Маска для канцлера - Ольга Валентеева

Мы шли по улицам Каури, и город, знакомый с детства, казался чужим, серым и пустым. На нас оборачивались прохожие — не на меня, конечно, на Эда. От него веяло силой и властью. А еще — тьмой. Вот её-то, наверняка, и ощущали те, кто, поравнявшись с нами, переходил на другую сторону улицы. Но мне было все равно. Эд тоже даже не смотрел на них.

— Хочешь, я рассажу тебе кое-что забавное из жизни некоего Эдмонда за последние две недели? — Я смеялась, гуляя с ним под руку.

— Будет интересно послушать, — улыбался мой спутник.

— О чем бы вспомнить? Кстати, в Адиаполе я обещала рассказать, как обнаружила в твоей постели совершенно голую девицу — но так и не рассказала.

— Так ты серьезно? — У Эда покраснели даже кончики ушей. Видимо, сам он девиц из кровати не вышвыривал, эта была первая.

— Да! И, кстати, она очень оскорбилась, когда его светлость не возжелал склонить её к греховной связи. Так оскорбилась, что утром едва не пришлось на ней жениться.

— И кто же это был?

— Какая-то баронесса, жениха которой ты приказал арестовать. Хотела выхлопотать помилование. Увы, пришлось несчастному жениться на ней вместо тебя. В качестве наказания за драку в трактире.

— А, помню этого парня! — рассмеялся Эд. — Бедолага. Надеюсь, ты отстояла мою дурную славу?

— Не то слово! Я была холодна и неприступна. А еще визжала так, что едва не перебудила весь дом, — призналась со стыдом.

— О! Слуги, наверное, решили, что я одержим демонами.

Эд улыбался. А я боялась, что он разозлится. Хотя, теперь все это окончательно стало прошлым. А будущее… Будущее пока было слишком туманным, чтобы о нем говорить.

— А ты мне что расскажешь?

— Да что рассказывать-то? — Эд пожал плечами. — Ничего необычного, кроме того, как Сиана и её тетушка грудью встали на мою защиту.

— Ладно Сиана, но от старушки не ожидала, — призналась я.

— Не умеешь ты разговаривать с пожилыми дамами, — подмигнул Эдмонд.

— А ты, значит, умеешь?

— У меня больше опыта. А, еще было забавно, когда заставил Феона переодеться в твою одежду для того, чтобы его не узнала стража.

— В мою одежду? Феона? — Я хохотала так, что на нас оборачивались уже из-за этого.

— Да, представь себе. Но получилось скверно. Он никак не походил на барышню. Особенно ему шел чепец.

Я вцепилась в Эдмонда, чтобы не упасть от смеха. Видели бы своего канцлера придворные! Они бы не поверили глазам, глядя, как мы мирно гуляем по Каури.

— Тьма говорила, ты был ранен, — вспомнила внезапно.

— Темное проклятие. Получил в разбойничьем притоне в одной из деревушек. Если бы не Тьма, там бы и остался.

— Видишь, а ты на неё злишься. Она, между прочим, беспокоилась. И я вместе с ней, ты же разгуливал в моем теле.

— Лесса! — услышала знакомый голос и обернулась. Ко мне со всех ног летела Сиана. Легка на помине! Что ж, городок у нас маленький, так что удивляться не приходится.

— Здравствуй, — крепко обняла подругу. — Я так рада тебя видеть!

— А я-то как рада! — Она повисла у меня на шее. — Ты когда вернулась? Это не опасно?

— Уже нет, — ответила я. — Все обвинения сняты.

— Правда? Здорово! А то я каждый день вспоминала этого жуткого канцлера с его индексами. А теперь и индексов нет.

— Пока нет, — фыркнул Эдмонд.

Вот доберется кто-то до столицы…

— Знакомься, — заметила заинтересованный взгляд подруги. — Это Эд. А это моя подруга Сиана.

— Приятно, наслышан. — Эд склонил голову.

— Взаимно. — Сиана изучала его с тщательностью сыщика. — Пойдем ко мне, Лесса. Тетушка будет рада! Она так за тебя беспокоилась. Когда вы успели подружиться?

Это не я успела, а Эдмонд.

— Когда Лесса поведала ей о своих бедах, — Эдмонд обнял меня за плечи.

— Извини, я сегодня не могу, — ответила подруге. — Но завтра обязательно! Обещаю.

— Хорошо, — вздохнула она. — Ты только больше не пропадай, ладно? Я буду ждать!

Мы обнялись, и Сиана поспешила дальше. А я старалась не смотреть на Эдмонда. Было немного совестно за то, что раньше о нем говорила.

— Этого жуткого канцлера, да? — весело спросил он.

— Ну я же не знала, что ты не жуткий.

— А вот сейчас обижусь!

Как же с ним было легко, когда Эд того хотел и позволял себе расслабиться. Я будто болтала с лучшим другом, хоть и знала его всего несколько дней. Жаль, что уже вечером все закончится. И что мне тогда делать? Мы перекусили в маленьком уютном кафе, затем отправились дальше. По пути заглянули на ту самую площадь, где нас с Феоном держали у позорного столба. Казалось, целая вечность прошла с того дня! Я сама стала другой. Обедали мы тоже в городе. Ноги гудели от прогулок, но я все равно не собиралась останавливаться. Наконец, мы пришли в городской сквер. У берега мутной речушки расположилась кованая беседка. Сейчас там было свободно, и мы заняли скамью. Хорошо было сидеть и смотреть на воду. Желтые листья уносило течением, а с деревьев срывались новые, последние в этом году. Я опустила голову на плечо Эдмонда. Разговоры иссякли, но и молчание не тяготило.

— Эд, — набралась смелости и окликнула его.

— Что? — Он чуть обернулся.

— Я хотела тебе что-то сказать. Обещай, что не будешь злиться.

— Меня дома ждет неприятный сюрприз? — усмехнулся он. — Но вроде бы мой особняк стоял на месте, когда мы там были.

— Нет, дело не в этом. Я просто…

Уставилась на ладони, сложенные на коленях. Но я должна ему сказать, иначе он уйдет. Навсегда.

— Эд, я… Я люблю тебя. Подожди! — прикоснулась к его губам, заметив, что он хочет меня перебить. — Знаю, это звучит странно. Мы слишком мало знакомы, и я тоже думала, что мне кажется. Что я внушила себе любовь. Только это не так. Я хочу быть с тобой, Эд, и не знаю, что делать. Может, звучит глупо, но…

— Нет, не глупо, — мягко ответил Эдмонд, но я сразу почувствовала, что между нами пролегла пропасть. — Лесса, послушай меня и постарайся не перебивать. Если я скажу, что ты мне безразлична, то солгу.

Сердце пропустило удар. Только Эдмонд больше не смотрел на меня. Он глядел на воду.

— Апессия, ты действительно мне дорога. И я не знаю, как ответить, чтобы ты поняла. У нас с тобой нет будущего. Адиаполь и Каури — разные миры.

— Считаешь, что я тебе не ровня? — На глазах выступили слезы.

— Не в этом дело. Моя жизнь не предполагает наличие привязанностей. Близкие люди — это слабое место любого человека. Они всегда под ударом. А у меня много врагов, Лесса. Слишком много, чтобы рисковать тобой.