Рейд-босс - Владимир Мясоедов

– Рымли, ни слова ей про косметику, – решил обладатель магнитного пульсатора. – Если чего, мы тут алкоголь из-под полы гнали для шахтеров, понял?!

– Угу, – кивнул его брат. – Не боись, я в курсе, что лучше признаться бабе в серийных убийствах, чем в подделке ее любимого скраба для пяток.

Над Грымли медленно проявилась надпись, извещающая меня, что он является гномом-контрабандистом девятнадцатого уровня. Его брат, к моему удивлению, находился на той же планке развития, но имел чуть иную специальность. Гном-киборг оказался торговцем информацией.

Вам предложено задание: «Криминальные элементы».

Помогите найденным вами преступникам выжить на станции и вновь занять подобающее место в обществе. Но учтите, что они могут не пожелать забыть о своих антисоциальных наклонностях. А расхлебывать последствия их действий придется вам.

Награда: 1000 единиц опыта.

Штраф за провал: вариативно.

Принять. Отказаться.

Как показала практика, гномы-контрабандисты оказались, мягко говоря, трусоваты. Один-единственный дикий флоринит, свалившийся мне на голову из вентиляции, вызвал у них панические крики и бегство по направлению обратно к их изолированному убежищу. Пришлось догонять, успокаивать и тыкать в бритые морды скрученной в бараний рог без всякой магии тушкой.

– Почему вы их так боитесь? – задал вопрос я, стуча отчаянно вырывающимся флоринитом о стену. Растению такое обращение не нравилось. Оно отчаянно шипело на меня и пыталось царапаться обломками когтей. Природное оружие данного существа я в процессе погони за гномами попросту обломал, чтобы не мешало. – Они же могут представлять проблемы лишь в том случае, если нападают стаей. А одиночный экземпляр это даже не противник, а так, досадная неприятность. Вроде комара или пчелы… Ну, ладно-ладно, переборщил. Кусачей крысы, сожравшей упаковку анаболиков и стероидов.

– Мне неловко в этом сознаваться, но я в жизни не держал ничего тяжелее коробок с эльфийской косметикой, – потер вспотевшую шею торговец информацией, пытаясь отодвинуться подальше от сунутого ему в лицо монстрика. – Да и за те брался лишь при очень большой необходимости. Обычно все, что я перемещаю с места на место, это массивы данных. А они хоть и могут подчас стоить больше планеты и быть убийственней космокрейсера, но мускулы не развивают. Совсем.

– Да и я как-то молотом в кузне днями напролет не махал, – смутился его брат, дышащий, как тяжело загнанная лошадь. Магнитный пульсатор и рогатка для него заставили вымотаться гнома так, словно весили целую тонну. – В общем, не хватит у нас сил, чтобы так вот походя эту дрянь в узел завязать. Скорее уж она сама нас пополам переломает.

– Ну, конкретно вот так можно и не делать. – Я поспешил распутать флоринита в прежнее положение, цепко удерживая его за центральную часть стебля. Что-то слегка хрустнуло, и пальцы оказались измазаны в беловатом соке, однако пленник все еще оставался способен шевелиться. – Главное – это дотянуться ему до мозговой плодоножки. Вот тут она, под цветком. Давайте пробуйте, я подстрахую.

– Ну, если так. – Рымли несмело и очень-очень медленно потянулся к «шее» растительного монстра. И тотчас получил по бритой харе кончиком стержневого корня. В обычной ситуации флоринит не смог бы использовать данную конечность, но сейчас в вертикальном положении его удерживали мои руки, и упираться в пол не было нужды. – Ай! Он дерется!

– А ты как думал? – Грымли зашел на пленника сбоку и смог уцепиться за одну из его верхних конечностей. – Ух! Вырывается, зараза! Но я держу… Бей, братец!

– На! – Шагнувший вперед, чтобы отомстить обидчику, торговец информацией получил хлесткий удар цветком по лицу и отпрыгнул обратно. Понимающий, что ничем хорошим для него это не закончится, растительный монстр бился в моих пальцах, как рыба на крючке. – Оууу! Он мне чуть глаз не выбил!

– Не везет тебе сегодня, – вздохнул я и с надеждой покосился на более боевитого гнома, силящегося не выпустить руку «цветочка» из захвата. – Давай тогда сам с флоринитом заканчивай. Ему как раз в твоем направлении бить нечем.

– К-к-как?! – Грымли вместе с извивающимся, словно укушенная за хвост змея, флоринитом совершал перемещения в пространстве по крайне непредсказуемым траекториям. Это было похоже на какое-то родео. – Если я отпущу хоть одну руку, он меня сбросит!

– Ну, у тебя еще есть голова, – напомнил я, крепче сжимая вырывающегося флоринита. Из-за того, что руки перепачкались в липком соке, процесс его фиксации стал намного сложнее. – А на ней лоб, которым удобно бить, и зубы, умеющие кусаться.

– Ты это серьезно?! – фыркнул Рымли, опасающийся приближаться к активно брыкающемуся «тренировочному пособию». – Может, тогда сам попробуешь?

– Да нет проблем. – Я подтянул флоринита повыше и цапнул зубами скрывающуюся у основания листа плодоножку. Та оказалась неожиданно сочной и сладкой. Случалось мне как-то жевать молодой бамбук, так вот, очень похоже! Желудок буркнул, напоминая о том, что последнюю пищу он получал достаточно давно. Ведь случайно подвернувшиеся продукты почти полным составом были пожертвованы обитателям госпиталя. А затем, чисто рефлекторно, мой жевательный аппарат откликнулся на этот сигнал, отправив попавшую в рот вкусную субстанцию вглубь организма.

Дикий флоринит получает 15 единиц повреждений и погибает!

Вы съели плоть дикого флоринита! Жизнь: – 5. Выносливость: +10. Срок: 2 часа.

Вы грубо нарушаете законы пищевых цепочек и весьма этим фактом довольны. При встрече с чудовищем вы уверены, что кто тут монстр, а кто его еда, еще надо выяснить! И вообще, чем опасней хищник, тем больше в нем полезного и питательного!

До получения достижения «Пожиратель чудовищ» осталось сожрать тех, кто намерен сожрать вас, 999 единиц.

Примечание: некоторые существа оцениваются более чем в одну единицу, также имеются обходные пути получения данного достижения.

– Брат, а я кое-чего понял, – тихо пробормотал Рымли, взирая на меня большими и очень-очень удивленными глазами.

– Вегетарианцы – страшные? – уточнил его близнец, перенесший зрение загрызания флоринита чуть легче. У него всего лишь начался нервный тик.

– И это тоже. – Не стал спорить торговец информацией, на которого, видимо, мои действий произвели неизгладимое впечатление. – Наш выбор, уйти из клана или продолжить оставаться пацифистами, был правильным. Очень правильным. Самым правильным. Я не хочу становиться таким, как он!

– Эй, ну не надо так. Голод – не тетка, да и вообще, флоринит первым начал… – смутился я и поспешил испепелить улику, смущающую своим обмякшим тельцем найденышей. – Стоп… Пацифисты? М-да… Пацифисты-контрабандисты-гномы… А я думал, что уже ничему не удивлюсь в этой жизни. И в парочке следующих тоже. Ну, по крайней мере, если склероз не заработаю. С чего же вас так угораздило, бедолаги?

– Это наше личное дело. И закончим на том, – буркнул Рымли, похоже, слегка отошедший от шока. – Двигаемся дальше… Только если вы опять захотите устроить что-нибудь подобное, лучше предупреждайте. Хоть глаза закрою.