Мой пленник, моя жизнь - Ольга Валентеева

– Эй, что здесь происходит? Сюда!

Один из дружков белобрысого. Вышел проверить, где пропал его приятель? Или стоял начеку? Мог ли он тоже видеть нас с Эмми? Вот только разбираться с ним было поздно. Захлопали двери, кто-то выскочил из дома.

– Ой, мамочки! – заголосила женщина, я не узнал голоса.

– Держите его!

Можно подумать, я убегал. Что может один человек против десятка или даже двух? Меня схватили, заломили руки за спину. Кто-то принес веревку, и для надежности связали. Что теперь будет? Ледяное дыхание смерти снова коснулось виска. Разглядел в толпе испуганное лицо Лайзы, перекошенное – Шиана. Тихо плакала Нита, протягивая ко мне руки. Они и Эмми – вот и все, кто остался людьми в этом замке. Я даже сомневался, можно ли меня самого до сих пор причислить к людям.

– В замок его!

– В замок!

– Что за шум? – раздался вдруг знакомый голос, и вперед вышла статная суровая женщина. Лери Белла Эйш. Мне приходилось видеть ее всего пару раз, но зато я прекрасно знал: от нее не стоит ждать снисхождения. А за ее плечом маячила бледная как смерть Амелинда. В той же накидке. Даже переодеться не успела.

– Так-так… – Лери Белла взглянула на меня с неприкрытой враждебностью. – Что здесь устроил этот раб?

– Убил Дика, – ответил кто-то в толпе.

– Задушил.

– Голыми руками.

– Убийство, значит?

– Нужно узнать, почему так произошло, – попыталась вмешаться Эмили.

«Молчи», – попросил ее одними губами. Заметил, как к ней придвинулась Лайза. Она тоже все поняла.

– Какая разница? – обернулась к Эмми свекровь. – Есть факт убийства. Есть виновный. И он должен быть наказан. Вопрос только – как?

Я закусил губу. В изобретательности семьи Эйш давным-давно не сомневался. Думает, испугаюсь ее решения? Ничего подобного. Расправил плечи и уставился на лери Беллу. Она первой отвела взгляд.

– Если бы раб убил кого-то из слуг, приговор был бы ясен – смерть, – продолжила она, скользя взглядом по толпе. – Но конфликты между рабами – дело житейское.

Эмми сжала руки в кулаки. Только бы не сорвалась, не выдала себя.

– Поэтому и наказание будет соразмерным.

И на губах лери Эйш мелькнула такая ухмылка, что я понял: мне конец.

– До утра пусть посидит в подвале, – обернулась хозяйка замка к слугам. – А для Дика выройте яму. Закопаем их вместе. Выберется – будет жить, нет – хоронить не придется.

– Матушка, это немыслимо! – Эмми все-таки кинулась к ней.

– Немыслимо? – остановилась лери Белла. – Защищать убийцу – вот что немыслимо, Амелинда. Немедленно ступай в свою комнату. А этого – в подвал. Ровно в полдень проверим, насколько благоволят ему боги-покровители.

И лери Белла пошла прочь. Эмми двинулась за ней, а меня потащили прочь. Я до конца не осознавал саму суть приговора. Похоронить заживо? Это бесчеловечно. Но неудивительно. Потому что Эйши – твари, которым нет места на земле.

Амелинда

– Матушка! – Я летела по коридору за лери Беллой.

– Кажется, я ясно приказала тебе вернуться в комнату, – обернулась та.

– Приказывать вы можете своим служанкам. – Я расправила плечи. Пусть не думает, что меня можно запугать.

– Выбирай тон. Ты – не девка с улицы, а жена моего сына. И должна повиноваться.

– Я никому ничего не должна.

– А, вот как ты заговорила! – Лери Белла прищурилась, будто пыталась что-то прочесть в глазах. – Еще скажи, что тебе его жаль. Жаль убийцу моей дочери!

– Илли была моей подругой, – ответила, понимая – меня не услышат. – Но этот человек и так за все ответил.

Свекровь замерла, будто я ее ударила, и прошипела:

– Пошла вон! И не смей попадаться мне на глаза!

Что делать? Я побежала прочь, ворвалась в свою комнату, напугав служанок. Они, видимо, тоже проснулись из-за шума.

– Лери Эйш, что случилось? – спрашивали они вразнобой.

– Вон! Все – вон! – Показалось, даже стекла зазвенели в окнах. – И чтобы до утра я вас не видела.

Девушки поторопились исчезнуть, а я упала в кресло и закрыла глаза. Как? Как мне помочь Эрвингу? Устроить побег? А печать? Если бы я была уверена, что Белла не сможет достать его через печать! Нельзя допустить, чтобы это произошло. Как так получилось, что Эри убил того раба? Неужели нас видели? Это из-за меня! О, боги-покровители, дайте мне сил!

Я заметалась по комнате, пытаясь найти хоть какое-то решение. Как Эри будет выбираться? Рабов хоронили в холщовых мешках. И чтобы хотя бы попытаться спастись, этот мешок надо… разрезать? Я кинулась в оружейную Леонарда. Он любил холодное оружие, хоть и чаще использовал магию. Здесь на стенах был огромный выбор шпаг, мечей, кинжалов. Выбрала самый тонкий из них. Кажется, Лео называл его «игла». По крайней мере, его легко можно спрятать в рукаве. Но как же передать кинжал Эрвингу?

Вернулась к себе. Мерила шагами комнату. Конечно же подвал не могли оставить без охраны. Стоит мне появиться там, как об этом тут же станет известно лери Эйш. И вдруг я замерла. Окошко! Маленькое окошко под самым потолком. Если Эри держат там, появится шанс. Накидка так и лежала на кресле. Быстро оделась и поспешила на улицу. Снега насыпало столько, что утопали ноги, но я не думала о том, как замести следы. Снегопад продолжался, скоро они исчезнут сами собой. Обежала замок справа. Окошко едва было видно, и я принялась разгребать снег руками.

– Эри, – позвала тихо, затем чуть громче: – Эри!

– Эмми? – раздался ответ. Внизу послышался шорох. Видно, Эрвинг искал что-нибудь, что можно подставить под ноги. Похоже, нашел, потому что мгновение спустя его лицо оказалось почти у самого окошка.

– Зачем ты пришла? Тебя могут увидеть!

– Вот. – Я осторожно просунула сквозь прутья решетки свою находку. Кинжал едва пролез, но главное, что получилось его передать. – На всякий случай.

– Спасибо.

По голосу слышала, что Эри улыбался. Вот еще невозможный человек!

– Эмми, можно попросить тебя кое о чем?

– Да, конечно. Все что угодно! – пригнулась ниже.

– Не приходи завтра на казнь. Я… не хочу, чтобы ты это видела.

– Оставить тебя? Нет, не могу!

– Дело не в этом. Я… – Эри старался подобрать слова, – боюсь, что сам не справлюсь, если ты будешь там.

– Хорошо, – прошептала в ответ. – Не беспокойся, милый. И, пожалуйста, выживи!

– Обещаю.

Я просунула пальцы через решетку и ощутила едва уловимый поцелуй. Любимый мой. Самый лучший.

– Уходи! – требовал Эри.

– До завтра. Когда все закончится, я приду.