Охотник на вампиров. Глубина - Ольга Грибова

— Наконец-то вы пришли, а то мы уже заждались, — Константин сидел в своем любимом кресле с резными подлокотниками. На первый взгляд его поза могла показаться расслабленной, словно вампира мало заботило происходящее внизу. Но, присмотревшись повнимательнее, можно было заметить слегка подрагивающие уголки губ и напряженные крылья носа, выдававшие его волнение.

Сбоку от кресла стоял вампир-охранник, тот самый, что в свое время ударил меня в живот. Он и сейчас с особой ненавистью смотрел в мою сторону, как будто именно я был главным виновником случившегося. Единственной, кто выглядел по-настоящему напуганной, была молодая вампирша. Правда, она, похоже, больше волновалась не за себя, а за своего чересчур самоуверенного друга.

— Мне казалось, мы друзья, — обратился Константин к Эмми. Видимо, он еще не окончательно потерял надежду на мирный исход дела.

— А мне казалось, что ты умнее и давно понял, что это не так, — передразнила его Амаранта.

Она осторожно сокращала расстояние, разделявшее ее и Константина. Эмми кралась к вампиру, точно перед ней была лесная лань, которую легко спугнуть.

Выходит, вы с самого начала были в числе тех, кто уничтожал наш клан, — сделал Константин вывод из вышесказанного.

Я же говорила тебе, что они охотники, — истерично взвизгнула его подруга. Кажется, она была уже на пределе.

Это правда? — зачем-то переспросил Константин, будто это могло что-то изменить в наших отношениях.

Несомненно, — ответил за всех Дима.

В следующую секунду глаза Константина превратились в два черный уголька. Он вскочил с кресла и молнией метнулся к нам. Основной гнев вампир направил на Амаранту, видимо посчитав ее главным источником неприятностей.

Не успел я опомниться и вмешаться, как ко мне с ревом дикого бизона устремился Виталик. К счастью, он был из числа тех, кто во время драки привык полагаться на силу, а не на маневренность и скорость. С ним не пришлось долго возиться. Когда громила поравнялся со мной, я нырнул под него и лезвием ножа вспорол ему брюхо. По инерции Виталик пробежал еще некоторое расстояние и остановился, в недоумении осматривая свой живот. Вид собственной крови разозлил его еще больше, и вампир окончательно потерял способность соображать. С новым, не менее жутким рыком он во второй раз ринулся на меня. Но я уже знал, чего примерно ожидать, и, прицелившись, вонзил ему нож прямо в сердце. Сто пятьдесят килограммов мяса рухнули на пол с такой силой, что стены вокруг задрожали, а деревянный пол жалобно застонал.

Но пока я был единственным, кому удалось справиться со своим противником. Девушка, с которой имел дело брат, оказалась неожиданно сильным борцом. Она дралась особенно отчаянно, зная, что на кон поставлена ее жизнь. Но еще больше проблем было у Эмми. Какими бы пустыми и нелепыми ни выглядели слова и поведение Константина, надо отдать ему должное: физически он был хорошо подготовлен, и Амаранте приходилось туго.

Я видел, что ей необходима помощь, и поспешил к девушке. Вместе мы сумели дать достойный отпор Константину. Те раны, что мы наносили ему сообща, были пусть и незначительными, но заметно ослабляли вампира. Скоро его движения замедлились, и под нашим напором он начал отступать. Но комната была слишком мала, чтобы найти в ней убежище. Не прошло нескольких минут, как Константин оказался прижатым к стене. Больше ему деваться было некуда.

— Мы могли бы договориться, — задыхаясь, предложил вампир.

Он уже осознал, что его положение безвыходно, и решил попробовать уговорить нас отпустить его. Но эта затея с самого начала была обречена на неудачу. Никто даже не дал ему озвучить «заманчивое» предложение. Одним сильным ударом я вогнал нож в его сердце по самую рукоять. Но ничего не произошло. Константин стоял с ножом в груди совершенно невредимый. Я с досадой понял, что кинжал исчерпал свои возможности и пре-вратился в бесполезный кухонный ножик, которым разве что курицу можно разделать. Вампир торжествующе улыбнулся.

Видя, что трюк с кинжалом не принес плодов, Эмми поспешила вмешаться. Одного неуловимого движения ее руки оказалось достаточным, чтобы существование Константина на этой земле прекратилось раз и навсегда. Голова вампира отделилась от туловища и покатилась по полу, пока не остановилась около ножки любимого Константином кресла. Остекленевшие глаза уставили в потолок, рот открылся в беззвучном крике, кожа ссохлась, словно старый папирус. Не прошло и пары секунд, как некогда красивое лицо вампира превратилось в отвратительную маску, больше всего напоминающую лицо древней мумии. Вот она, смерть после смерти.

— Из нас получилась отличная команда, — произнесла Эмми, вытирая руки об алую занавесь.

Я собирался ответить, но меня отвлек треск дерева, раздавшийся за нашими спинами. Повернувшись к источнику шума лицом, мы увидели, что Дима все еще не справился со своей соперницей. И дело не в том, что она оказалась ему не по зубам. Готов поспорить: младший брат просто играл с ней, как кошка с мышкой, получая садистское удовольствие от страданий вампирши. Он с силой толкнул девушку на небольшой столик, разломившийся под тяжестью ее тела, но вместо того, чтобы нанести вампирше последний смертельный удар, отступил, давая той возможность подняться.

Девушка встала и сделала несколько неуверенных шагов к Диме. Она уже слабо осознавала действительность и не могла оказать никакого сопротивления. Было бы гуманней убить ее сейчас, но Дима обошел ее кругом и нанес очередной удар ножом, располосовав половину спины. Девушка вскрикнула и пошатнулась, а брат продолжил двигаться вокруг, периодически раня ее, но не давая потерять равновесие.

— Довольно, — решил я вмешаться в этот малоприятный процесс.

Но Димка будто не слышал. Он, как завороженный, продолжал свой странный танец. Тогда я подошел ближе и схватил брата за плечо, чтобы привлечь его внимание. Каково же было мое удивление, когда Дима сделал следующий выпад в мою сторону. Один из ножей со свистом прорезал воздух и располосовал мне плечо. От неожиданности я даже не успел отскочить и лишь после удара отступил на несколько шагов. Я уставился на бе-гущую по руке кровь, не веря в происходящее.

Но Димка даже не посмотрел в мою сторону. Устранив досадную помеху, он снова повернулся к вампирше. Амаранта, видя случившееся, кинулась к Диме. Теперь уже она схватила брата за руки, заломив их назад так, что ему невольно пришлось бросить ножи. Дима неистово сопротивлялся, пытаясь вырваться из цепкой хватки Эмми. Он рычал, брыкался и даже пытался ее укусить, так что Амаранте пришлось отшвырнуть его. Ударившись о стену и упав, брат почти мгновенно вскочил на ноги. Его глаза горели безумным огнем, а лицо исказилось от ненависти. Я не узнавал своего младшего братишку. Передо мной стоял хищный зверь, потерявший контроль над собой.

Димка был готов броситься на Эмми, но она всего на какую-то долю секунды опередила его и прыгнула первой. Амаранта прижала Диму к стене, а зубы девушки оказались в опасной близи от его шеи.

— Эмми! — окликнул я с ужасом, на несколько страшных мгновений поверив, что она сейчас укусит брата.