Свободный выбор - Вера Чиркова

— Дверь влево — умывальня, — оглянувшись на Весю, сообщил совершенно спокойно Берест. — Ты первая. Мы пока на стол накроем. Отсюда нам лучше до утра никуда не выходить.

— Неужели насильно заставят переодеться? — не верилось Весенике.

— Тетушка знает столько благоразумных доводов и так хорошо умеет ими пользоваться, что лучше не испытывать судьбу, — хмуро сообщил Ансерт. — Иди умывайся, спать и правда лучше лечь пораньше.

Веся мельком оглядела широкую кровать и внушительный диван, стоявший у противоположной стены и молча направилась в умывальню, даже не пытаясь разобраться, чего ей не хочется больше.

Ходить в хрустящем платье или спать в одной комнате с двумя братьями?! Причем подозрение, что её устроят вовсе не на диване, всё сильнее крепло в душе княжны.

Умывальня оказалась очень удобной и, по мнению Веси, даже чересчур роскошной. В отличие от дерева, каким были отделаны все подобные комнаты в доме князя куниц, здесь стены и пол были выложены каменной плиткой голубого цвета с искусно подобранным узором, напоминающим морскую волну. И просторная чаша для омовений была целиком вырезана из того же камня, а в углу стояла на изящно выгнутых ножках чугунная печурка и из стоящего на ней огромного, как бочка, котла шла к чаше медная трубка с вычурным краном. Вторая трубка с таким же краном шла из стены, и едва Веся открыла его, в чашу ударила прозрачная струя ледяной воды.

Девушке немедленно захотелось искупаться в этой чаше, и она решительно направилась в комнату.

— Берест!

— Да, — сразу оставив мешок, в каком копался, княжич тотчас ринулся к невесте, и осознание этой готовности мчаться к ней по первому зову вдруг обдало душу куницы приятным теплом. Даже Тадор, недавно обвинявший её в своей безответной любви, никогда не бежал к напарнице так безоглядно. Обязательно сначала спрашивал, что ей нужно.

— Я просто хотела сказать, может, сначала вы умоетесь? Там вода горячая, мне хотелось косы вымыть, костром пахнут. А это не быстро.

— Я живо умоюсь, — тотчас согласился Ансерт и с чистой рубахой в руках прошёл мимо Веси.

— Хочешь пока что-нибудь перекусить? — приобняв девушку, Берест отвел её к столу и усадил на высокий стул с мягким сиденьем. — Тут остатки мяса, а здесь колбаса и окорок… хлеба маловато, но Даренс обещал достать. Вот для Рыжа сегодня еды нет.

— Я его отпускала недавно погулять, — задумчиво отозвалась княжна, начинавшая понимать, что ночевать в этой комнате они будут вовсе не втроем. — А когда он вернулся, морда была в пуху. Мелкую добычу он мне не приносит, съедает на месте.

— Уже легче, — поставив свой стул рядом с Весиным, Берест осторожно стянул с нее закрученную наверх маску и принялся вытаскивать из косы шпильки. — У тебя голова от них не устает?

— Предлагаешь отстричь косу? — заинтересованно глянула на него княжна.

— Неплохо бы, — тяжело вздохнул он, — но очень жаль.

— Мне тоже иногда жаль, — честно призналась куница и, заметив, что он уже развязывает скрепляющий конец косы шнурок, предупредила: — Не расплетай, мне неудобно будет раздеваться. Они же за все крючки цепляются.

— Да? — задумался на миг княжич и тотчас нашёл выход: — А я могу помочь.

— Берест… — не выдержав, рассмеялась куница. — А давай, как-нибудь потом? Раз сейчас придет Даренс, не может быть, чтоб не пришли Ранз с Лирсом… как только вырвутся от родителей. И все захотят умываться.

— Ты права, солнышко. Только не забудь, что мне это уже обещано, — снова коротко поцеловал её жених, угадав в этот раз в носик, и отправился разбирать мешок. — Тогда я тоже сейчас быстренько умоюсь, чтобы ты могла не торопиться.

Забыла бы, с легкой ехидцей фыркнула Веся, да ты же сам и напомнишь.

Когда Веся, наскоро просушив у печурки волосы и собрав их в небрежную косу, вышла из умывальни, за столом уже сидели все пятеро княжичей и хмуро прислушивались к женскому голосу, вещавшему что-то по ту сторону запертой двери.

Куница на цыпочках прошла на уже привычное место рядом с женихом, получила беглый поцелуй в раскрасневшуюся от бани щечку и тоже попыталась прислушаться. Но ястребы тотчас словно проснулись, задвигали мисками и блюдами, зазвенели ножами и вилками, из чего княжна не могла не сделать вывод, что матушка Ранза читает нравоучение именно ей, Весенике. Потому она решительно поднялась с места, шикнула на попытавшегося остановить её Анса и направилась к двери.

Попутно отмечая, что парни уже успели приготовить постели. Подушки на кровати положили к стене и теперь поперек нее довольно удобно могли разместиться трое, а из брошенной на ковер возле шкафа перины вышла постель ещё для двоих. Весе выделили диван, развернув его «лицом» к стене так, что остался лишь узкий проход. Получившийся закуток прикрыли многострадальным шатром, зацепив его за крючья для подсвечников. И за это стоило сказать им спасибо, но чуть позже.

Сейчас княжна прислонилась к двери и прислушалась, не обращая внимания на помрачневшие лица соратников. Ей, конечно, приятно, что ястребы пытаются уберечь невесту командира от обидных, а возможно, и злых слов, но сейчас куница хорошо понимает, насколько это неправильно. Если Веся позволит им всё время себя защищать, закрывать даже от мелких неприятностей, то очень быстро превратится в сидящую в надежной башне жену. То есть окажется именно на том месте, от которого они так дружно пытаются её спасти.

— …порядочная, хорошо воспитанная девушка не должна сидеть среди толпы неженатых парней, если о таком поведении узнают в Сером гнезде, ни один уважающий себя жених не отдаст ей свой браслет… — уверенно и слегка высокомерно вещала тетушка Береста, и её слова так развеселили куницу, что она прыснула в кулачок.

— Я рад, что тебя смешат её слова, — тихонько шепнул Берест, и Веся улыбнулась в ответ, она слышала, как он идет следом.

— А что будет, если мы пустим её сюда? — тотчас задумалась куница. — Как-то невежливо держать женщину за дверью. Тем более, мать Ранза.

— Ранзу она не мать, только Лирсу, — вздохнул командир. — Первая жена дяди погибла… потом он привез из дальней деревни дочь старшины Салмиту. Теперь она главная помощница матери… в вопросах соблюдения правил. Но пускать сюда её никак нельзя, полночи спать не даст.

— Тогда пойдем кушать, — решив пока не вмешиваться в отношения родичей, Веся потянула его к столу. — Кстати. Я хотела сказать вам спасибо, вы здорово от них отделались. И диван хорошо устроили.

— Можешь говорить, — останавливаясь, серьезно разрешил Берест и, закрыв глаза, подставил невесте вытянутые губы.

— Спасибо, — громко сказала ему в ухо куница и сбежала на своё место. Но уже через полминуты, не выдержав наигранно-обиженного взгляда жениха, тихонько хихикнула. — Надеюсь, ты подумал о том, что после тебя и остальные придут получать свою благодарность?

— Я им приду, — мгновенно изобразил свирепое выражение на лице Берест. — Правильно тетушка говорит, нечего порядочной кунице смотреть на свободных парней… лучше отобрать у них кусок пирога.