Хмель и Клондайк - Андрей Круз

За оградой ждал первый неприятный сюрприз: решетки на окнах первого этажа светились равномерным красным сиянием. Сигнализация? Она самая.

Высматривая возможные огрехи защиты, я настороженно двинулся в обход особняка и вдруг краем глаза уловил синий отблеск в дальнем углу. Остановился, с опаской разглядывая занесенную снегом собачью будку неподалеку от ворот, и тут же от нее в мою сторону метнулось светящееся облако. Точнее – метнулся огромный белый дог, который из-за своей масти нисколько не выделялся на фоне снега. Бежал пес быстро и совершенно бесшумно, но как-то механически переставляя лапы. А наложенное на него заклинание…

Черт, да он дохлый! Дохлый дог, которым управляют чары!

Переложив пистолет в левую руку, я выхватил заточку, которая через колдовские окуляры сияла стержнем сиреневого света, а когда тварь распласталась в длинном прыжке, резко отступил в сторону. Вспомнились старые уроки, тело само провернулось на месте, трехгранный штырь вонзился меж ребер мертвого пса.

Полыхнула белая вспышка, чары развеялись, и дог повалился на землю. Высвободив из холодного бока ставшую обычным куском металла заточку, я ухватился за ошейник и потянул дохлую собаку к будке. Вряд ли мертвая тварь выходила встречать хозяина и бегала за палкой; скорее всего, тот хватится ее очень не скоро.

Пока волок через двор тяжеленную тварь, на глаза попалось заметенное снегом окошко цокольного этажа. Как и остальные окна, его закрывала решетка, но ее прутья не светились красным светом. Сигнализация на подвал не распространялась.

Устроив пса в будке, я обработал решетку маркером, потом вынул и отложил перегоревшие металлические прутки в сторону. Второй алхимический фломастер помог без лишнего шума справиться со стеклом, и уже спустя пару минут мне удалось забраться в подвал флигеля, где был установлен бак отопления, тянулись вдоль стен пустые пыльные полки, темнели непонятные шкафы.

На случай, если вернется вдруг хозяин, я кое-как приладил на место вырезанное стекло, затем тщательно обил с ног снег, чтобы не наследить. Колдовские окуляры позволяли обойтись без подсветки, и я начал методично обыскивать помещение, двигаясь по часовой стрелке и старательно возвращая все предметы именно на те самые места, где они стояли до того.

В подвале штампов не обнаружилось.

Отогнав паническую мысль, что бандит взял их с собой или хуже того – продал, я поднялся в дом и продолжил обыск. Начал с зала с камином, но только осмотрел бар, как за окном мелькнул отблеск автомобильных фар.

Как-то даже не испугался. Наоборот – мелькнула мысль, что Сом, если его спрашивать правильно, быстрее расскажет, где находятся штампы, нежели получится отыскать их самостоятельно.

Думал я так примерно секунды две или три, пока вслед за первым внедорожником в распахнутые ворота не въехал еще один, даже побольше первого.

Вот черт! Неужели сигнализация сработала?

Но нет – высыпавшие из автомобилей крепкие мужички принялись спокойно курить и о чем-то трепаться друг с другом. Я двинулся было к подвалу, но сразу сообразил, что это плохая идея. В доме было довольно прохладно, и хозяин наверняка спустится вниз разжечь топку, а единственное окошко выходило прямо на ворота. Сунусь в него, пока гости не войдут в дом, – огребу.

Замерев в нерешительности у окна, я принялся следить за двором в надежде, что бандиты двинутся в дом всем гуртом, и у меня появится небольшой лаг, чтобы унести отсюда ноги. Но нет – курильщиков чем-то заинтересовали машины, они начали ходить вокруг них, сравнивая габариты, и потому хозяин флигеля поднялся на крыльцо в гордом одиночестве.

Я выругался и по шаткой лестнице взбежал на второй этаж, мансардный и холодный. Проход накрыли фанерой, она препятствием не стала. Приподнял, забрался наверх и сразу вернул деревянный лист на место, только сдвинул его немного в сторону, так что осталась небольшая щель. Сам улегся рядом с алхимическим шаром в руке.

Вскоре хлопнула входная дверь, Сомов протопал через комнату прямиком в подвал. Вскоре появился обратно, зажег развешанные по всему залу чародейские светильники и принялся возиться с камином.

Оставалась еще надежда, что он присоединится к автолюбителям, но вскоре те ввалились в дом, побросали верхнюю одежду на один и диванов и зазвенели бутылками. Намечалась то ли гулянка, то ли деловые переговоры. Впрочем, насколько я знал подобную публику, одно без другого обычно не обходилось. И затянуться мероприятие могло до самого утра.

Оглядев пустую мансарду, я решил, что наверх они, скорее всего, не сунутся и скорое обнаружение мне не грозит, но это нисколько не уменьшало риска угона «буханки». Если кто-то из местных жителей наткнется на УАЗ, придется искать новый автомобиль. Хотя на текущий момент это наименьшая из моих проблем…

Продолжая лежать у слегка сдвинутого в сторону листа фанеры, я вслушивался в разговоры, но снизу доносились только смех и тосты. Так продолжалось около часа, потом вновь хлопнула входная дверь. В надежде, что подвыпившая компания решит проветриться в полном составе, я приник к щели, и в тот же миг по дому прокатились частые хлопки. Застучали по стенам пули, кто-то вскрикнул и сразу умолк, разлетелось разбившееся стекло, грузно рухнуло на пол тело.

Скраденные глушителями выстрелы вскоре смолкли, в поле зрения возник крепыш средних лет в теплой кожаной куртке, спортивных штанах и вязаной шапочке. В руках у него был незнакомый мне пистолет-пулемет с глушителем, узким магазином под пистолетный патрон и складным прикладом; при этом внешним видом оружие определенно напоминало автомат Калашникова.

– Боря, подвал! – скомандовал кому-то головорез, на груди которого колдовские окуляры высветили алое мерцание отводящего пули амулета. – Стас, наверх!

Тут уж я медлить не стал. Слегка сдвинул лист фанеры и отправил вниз стеклянный шар с заточенной внутри стужей. Он ударился о нижнюю ступеньку и отлетел прямо под ноги бандиту, а потом раздался хлопок не громче первых, и сразу повеяло холодом. Всюду по полу и мебели в один миг расползлась изморозь, головорез замер в неестественной позе, а я откинул фанеру и метнулся вниз с пистолетом Стечкина в руках.

Взрыв алхимической гранаты выстудил добрую половину комнаты, двух налетчиков проморозило насквозь, еще один стрелок катался по полу, прижимая ладони к обожженному лютым холодом лицу, из его рта вырывались лишь невнятные хрипы. А вот отправленного в подвал Борю зацепило лишь частично. Но – зацепило. Парень в бронежилете поверх короткой кожанки только разворачивался с автоматом в руках, когда я выпустил в него короткую очередь из АПБ.

Пистолет задергался, упертый в плечо проволочный приклад помог удержать прицел, и голова бандита расплескалась кровью. Он завалился на спину и скатился вниз по лестнице.

Не теряя времени, я подступил к подранку, приставил к его виску глушитель и спустил курок. Хлопнуло, парень затих. Остальных налетчиков добивать не было никакой необходимости – их замерзшие фигуры потеряли равновесие, рухнули на пол и не разлетелись на куски лишь из-за сохранившей эластичность одежды.