Маятник Судьбы - Денис Чекалов

– Ты говоришь, что твой шелк утащили воришки?

– Да, – отвечал купец.

– Меня ты нанял, чтобы охранять караван от бандитов-кочевников. Не от воров.

Торговец всплеснул руками.

– Вот видите! – воззвал он ко мне. – Все мне лгут, все меня обкрадывают.

Он гневно посмотрел на эльфа:

– Что до тебя, острые твои уши, то первым же делом в городе я отдам тебя городской страже! Судья научит тебя, как воровать чужие товары.

Впервые за все это время эльф подал голос.

– Мне надоели твои обвинения, скупердяй! – произнес он. – Ты дорого заплатишь за то, что сомневался в моей честности и смеялся над моими ушами!

Торговец ядовито засмеялся.

– Жалкий воришка! – воскликнул он. – Что ты можешь сделать мне, ничтожный мошенник?

Я попытался предостеречь купца, но было поздно. Эльф отступил назад, злобная усмешка появилась на его бледном лице.

– Ты больше не посмеешь издеваться над людьми только потому, что богаче их! – прошипел он. – Я научу тебя манерам.

Франсуаз выхватила меч из заплечных ножен.

Быстрым движением эльф повернул кольцо на левой руке. В тот же миг земля под нами содрогнулась, и громкий рокот донесся из самых недр пустыни.

Караванщики, донельзя перепуганные, попрятались за телегами. Толстый купец замер, скованный ужасом. Даже гоблин-охранник, доселе хранивший невозмутимость, положил руку на эфес ятагана.

Песок начал двигаться. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Огромный бархан вырастал возле лагеря караванщиков, и с каждой секундой становился все выше.

– Вот что бывает, когда люди ссорятся, – пробормотал я, – и не пытаются решить дело миром.

Бархан высотой уже втрое превосходил рост человека. Песчинки осыпались все быстрее, и стало видно, что это огромное чудовище вылезает из недр пустыни.

Плоская голова была покрыта хитиновым панцирем. Острые жвалы окаймляли огромный рот. Сотни членистых лап росли из гибкого тела.

– Да спасут нас небеса, – прошептал купец.

– Гигантская многоножка, – пробормотал я. – Эльф, без сомнения, вызвал ее при помощи волшебного кольца. Несложное заклинание, но очень эффективное.

– Она съест все твои товары, скупец, – воскликнул эльф. – И ты вернешься разоренным. Это научит тебя не обижать бедняков!

– Сделай что-нибудь! – взмолился купец, обращаясь к охраннику.

Гоблин сложил лапы на груди.

– Ты нанял меня для охраны от кочевников, – сказал он. – Разве это кочевник?

Гигантская многоножка вылезла из песка уже наполовину. Ее тело изгибалось, а хищная пасть опускалась все ниже, к людям.

– Если купец принесет тебе извинения, – негромко обратился я к эльфу. – ты повернешь кольцо в обратную сторону?

Эльф хмуро посмотрел на своего хозяина.

– Пусть поклянется джиннами пустыни, что никогда не станет обижать бедняков, – сказал он.

Торговец словно забыл об опасности, нависшей над ним и его товарами.

– Я не стану извиняться перед воришкой! – выкрикнул он. Жвалы гигантской многоножки распахнулись, нацеливаясь на первую жертву.

– Почему люди не любят делать все по-хорошему? – спросил я.

Вопрос был риторический, и ответа я не получил.

– Если я объясню, что эльф не брал твой шелк, мы сможем решить дело миром? – спросил я.

– Как это не брал? – возмутился купец. – Мошенник! Только на уши его посмотрите. Кто же еще взял, как не он?

Я мягко развернул торговца и молча указал ему на гигантскую многоножку. Толстяк испуганно сглотнул.

– Ну, – неуверенно произнес он, – раз уж благородные путники говорят, что ты не брал шелка… Тогда я извиняюсь.

– И поклянись, – напомнил эльф.

– И клянусь.

Эльф повернул кольцо в обратную сторону, и многоножка исчезла, словно ее и не было.

– Ну вот. – Купец попытался вновь придать себе важный вид. – Где же мой рулон шелка? Учтите: если все это была болтовня, чтобы запутать меня, тут же отдам воришку городской страже. Отдавай мой товар.

– Боюсь, это невозможно, – ответил я.

Купец хотел было вновь разразиться криком, но быстро одумался, так как кольцо все еще оставалось на руке эльфа.

– Как невозможно? – спросил торговец.

– Ты его потратил, – ответил я. – Нанимая охранником этого храброго гоблина, ты обещал ему деньги. А потом обманул его. Гоблин не мог бросить караван, но и не собирался терпеть оскорбления. Поэтому он забрал себе рулон, в счет жалованья.

– Забрал рулон? – ошарашенно спросил купец. – И куда же ты его дел?

– Я его съел, – ответил гоблин. – Для нас шелк – это изысканное лакомство.

– Надеюсь, торговец кое-чему научился за этот вечер, – произнесла Франсуаз, когда караван продолжил свой путь.

– А ты знала, что гоблины едят шелк? – спросил я.

– Конечно. А еще я знаю, где находятся руины. И не улыбайся! Если мы свернем в эту сторону, то наверняка…

– Проклятие, – пробормотала Франсуаз.

Мы стояли в полутемном помещении, которое покинули совсем недавно. Однако никаких следов паутинника здесь не осталось. Только три взломанные паркетины указывали место, где был тайник Иоахима Владека.

– Ты была права, конфетка, – произнес я. – Вампир уско­льзнул. Уверен, мы скоро сможем его найти.

– Майкл, – прошептала девушка, – а ведь мы действительно были в той пустыне. Мы на самом деле заблудились, когда искали склеп. Но мы не встретили каравана – я хочу сказать, мы могли его встретить, мы же блуждали по пустыне взад и вперед, но так на него и не натолкнулись. А теперь… Неужели одна случайность может так менять события?

– Пугающая мысль, не так ли?

– Мурашки по коже.

Я положил руку на ее плечо:

– Тогда призови свои мурашки к порядку, Френки. То, чему ты была свидетельницей, произошло несколько тысячелетий назад, и совсем в другой пустыне.

– Разве? Но тогда как?..

– Прошлое нельзя изменить, Френки. Ты можешь вернуться туда, повлиять на ход событий, все переставить с ног на голову, но меняешь ты при этом не прошлое, а свое настоящее. Тебя этому не учили в институте для благородных демониц?

– Нет, основными предметами были пытки, холодное и огнестрельное оружие и вышивание крестиком. А ты сам это придумал, про прошлое и все там такое?

Строительные машины вдалеке гудели все громче.