Поход в никуда - Анатолий Дубровный

– О великая богиня, что ты хочешь от бедного Симишаля?

– Чтоб он и о людях, орках и эльфах, населяющих его мир заботился, а не только о зверях! – очень строго проговорила Милисента, словно учитель, отчитывающий нерадивого ученика.

– А чего о них заботиться? Они зверушек обижают, охотятся на них, убивают! – Мужчина неодобрительно посмотрел на пирующих орков и пожаловался: – Траву, вон, вытаптывают! А эльфы со своей магией… К ним в рощи уже и не сунешься! Деревья меня совсем не слушаются!

– Так, – произнесла Листик, – ох и надоели мне эти «дети природы», траву им не вытаптывай! А то, что разумные гибнут, им и дела нет! Хранители хреновы!

Лиша, с интересом разглядывавшая мужчину, тут же начала спрашивать у Листика:

– А хреновый – это как? Тот, что только хрен кушает? А те, кто хрен кушают – вот такими становятся, да?

– До чего же любознательный ребёнок! – всплеснула руками Рамана, словно удивляясь и делая умильный вид, но при этом её колючий взгляд словно приморозил Симишаля. Листик насупилась и ухватила Хранителя мира за грудки:

– Где богиня! Чего молчишь? Отвечай!

– Её чёрный купол поймал, как Лоссану! А он молчит, думает, мы не узнаем и уйдём, – голосом ябеды сказала Лиша, показывая пальцем на съёжившегося Хранителя. Листик сильно тряхнула мужчину, как ей это удалось, никто не понял – тот был раза в три больше девочки. Голова испуганного Хранителя замоталась из стороны в сторону, но он даже не делал попытки вырваться. А Лиша продолжила ябедничать: – Он помог заманить богиню эльфов в купол. А теперь делает так, чтоб мы не почувствовали, что здесь такой купол, не почувствовали совсем! Вот!

– Ну что ж, обвинения более чем серьёзны, – кивнула Рамана и предложила: – А давайте обвиним его в разжигании розни между эльфами и орками и грохнем!

– Как можно убить Хранителя в его мире? – удивился Тиловинэль, – Это невозможно! Да и зачем ему было заманивать нашу богиню в ловушку? Зачем разжигать рознь между нами и орками?

– Чтоб траву не вытаптывали и зайцев не пугали, – пояснила Рамана, с неодобрением глядя на Симишаля, тот слегка напрягся, и над пирующим стали собираться тучи. Ни орки, ни эльфы, ни тем более гномы не обращали внимания на происходящее у стола их вождей. Скорее всего, кто-то из находящихся за этим столом поставил защитный полог. А вот чёрные, грозовые тучи, наползающие со всех сторон, вызвали испуганные возгласы.

– Так, – произнесла Листик и замерла, точно так же замерла и Милисента, и тучи исчезли, небо снова стало ясным, а вот Хранитель потемнел, словно призванная им туча в него и втянулась. Милисента отмерла и сказала:

– Он нам больше не нужен, я знаю где купол.

Симишаль опустился на землю и заплакал, удивлённый Тиловинэль спросил у Арониуса:

– Что с ним?

Вместо гроссмейстера охотников ответила Рамана:

– Он больше не Хранитель.

Эльф со страхом посмотрел на Листика и Милисенту:

– Кто же они такие, если сумели такое сделать?!

– Это не они сделали, они просто поговорили с миром, и ваш мир принял решение. Лишить Хранителя силы никакой бог не может, – ответила Рамана и, глянув на съёжившегося бывшего Хранителя, произнесла: – Но меня интересует: зачем он это сделал? Зачем помог заманить Квессу в ловушку?

Симишаль затравленно оглянулся и произнёс:

– Он обещал помочь навести порядок! Разумных стало слишком много…

– Ага, – кивнула Листик, – траву вытаптывали…

Хранитель сгорбился, но ничего не ответил, Рамана кивнула:

– В общем, всё ясно, пообещал, что тут никто не будет по газонам ходить, так как некому будет, – повернувшись к Симишалю, Рамана равнодушно произнесла: – Что ж, ты заслуживаешь того, чтоб тебя убить…

– Пусть уходит и пусть живёт, если сможет. Ведь он тоже теперь сам по траве ходить будет, – вмешалась Листик, Милисента согласно кивнула, и бывший Хранитель, сгорбившись, пошёл куда-то в степь.

– А как же без Хранителя? – растерянно спросил Тиловинэль. – Ведь мир не может так существовать!

– Почему без Хранителя? – усмехнулась Милисента и поманила к себе одну из эльфиек, снующих по ту сторону двери-портала: – Иди-ка сюда, милая.

Эльфийка, испуганно оглядываясь, подошла. Она уже знала, что эта рыжая девушка дракон и верховная богиня орков. Вроде зла не желает, но кто его знает, чего можно ожидать от такого существа – ведь для них обычные правила поведения разумных не писаны. А Милисента, улыбаясь, спросила:

– Ты же хочешь, чтоб в Эсфинэле был мир? Да? Чтоб его народы не воевали, чтоб эльфы и орки дружили, ведь так? Чтоб всем было хорошо – такого трудно достичь, но ты постарайся. Я на тебя надеюсь.

Девушку окутало золотистое свечение, и она словно стала выше ростом, Тиловинэль обеспокоенно спросил:

– Что вы с ней сделали?

– Это не я, – улыбнулась Милисента и спросила у эльфийки: – Как тебя зовут? Эсфирэль? Красивое имя и очень подходящее, приветствую тебя, сестра!

Милисента поклонилась эльфийке, та поклонилась в ответ, но сделала это без того страха, что был у неё раньше. Девушка поклонилась Милисенте как равной, затем поклонилась Листику, та ответила на поклон.

– Что произошло? – забеспокоился Тиловинэль. – Что вы сделали с моей дочерью?!

– Мы? – улыбнулась Милисента. – Ничего, её выбрал ваш мир. Теперь Эсфирэль – Хранительница вашего мира! Мира Эсфинэль или Эсфырат, это кому как больше нравится.

Милисента глянула на Листика и Тиассу, рыжая и светло-каштановая девочки, воспользовавшись тем, что на них не обращают внимание, быстро доедали мороженое, Лиша им активно помогала. Пожав плечами, старшая рыжая обратилась к Ырымытару:

– Мы отлучимся, надо спасать Квессу, а ты готовься к походу, хватит пировать, вампиры в Иртароне ждать не будут.

– О Анурам, может я с вами? – орк посмотрел на Милисенту, как смотрит собака на хозяина, не взявшего её на прогулку, девушка покачала головой:

– Нет, с нами пойдёт Эсфирэль, а ты…

– Милисента, разреши, мы пойдём с тобой! – обратился к девушке Алиол. – Мой отряд готов к походу!

– Мы тоже идём! – сообщил Орандун, Милисента вздохнула – отряд разрастался. Хотя… С другой стороны, эльфы и гномы (по крайней мере, мира Горм) очень неплохие бойцы. Кивнув Ырмытару, Милисента скомандовала:

– Вот, займись слаживанием отряда, но не за столами, воевать крепко придётся!

Орк упал перед девушкой на одно колено и стал целовать руки:

– О моя богиня! Я готов! С тобой…

– Ага, и с Милисентой и воевать, что может быть лучше, – хихикнула Листик.

– Только мороженое! – вставила Лиша и, глянув на Тиассу, спросила: – Правда?