Продолжение следует - Павел Комарницкий

–… Хочешь орешков? - пальцы Ирочки так и мелькают, и четырёхгранные орешки, вылущиваемые из большого колоса-соплодия, один за другим распадаются, обнажая вкусные белые ядра.

Мы завтракаем на самом краю входного проёма, и я, привалившись спиной к вазону с цветами, любуюсь своей женой. Я всегда любуюсь своей женой, вот так вот.

– Очищенных - очень хочу.

– Нет, я положительно тебя развратила - она смеётся - Всякая халява разлагает, как говорит Коля-Хруст.

– Он тебе наговорит, только слушай. И вообще, кормление мужа есть древнейшая профессия любой жены…

– Правда? - снова смеётся Ирочка - Ну ты у меня просто источник мудрости. Держи, эксплуататор.

Я тянусь к ней, принимая в горсть очищенные орешки, и в этот момент на мою голову с шумом обрушивается Нечаянная радость. Разумеется, она не имеет морального права пропустить приём пищи.

– Отстань, обжора! - я делаю неловкое движение, и тяжёлый вазон, потеряв равновесие, канул в бездну. Я вскакиваю, распахнув крылья, но это просто рефлекс - внизу уже веером брызнули осколки нефрита. Какая жалость…

– Я у тебя разбил что-то.

– Не у меня, а у мамы. Это была её любимая ваза.

– И что теперь делать? - я полон раскаяния.

– Как что? - глаза Ирочки смеются - Вазу и делать. Точно один к одному.

Верно. Я и забыл… Нанороботы могут сделать всё, что угодно, если клиент в состоянии объяснить, чего ему надо. Вот только клиент не в состоянии.

– Ира, Ир… Я не умею.

Её глаза по-прежнему смеются, но лицо выражает крайнее огорчение. Артистка…

– У нас пользоваться синтезатором умеют уже школьники. Вы крайне отсталый тип, сударь. На вашей прародине про таких мужей говорят: "гвоздя забить не умеет"

– Мне нужно только раз показать, правда.

Ирочка потягивается, встаёт.

– Ладно, муж мой. Пойдём, я покажу тебе, как держать молоток!

Она направляется внутрь нашей квартиры. Куда?

"Синтезаторы для разной бытовой мелочи находятся в подвале каждой жилой башни. А ты и не знал?"

"Понятия не имел. Век живи, век учись"

"Вот-вот. Учись уже, Рома!"

…

Пол под ногами помещения, куда мы с Ирочкой попали, вынырнув из светящейся прозрачной силовой "трубы" грузового лифта, тёмно-зелёный, гладкий и упругий. В одном месте на полу едва угадывается тёмное пятно.

"Кто-то пролил взвесь нанороботов, недавно. Робот-уборщик не успел отмыть за один раз. Смотри-ка, сегодня никого нет, очень удачно, тебя не будут отвлекать"

У стены стоят в ряд блестящие ванны, вроде как из толстого хрусталя. Сквозь хрусталь поблёскивает зеркальное покрытие…

"Это не хрусталь, Рома, это алмаз"

Я останавливаюсь, открыв рот. Ванны, выточенные из цельного алмаза… Охренеть! Нет, не просто охренеть!…

"Чем ты удивлён? Алмаз же проще всего синтезировать, Рома, там же один углерод, и всё. Он даже чуть дешевле хрусталя, если уж на то пошло"

Над ваннами подняты колпаки, напоминающие крышки модных соляриев, стоящих в земных "салонах красоты". И вообще, всё устройство напоминает мне урезанный в размерах и упрощенный витализатор.

"Правда, похоже? Это вот сверху генератор СВЧ, он питает энергией нанороботов"

Ирочка уже возле стены, раздвигает створки встроенного зеркального шкафа. На полках стоят высокие цилиндрические стаканы, в которых насыпан чёрный порошок. Меня охватывает волнение. Вот они какие, нанороботы… Устройства, которые невозможно рассмотреть в оптический микроскоп. Которые могут сделать абсолютно всё.

"Можно?" - спрашиваю я мысленно.

– Нужно - смеётся Ирочка, переходя на голос. Причём говорит по-русски - Сейчас ты сам будешь делать вазу. Бери стакан!

Я беру толстостенный алмазный стакан так осторожно, будто в нём налит нитроглицерин, взрывающийся от малейшего сотрясения.

– Не бойся, они не взрываются, и даже не кусаются - снова смеётся Ирочка.

– Что надо делать?

– Подойди к ванне и представь, что она наполнена.

Я выполняю команду. С тихим журчанием ванна откуда-то наполняется тёмной жидкостью. Питательный раствор, понимаю я, смесь, из которой нанороботы будут строить заказанную вешь.

– Сыпь порошок. Весь стакан сыпь, не жалей, дело пойдёт быстрее!

Порошок, напоминающий печную сажу, ссыпается в раствор, который тут же начинает мелко бурлить, словно вода в джакузи. Идёт перемешивание, снова понимаю я. Но вот раствор успокаивается.

– Теперь представь нужную вещь и отдай команду. Ты помнишь, как выглядела мамина ваза? Ну вот и представляй. Делай!

Я привычно сосредотачиваюсь. Нет, не так это мне сейчас легко, сосредоточиться. Это же настоящее волшебство - мысль, рождающая материю. Триумф субъективного идеализма. Это же настоящее чудо, почему, ну почему я не изумляюсь? Таким вещам нужно изумляться всегда…