Тайна лорда Мортона - Галина Львовна Романова

— Последнее, Викинг, — произнес мессир Леонард, — ты мог бы опознать этого мага? Было в нем что-то, что ты запомнил?

— Личина другого, — был ответ. — Это все, что я запомнил. Теперь я свободен?

— Да. Но возвращайся, если вдруг что-то вспомнишь.

Доспех Викинга кивнул шлемом и вдруг упал на пол, рассыпавшись на детали, ибо дух Рыцаря покинул его и помчался прочь. Мы озирались по сторонам.

— Ну, — нарушил молчание Черный Вэл, — что вы теперь придумаете, чтобы обвинить меня, дама Геррейд? Этот незнакомец — маг. А я лишен магии.

Завуч уже открыла рот, чтобы начать возражать, но директор покачал рогатой головой.

— На сей раз он прав, дама Морана. Тот, кто надел на себя чужую личину… Хм, от привидения может укрыться только настоящий маг. Я думаю, это не он.

— Или у него есть сообщник! — все-таки выкрикнула она.

— Как же вы меня ненавидите, дама Геррейд, — выдохнул Вэл. — Теперь я понимаю, почему Агнар покончил с собой. Но клянусь, если бы вы были моей матерью, я бы не стал умирать сам — я бы постарался сперва отправить на тот свет вас!

Завуч побелела от ярости. Она уже развернулась к зелейнику и вскинула руки к амулету, готовясь к поединку. Я, волей судьбы оказавшийся в опасной близости от обоих спорщиков, поспешил отодвинуться, чтобы меня не задели. Конечно, дама Морана не бог весть какой боевой маг, но против ее заклинаний у Вэла вообще нет никакой защиты. Он даже не взял с собой на совещание свои стилеты.

— Немедленно прекратите! — Мессир Леонард еле успел встать между ними. — Взрослые же люди! Какой пример вы подаете детям? Какой пример для молодых педагогов? Какой позор! Обоим! Вкачу выговор за отвратительное поведение! Поняли? — Глаза директора горели зловещим огнем. Если бы я встретил его в глухом лесу, когда он в таком состоянии, наверняка бы подумал, что передо мной не безобидный пука, а исчадие Преисподней. — Немедленно извинитесь, Черный Вэл!

— Дама Морана первая оскорбила меня, — ледяным тоном процедил тот. — Я имею право на сатисфакцию.

— Кто из вас прав, а кто виноват, есть способ выяснить, — притопнул копытом директор. — И для этого вовсе не обязательно устраивать тут судебные поединки. Помогите мне! Вы оба!

Развернувшись, он прыжками умчался в глубь кабинета. Дама Морана и Вэл прожгли друг друга ненавидящими взглядами, но молча двинулись следом.

Берегиня с шумом выдохнула воздух и вытерла ладонью лоб.

— А я уж думала — кого из них мне придется нейтрализовать, — проворчала она.

— Вэл становится совершенно невыносимым, — капризным тоном пожаловалась Лыбедь и как бы между прочим взяла меня под руку. — Вы не находите, Максимилиан? Он просто чудовище!

— Внешность мессира Леонарда тоже довольно двусмысленна, однако же никто не считает его бесом, — парировал я.

— Ах, разве я имею в виду лицо и фигуру? А что вы скажете о душе? Она же у него черная и насквозь пропитана ядом! Он сам — яд в чистом виде. Всегда нелюдимый, грубый, холодный… Бр-р! — и учительница магии танца придвинулась ко мне вплотную. Откровенно говоря, я не обрадовался такому вниманию. Оно показалось мне по меньшей мере неуместным в подобной ситуации.

Тем временем мессир Леонард дал своим невольным помощникам четкие указания, и, вернувшись к нам, они выставили в центр круглый стол, вокруг которого расположили тринадцать стульев. На черное сукно аккуратно были разложены атрибуты для вызова духов, зажжены ароматические свечи. Директор одним прыжком запрыгнул на свое место и встал, упираясь передними копытами в стол.

— Прошу садиться по кругу.

— Мы будем вызывать духов? — поинтересовалась леди Ульфрида.

— Не духов, а всего одного духа. И наш доблестный Викинг, только что побывавший тут, подсказал мне, кого именно.

— Неужели Рагнара Кожаные Штаны? — всплеснула руками Маска. — О, это была исключительная личность. Полная таинственности и романтики. Его смерть была просто ужасна. Но, право слово, жаль, что с течением веков такой изумительной личности не приписали никаких божественных свойств…

— Потому, дорогая, что у викингов и без того было много богов, а вот среди героев всегда много вакансий. Ибо только герои должны встать в свиту Одина, когда начнется Рагнарек. Поэтому героев требовалось много. На целых две армии, — со знанием дела объяснил директор. — Нет, я решил вызвать дух Локи.

— Только не это, — засуетилась Труда. — Только не его! Этот пересмешник не скажет вам ничего путного, и хорошо еще, если просто посмеется над вашими вопросами. Мой вам совет — хотите ответа, так призовите самого Отца Побед.

Дама Морана выразила свое горячее согласие, но мессир Леонард покачал гривой.

— По ряду причин я склонен более доверять именно Локи, — категорично заявил он.

Сказать по правде, я никогда не присутствовал на настоящих спиритических сеансах — не тех, о которых пишут в книгах и снимают кино простые смертные, поэтому здорово волновался. Нам ничего не приходилось делать — вся подготовка легла на плечи и спину нашего медиума, мессира Леонарда, а мы лишь должны были удерживать круг. Сосредоточиться мне мешала сидевшая справа от меня Лыбедь. Она так крепко сжимала мою руку и так прижималась под столом коленкой к моему колену, что от волнения я пропустил большую часть увертюры и очнулся, лишь когда слева от меня зашипела сквозь стиснутые зубы дама Труда. Старушка явно недолюбливала бога-пересмешника.

— Начинается, — прошептала она.

Внезапный порыв ветра задул свечи — все, кроме одной, мерцавшей в середине стола. В воздухе пахнуло сыростью, холодом и гнилью. На сердце навалилась тоска, да такая, что захотелось плакать. Я до боли закусил губу и услышал, как тихо застонала рядом Лыбедь. Неужели все чувствовали то же самое? В полутьме я почти не различал лиц, холод мешал повернуть голову. Я был словно парализован и мог смотреть только чуть выше пламени свечи, где в воздухе колебались какие-то неясные тени.

— Отец Лжи, Прародитель Чудовищ, Предводитель Мертвецов, Противник Хеймдалля, Похититель Идун, Побратим Одина, казненный асами за свои дела, — прогромыхал откуда-то издалека изменившийся голос директора, — ответь нам!

Послышалось скрежетание цепи и злое змеиное шипение. Я похолодел в предвкушении того, что мы сейчас услышим, но более не раздалось ни звука.

— Локи-трикстер, Отец Лжи, Прародитель Чудовищ, слышишь ли ты нас? — мессир Леонард чуть повысил голос.

— Слышу-слышу, — вдруг раздалось ворчливое. — Чего вам не терпится? Пожар, что ли?

— Локи, ответь, где ты!

— Здесь… Дома.

Я покосился по сторонам. Похоже, все шло не совсем так, как планировалось. Я уверился в этом, потому что следующий вопрос был:

— Что ты там делаешь?

— Сейчас ем.

Теперь уже онемел даже наш директор. В самом деле, трудно было предугадать такой ответ.