Маленькое счастье Клары - Анна Лерн

— В следующее воскресенье нужно посетить дом пастора и заставить их сказать правду, — сказала я мужу, когда мы уже готовились ко сну. — Это опасные игры и их сын должен был знать об этом.

Да, я жалела Лисбет, но моя семья для меня имела куда больше значения. Если она и спасает свою жизнь, то пусть делает это не за счет моих родных. Стоит ландграфу узнать о Лисбет — нам придется очень тяжело.

— Да, вы правы, — согласился со мной Филипп. — Я просто обязан знать, что происходит на моих землях и тем более, когда такие тайны несут опасность для всех обитателей «Темного ручья».

Но все случилось куда быстрее, чем мы ожидали. На следующий день из деревни явился человек и передал, что пастор просит встречи с его светлостью, но так как это очень щепетильный вопрос, то было бы лучше, если граф почтит присутствием их с фрау Клас дом.

— Мне кажется, что это касается Лисбет, — сказал Филлип за завтраком и все присутствующие за столом с ним согласились. — Видимо, они поняли, что графиня догадалась, кто скрывается под образом таинственной кузины из Фрабанта.

— Что ж, это к лучшему, — мне тоже хотелось поехать с супругом, и я сразу же попросила его об этом: — Ваша светлость, возьмите меня с собой.

— Если вы хорошо себя чувствуете, то почему я должен отказывать вам? — улыбнулся он, но я видела в его глазах обеспокоенность. Эта ситуация очень тревожила его.

Сразу же после завтрака мы отправились в деревню, и как только перед нами распахнулась дверь дома пастора, я поняла, что все очень серьезно. Фрау де Клас выглядела грустной, глаза ее были заплаканы, а священник прятал глаза, в которых плескалась вина.

— Итак? — Филипп сел в предложенное кресло и посмотрел на них изучающим взглядом. — Что за щепетильный вопрос, не ждущий отлагательств?

Хозяйка дома принесла чай и теперь, устроившись на узкой софе, нервно теребила носовой платок, периодически прикладывая его к покрасневшим глазам.

— Вы ведь догадались, что нет никакой племянницы Летиции, правда? — со вздохом произнес пастор, и я заметила, как дрожат его руки.

— Ближе к делу, — голос моего мужа прозвучал жестко, и я поняла, что никогда не видела его таким. Это была другая сторона моего любящего Филиппа — холодная, готовая принимать четкие решения, а главное, готовая защищать и бороться до последнего. — Как Лисбет оказалась в вашем доме?

— Может она сама расскажет вам обо всем? — фрау де Клас всхлипнула. — Некоторые подробности, о которых мы не знали до вчерашнего дня, вы должны услышать лично.

— Мы с супругой выслушаем ее, — все так же холодно произнес граф, и она тут же появилась в гостиной, будто все это время стояла за дверью. Скорее всего, так и было.

Сестра была бледна, с темными кругами под глазами и весь ее внешний вид говорил о невероятных душевных муках и страхе, которые она испытывала. Что-то в ней неуловимо изменилось и, судя по ее глазам — в лучшую сторону.

— Добрый день, ваша светлость, — она склонила голову перед Филиппом и, взглянув на меня умоляющим взглядом, прошептала: — Клара…

— Я жду объяснений графиня, — муж указал ей на кресло напротив. — Как вы оказались на моих землях, когда все ваши близкие оплакивают вашу смерть?

— Думаю, вы уже догадались, с чьей помощью я попала в дом пастора, — тихо произнесла Лисбет. — И прошу снисхождения к этим людям, ведь они помогли мне по доброте душевной, как истинные христиане. Но сейчас мне бы хотелось предупредить вас — это намного важнее, чем рассказ о моем путешествии сюда…

— Предупредить? — Филипп вскинул брови, и я заметила, как медленно сжались его кулаки. — О чем, ваша светлость?

— Мой муж, Леопольд ван Дильц, хочет похитить Клару и жениться на ней, — выдохнула девушка и заплакала. — Он хотел убить меня, чтобы освободить место для новой супруги.

— Что? — я похолодела, услышав это. Разве могло это быть правдой? — Лисбет, ты уверена, что твой муж хочет похитить меня?

— Да, я лично слышала разговор между ним и братом, — прошептала она, утирая слезы. — После того, как ландграф сказал, что хочет убить меня после рождения ребенка, я решилась на побег.

Она беременна! Что ж… наверное я поступила бы так же.

Филипп молчал, но его лицо потемнело, а глаза метали молнии, отчего мне стало страшно — главное, чтобы он не наделал глупостей.

— Ваша светлость, — я накрыла его напряженный кулак своей ладошкой. — Я прошу вас, успокойтесь. Давайте подумаем, что можно сделать в этой ситуации.

— Я убью его, — процедил он сквозь зубы и я совсем испугалась.

— Не нужно, Филипп, вы понимаете, что это ничего не решит? Вся ваша семья может остаться без вас… Я, останусь без вас…

Он посмотрел на меня, в его глазах промелькнуло такое знакомое тепло, пронизанное всполохами нежности, что у меня невольно навернулись слезы на глазах, и перехватило горло.

— Не бойтесь, моя дорогая супруга, я никуда от вас не денусь, обещаю, — после этого, он посмотрел на Лисбет и спросил: — Готовы ли вы свидетельствовать против своего мужа, если это понадобится?