Друзей не выбирают. Эпизод 1 - Анна Кувайкова

— Горе ты моё, — поднял меня с кровати младший дроу, как только Терен развязал последний узел, — ну неужели так сложно проснуться в своей кровати?

— Там скучно, — заявила я, целуя Дерека в щёку.

— Эй, а меня? — тут же влез Терен.

Я рассмеялась, но всё же поцеловала второго дроу. Луксор тихо поскуливал от боли где-то в районе пола.

— Вы думаете, вам позволено опаздывать на мои занятия? Я такого не потерплю! Почему вы себе позволяете опоздания?! Я же себе такого позволить не могу! — уже полчаса кричала на нас магистр Амастасия.

Мы с близнецами с виноватым видом стояли на пороге аудитории, и даже Химо, которого я забрала из комнаты в башне вместе с тетрадками, тихо помалкивал, надёжно спрятавшись в моих волосах.

— Я вам твёрдо обещаю, зачёт вы мне не сдадите! — сердито заявила магистр, поправив круглые очки на носу.

А вот этого я никак не ожидала. И что теперь делать?

— Простите нас, — виновато поковыряла я ножкой пол.

— Простить вас? — округлила глаза преподаватель. — Да я прощу вас только в том случае, если вы в ближайшие три дня доставите мне очень и очень редкую нежить, что абсолютно невозможно!

Как ходили слухи, магистр Амастасия коллекционировала информацию и чучела очень редких и опасных нежитей и зверей. Такой вот маленький у человека пунктик.

— Легко, — фыркнула. — Мы вам — нежить, а вы — зачёт нашему квадриуму.

— Что?! Это невозможно! — рассмеялась преподавательница, но, видно, азарт её захватил. — Хорошо! Я ставлю вам зачёт в тот же день, когда вы принесёте мне нежить, которую я ещё не видела!

— По рукам! — согласилась я, и, начиная шарить в волосах, спросила: — Ребята, у вас зачётки с собой?

— Ага, — кивнул за обоих Терен.

— Вот, держите. — Я протянула магистру Химо, который, всё прекрасно расслышав, неподвижно застыл на моей руке.

— Валанди! — взвизгнула магистр. — Ты издеваешься?! Что я, по-твоему, чучело тарантула не видела?

— Такого не видели. Химо, заканчивай валять дурака, — почесала я паучка.

Химо заурчал, а стоило мне только прекратить, он тут же повернулся к магистру Амастасии:

— Доброе утро, уважаемая госпожа! Чудесная погодка, не правда ли?

Очки магистра поползли вниз, а брови вверх.

— Ч-ч-ч-т-о э-т-о?

— Не что, а кто! — гордо заявил Химо. — Позвольте представиться, прекрасная леди: меня зовут Химон, для вас просто Химо.

На окончании фразы тарантул изобразил поклон, но, видимо, согнул лапки слишком резко, и у него выпал правый глаз. Выпал прямо на палец моей преподавательницы, который она протянула к паучку, чтобы потрогать его брюшко. Потрогать удалось только глаз, и магистр Амастасия, закатив глаза, хлопнулась в обморок. Эх, а ведь ещё преподавательница по неестествознанию… Что же будет с ней, если ей показать Рика?

Поднялся шум и гам, несколько первокурсников кинулись приводить в чувство магистра, а кое-кто побежал за деканом. А так как беспорядок устроила я, то и приведут сейчас наверняка магистра Пилата. Ох, и намучается он со мной во время учёбы!

Адепты с опаской поглядывали на Химо, а некоторые девушки, кого впечатлил его цвет, бросились к нему, вереща от восторга. Химо, поначалу довольно щурящего глаза, чуть не затискали и не зачесали досмерти. Интересно, чучело тарантула вообще убить можно? Не знаю, как насчёт убить, но замучить его у адепток первого курса получилось, и бедный паук, поняв, к кому попал, торопливо перебирая лапками, спрятался у меня в волосах.

— Хелли, ну что ты натворила? — неодобрительно покачав головой, обратилась ко мне Лея, обмахивая кружевным платочком магистра, лежащую на полу.

Идик тоже суетился рядом, но, как и большинство адептов, больше мешал, чем помогал.

— Она же сама попросила, — с виноватым видом почесала я голову.

— Попросила что? — раздался вкрадчивый голос за спиной.

Я повернулась. Ой… Какая ж сволочь додумалась привести директора? А-а-а, вопрос снимается с повестки, так как за спиной директора Итрона маячит Друсилия, с выражением лица типа «ой, сейчас кому-то будет плохо»!

— Доброе утро, директор Итрон! — бодрыми голосами хором проскандировали адепты.

— Вижу, что для магистра Амастасии оно не настолько уж и доброе, — усмехнулся в пышную бороду директор и принялся приводить нашего преподавателя по неестествознанию в чувство.

Я успела заметить, как бедный Идик побледнел, потом покраснел, а затем и вовсе попытался затеряться в толпе и залезть за плинтус.

— Магистр Амастасия, что здесь произошло? — мягко спросил директор Итрон, как только пожилая женщина пришла в себя.

— Она! Это всё она! — взвизгнула магистр, указывая на меня пальцем.

Как назло, все адепты, стоящие полукругом позади Амастасии, тут же уставились на меня, как будто первый раз увидели. Я принялась рассматривать потолок, пытаясь незаметно продвинуться в сторону входной двери. Ага, так мне и дали! Какая-то хрдырова противозина, в которую я врезалась спиной, пройдя пару шагов, многозначительно хмыкнула и выдвинула меня вперёд.

— Терен, ты предатель, — сердито запыхтела я.

— Хеллиана, что ты натворила? — сердито посмотрел на меня директор.

— Да, мне тоже это интересно! — В аудиторию влетел запыхавшийся Пилат, за которым еле поспевал порядком вспотевший Айсантер.

Ну хоть кто-то догадался декана привести! Нужно потом будет поблагодарить парня.

— Я, собственно, это… Ну, в общем, вот. — Я снова достала из волос дико сопротивляющегося тарантула.

Химо, поняв, что весь сыр-бор из-за него, точнее, из-за его не в меру разыгравшихся хороших манер, неподвижно застыл на ладони.

— Он был живой! Клянусь вам, директор! Это чучело тарантула живое! — взвизгнула магистр Амастасия, пятясь назад и пытаясь спрятаться за директором.

— Химо? Почему ты серебристый? — удивился директор Итрон.

— Я это… Ну, так получилось! — отмерев, сознался паучок, почесав лапой голову.

М-дя, неудачно он как-то почесался, аж две лапы отвалилось! Эх, надо было ещё недели две назад их пришить нормально…

— А-а-а! — тут же завизжала магистр и останавливаться, похоже, не собиралась, а плавно перешла на ультразвук.

Адепты, которые стояли ближе всего к ней, бросились врассыпную, зажимая на ходу уши. Да что ж она так орёт?! Вон даже директор уши зажал! А Идик, отчаянно морщась и часто моргая, положил свои ладони поверх ладоней Леи, которыми она закрывала свои уши. Ну, у них точно любовь.

А магистр тем временем набирала обороты…

— И-и-а-а-а-а! — провизжал неожиданно кто-то рядом с магистром, да так громко, визгливо и противно, что даже перекричал магистра, которая тут же угомонилась и уставилась на нас широко раскрытыми удивлёнными глазами.