторов, совсем забытых в Европе.

— Это ты правильно сказал, куманек. Очень точно подметил, — польстил мне шут, точнее — прикололся.

— Будешь мне врать — прикажу выпороть, — ответил я цитатой из «Короля Лира».

Оглянувшись по сторонам, нет ли поблизости чужих ушей, дю Валлон сказал, понизив голос:

— Порой мне кажется, куманек, что ты старик, проживший длинную и бурную жизнь, а не юноша, впечатленный заманчивым грядущим.

Кстати, не первый раз уже проницательный поэт подкатывает ко мне с этим интересом. В ответ я просто поменял тему, съехав с опасного направления мыслей шута.

— Кум, как думаешь, во сколько обойдется восстановить бастиду, поставить ограду с зубцами, очистить колодец и построить два корпуса — учебный и жилой по типу монашеских келий?

— Добавь, куманек, еще галерею от солнца, потому как летом оно будет печь жарко, — отстал от меня шут со своими подозрениями.

— Поспят в сиесту — здоровее будут, — буркнул я.

— Ты никак тут крепость решил основать под видом картографической школы? — поделился шут своими подозрениями.

— Крепость не крепость, но форт — обязательно. И на северном мысу тоже. У этой бухты должна быть надежная защита от вторжения.

— Не каждый требушет добьет до острова, — заметил дю Валлон, приставляя ко лбу ладонь козырьком.

— Pushki добьют.

— Pushki? А что это такое?

— То же, что и бомбарды, только лучше. Как раз вот тут, на этой площадке перед башней, так и просится поставить шестиорудийную батарею, которая будет стрелять как минимум двадцатичетырехфунтовыми ядрами. А то и в тридцать шесть фунтов.

К выходу из бухты красиво шла «Морская лань», поставившая пока еще не все паруса. Глядя на неф, я мечтательно завел глаза под брови, представляя, как будет валиться в воду рангоут вражеского корабля, сметаемый книппелями с этой батареи. На береговую батарею можно поставить такой калибр, который ни одна посудина не выдержит.

— Можно, конечно, выточить такую большую каменную сферу… — протянул шут, также любуясь кораблем. — Но тебе много их будет нужно. Сотнями. Да все каготы по обе стороны Пиренеев пупы надорвут, но столько, сколько тебе надо, таких ядер они не наваяют.

— И не надо, — улыбнулся я. — Будут чугунными. Такими ядрами даже легче борт корабля пробивать.

— Я бы все-таки поставил старый надежный требушет, — подытожил шут наше совещание. — А пристрелять его по проливу — всего лишь дело времени. Залпом из шести требушетов можно очень хорошо накрыть любой корабль до потери им плавучести.

— Так, — повернулся я к свите, которая увлеченно лазила по заброшенным укреплениям, и, повысив голос, спросил: — У кого какие мнения по поводу этой башни?

Чуть было не сказал — руинам, и был бы не прав. Сохранность башни — ее каменной части, оставалась неплохой, а вот все дерево грозило довольно быстро превратиться в труху.

— Нагнать население в счет барщины и все расчистить для начала. Камни собрать в кучи и рассортировать — пригодятся еще, — заявил баннерет д’Айю, тряся павлиньими перьями на берете.

— Для начала я бы составил список потребных материалов и заранее их сюда завез, — это уже Микал голос подал, — чтобы в простоях на кормежку лишних денег не тратить.

После того как он стал моим валетом, Микал стал потихонечку борзеть. Впрочем, это естественный процесс даже в демократиях. А тут он еще и дело говорит.

— Дон Оуэн, а ты что скажешь? Тебе же эту стройку взвалить на плечи придется, — выделил я Ллевелина.

— Сир, если есть хорошие плотники и достаточно крепкого леса, то восстановить саму башню можно за две недели. А вот вся остальная стройка требует первоначальных промеров и подсчета потребных материалов. Тут зодчий нужен, если хотите, чтобы все простояло долго. Не берите пример с англичан, которые каменные стены внутри укрепляют деревом.

— Вот и прекрасно, что ты задачу понимаешь в полном объеме. Распиши, кто тебе нужен из наших людей, а кого надо пригласить со стороны. С рехидорами всех окрестных городков пообщайся. Глядишь, и они подскажут чего полезного.

— А кто за нашим замком следить будет, сир? — Это его очень волновало как капитана гарнизона в Дьюртубие.

— Для этого у нас в ордене есть целая кавалерственная дама, которая великолепно знает все местные условия, — расставил я точки над ё. — Кстати, и с ней посоветоваться для начала было бы неплохо. Она тут все знает. Впрочем, ты начальник этой стройки — тебе и решать, как лучше выполнить мою волю. Спрос будет с тебя.

— Еще один вопрос, сир: где брать деньги на стройку? — заглянул Ллевелин в самый корень вопроса.

— Деньги? — переспросил я, как заправский одессит. — Вопрос, конечно, интересный. В силу того, что с деньгами любой справится, а вот без денег… — покачал я головой. — Без денег… слишком много ума надо иметь.

Все засмеялись.

— Куманек, — подал обиженный голос шут, — ну сколько раз тебя просить: не отнимай мой хлеб.